Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Однажды, Федосеич сказал: Вы даже не множите представить себе, сколько вокруг нас сумасшедших особ?
После этого, Верочка стала внимательней смотреть на тех людей, что находились вокруг. Обычно её внимание привлекали пассажиры автобусов или трамваев. Чего она только не видела. Вот уж воистину, прав был её лечащий врач.
Уже через день, женщина ехала в маршрутке домой. Рядом с ней стояла очень красивая, прекрасно одета девушка весьма интеллигентного вида. В руках она почему-то держала замызганные, рваные джинсы, сложенные в несколько раз.
Верочке стало неудобно за очень приятную девушку. Мало ли для чего она тащит куда-то эту старую тряпку? Женщина решила помочь молодой пассажирке и тихо сказала: Могу дать вам пакет из непрозрачного пластика.
Спасибо, у меня уже есть. раздражённо ответила девушка. Тут автобус затормозил. Пассажирка закинула на плечо ремень от изношенных джинсов и направилась к выходу.
Лишь после этого, до Верочки внезапно дошло, что соседка по транспорту держала в руках сильно потёртую холщовую сумку. Раньше с такими котомками ходили одни только нищие. Сейчас их продавали в дорогих магазинах, вместе со рваной одеждой. Сумели же внушить дуракам, что это на удивление модно.
Ценители прекрасных картин
У первого мужа Верочки, Лёни Смирнова, было очень много знакомых художников. Среди них встречались такие одарённые граждане, что продолжали традиции своих знаменитых отцов-живописцев.
К ним относилась очень приятная, высокая, черноволосая женщина, которую звали Раиса. Она с блеском окончила художественную школу в Самаре, а затем, факультет архитектуры КИСИ. Работала в разных проектных конторах.
Верочка очень давно рассталась с первым супругом, но продолжала поддерживать отношенья с людьми из его окружения. Девушка была очень общительной, часто звонила старым знакомым, а иногда сталкивалась с ними на улице. Благодаря таким встречам она была в курсе их жизни.
Отец Раисы, Адам Пантелеевич Политруков, был живописцем очень высокого класса. Он не только являлся членом «Союза художников», но и носил высокое звание «народный художник СССР».
Писал он много и весьма хорошо. Его картины нравились не только власть придержавшим чинушам, но и простым, даже малообразованным людям. За что его и ценили, как те, так и другие.
После того, как партократы уничтожили Советский Союз, полотнами Политрукова заинтересовались в Европе и даже в Америке. Одним, очень нравился соцреализм. Другим, пейзажи привольной матушки-Волги. Как бы то ни было, но картины вдруг обрели достаточно высокую цену и превратились из предметов искусства в дорогущий товар.
Прошли многие годы. Адам Пантелеевич стал понемногу сдавать и прекратил писать карандашами и красками. Будучи уже в старческом возрасте, он внимательно посмотрел на картины, скопившиеся в его мастерской за долгую жизнь. Посмотрел и озаботился их дальнейшей судьбой.
Ему, как каждому настоящему гению, совсем не хотелось, чтобы после его неминуемой смерти, бесследно исчезли произведения, в которые он вложил всю силу души и таланта.
Тогда он позвонил своей младшей дочке Раисе и попросил помочь ему создать каталог его многих полотен. За несколько месяцев они сфотографировали и описали все наиболее значимые произведения. В конце концов, был составлен перечень из нескольких тысяч картин. Предусмотрительная Раиса увезла все бумаги и плёнки к себе, в свою небольшую квартиру.
Время неумолимо бежало вперёд. Однажды, как это всегда происходит с любым человеком, Адам Пантелеевич отошёл в лучший мир. После погребения большого художника его мастерскую тотчас опечатали.
По российским законам, даже если есть завещание, вступить в право наследования можно лишь по истечении половины календарного года. Эти месяцы даны для того, чтобы родственники всех степеней могли заявить о своих притязаниях на состоянье почившего в бозе. А может быть, законодатели