Как странно и непривычно было рассказывать все это даже такому прекрасному слушателю, как он. И тем не менее он явно не выглядел шокированным.
Хозяева нас холили и лелеяли. Но мы не были для них людьми. Мы были полностью подневольными, игрушками в их руках.Тут я сделал еще глоток, подумав, что, может, это и к лучшему: дать выход всему, что накопилось.Я хочу сказать, нас били, морили голодом и к нам применяли сексуальные пытки. А еще водили через весь город на забаву хозяину, заставляли стоять в воротах в состоянии полового возбуждения к вящему удовольствию прохожих. Примерно так. Мучить нас было своего рода религиозным обрядом, а нам надлежало скрывать наши страхи и чувство унижения.
«Неужели я все это сказал?»
Убийственная фантазия,вполне искренне произнес Мартин, задумчиво приподняв брови.Все наилучшие составляющие. Ты не только получил «отпущение» и позволение получать удовольствие от перерождения, но и придал всему этому религиозную окраску. Прекрасно.
Но послушайте, мой ум напоминает мне цирк, где одновременно идут представления на всех трех аренах,покачал я головой и, не выдержав, рассмеялся.
Что вполне типично для садомазохистов,объяснил он.Мы все немножко «цирковые животные».
Но здесь должны быть рамки,ответил я.Очень четкие. Даже речи быть не может, чтобы делать это под давлением. И все же принуждение обязательно должно присутствовать.
Я поставил пустой стакан на стол, и мой собеседник тотчас же поднялся, чтобы наполнить его.
Я просто хочу сказать, что в хорошей фантазии должны одновременно присутствовать и согласие, и принуждение,объяснил я.И должно быть унижение на фоне тяжелой внутренней борьбы, когда одна часть тебя хочет этого, а другаянет. И тогда можешь принять полную деградацию и даже полюбить это чувство.
Вот именно,подтвердил Мартин.
Мы были объектами презрения и одновременно преклонения. Мы были загадкой, нам никогда не дозволялось говорить,продолжил я свой рассказ.
Просто бесценно,прошептал он.
Интересно, что же на самом деле он услышал за те долгие часы, что продолжалась наша беседа? Может быть, только одно: я такой же, как тысяча других мужчин, которые прошли через эти двери.
А твой хозяин, мужчина, что покупает тебя в том греческом городе,спросил он,как он выглядит? Что ты к нему чувствуешь?
Вы будете смеяться, но он влюбляется в меня, а я в него. Роман в оковах. Но в конце любовь торжествует.
Но Мартин не стал смеяться, а лишь понимающе улыбнулся и снова принялся попыхивать трубкой.
Но, полюбив, он ведь не перестал наказывать или использовать тебя?
Нет. Никогда. Для этого он слишком хороший гражданин. Но есть еще что-тоТут я почувствовал, как сильно бьется сердце. Какого черта мне надо все выкладывать?!
Слушаю тебя.
Я вдруг ощутил растущее беспокойство, легкое смущение по поводу причины, которая привела меня сюда.
Ну, понимаете, там была еще женщина, в моих фантазиях
Хмм,хмыкнул он.
Думаю, это жена хозяина. Ну, я знаю, что это так. Иногда она меня возбуждает.
Что значит «возбуждает»?
Нет. Я не хочу иметь дело с женщинами,сказал я.
Понимаю,улыбнулся Мартин.
Существует тысяча причин. почему ты выбираешь мужчину или женщину как партнера для любви, сексуального партнера. Так ведь? И кажется очень непривычным, когда ты не можешь переступить эту черту.
Нет, все уже будет по-другому,ответил он и спросил:И ты был с женщинами так же, как с мужчинами?
Да, и очень часто,кивнул я.
И та женщина из фантазии?
Да. Черт бы ее побрал! Не знаю, почему вдруг вспомнил о ней. Я, похоже, ждал от нее жалости и нежности, и она увлеклась мнойрабом своего мужа, но она оказалась еще хуже.
Чем хуже?
Она нежная, она любящая, но в то же время она грубее, строже и жестокосерднее. Унижениеэто как идти по лезвию бритвы. Понимаете, о чем я? Так странно.
Да
Но она не всегда там. Но рано или поздно
Да
Но мы, пожалуй, отвлеклись от темы.
Разве?
Ну, я хочу сказать, что мне нужны любовники-мужчины, доминирующие мужчины, если угодно. Вот что я на самом деле хочу сказать. Вот почему я и пришел сюда. Ради мужчин. Слышал, у вас здесь очень красивые мужчины, лучшие
Да,ответил он.Думаю, тебе понравится альбом, когда придет время сделать выбор.
Я что, должен выбирать парней, которые будут доминировать?
Естественно. Как пожелаешь.
Хорошо. Это должны быть мужчины. Мужчины для меняэкзотический секс. Горячий секс. Секс для безбашенных.
Мартин только молча улыбнулся и кивнул.
Ничто не может сравниться с этим чувством: быть с кем-нибудь таким же крутым, как ты сам. Когда имеешь дело с женщиной, все слишком сентиментально, слишком надрывно и романтично,закончил я.
Так кого же ты любил в прошлом, по-настоящему любил, мужчин или женщин?спросил он.
На минуту в комнате повисла напряженная тишина.
А почему это так важно?
О, ты прекрасно знаешь, почему это важно,тихотихо ответил Мартин.
Мужчину. И женщину. В разное время.
«Ну пожалуйста, не открывай эту дверь».
Ты любил их одинаково?
В разное время.
Не прошло и трех месяцев, как мы снова сидели и разговаривали в той же самой комнате, хотя я даже и представить себе не мог, что после всего случившегося там, наверху, я смогу сидеть здесь, полностью одетый, и слушать, как он говорит мне: «Эллиот, ты не должен мне больше платить. Вот что я пытаюсь тебе втолковать. Я могу договориться с тремя-четырьмя заинтересованными "хозяевами", и они покроют все расходы. Ты будешь приходить сюда, как обычно, но уже за их счет. Пока ты здесь, будешь принадлежать только им».
Нет. В данном случае деньги ни черта для меня не значат, я еще к этому не готов
«Полное доминирование другого человека, его фантазии, вытесняющие твои собственные Нет, не сейчас. Осторожнее. Слишком тяжело».
Это напоминало мне крутую лестницу, ведущую из комнаты в цокольном этаже, и я собирался взобраться по ней на самый верх.
Я бы хотел женщину,вдруг вырвалось у меня. «Неужели я действительно это сказал?!»Я имею в виду Да, женщину,продолжил я.Думаю, пришло время. Для по-настоящему привлекательной женщины, которая знает, что делает. А я ничего не хочу о ней знать и не хочу выбирать ее по фотографии в альбоме. Вы сами выберите ее для меня. Только убедитесь в том, что она хороша в этом деле, даже больше, чем хороша. Что она может принять на себя руководство. Пришло время Похоже, мне пора подчиниться женщине. Как думаете?
Мартин одобрительно улыбнулся:
Как сказал джинн, вылезая из лампы: «Да, хозяин». Пусть будет женщина.
Она должна быть привлекательной, и хотя ей вовсе не обязательно быть красавицей, она должна хорошо знать свое дело
Конечно,терпеливо кивнул он.Но скажите мнеТут Мартин затянулся трубкой, выпустив в потолок кольцо дыма.А ты хотел бы познакомиться с этой дамой в спальне в викторианском стиле? Словом, в старомодной обстановке. Я имею в видув очень женской комнате: кружевные занавески, кровать под балдахином и все такое.
О-о-о! Господи! Неужели все это происходит со мной?!
Вверх по ступенькам, все выше и выше, из одного сладостного сна в другой. И вот теперь, спустя полгода, куда ведет меня судьба? В Клуб.
Это то, что надо,заявил я тогда.
После того как я изучил все правила и инструкции, меня провели в маленькую приемную, где, нетерпеливо поглядывая на часы, я прождал его целый час.
Это то, что надо. Почему вы не рассказывали мне об этом месте раньше?
Эллиот, ты был еще не готов для Клуба.
Ну а теперь я готов. Контракт на два годаименно то что мне нужно,ответил я, нервно меряя шагами комнату.Мартин, сколько потребуется времени, чтобы туда попасть? Я буду готов уже послезавтра. Даже сегодня днем.
Контракт на два года?спросил он, делая ударения на каждом слове.Я хочу, чтобы ты все же присел и чего-нибудь выпил. Думаю, настало время поговорить о том, что случилось с тобой в Сальвадоре. Тот случай с эскадроном смерти Что там произошло?
Вы не понимаете, Мартин. Я вовсе не пытаюсь убежать от прошлого. Я там узнал кое-что о насилии. Это не должно быть насилие в буквальном смысле слова, так как тогда оно не работает.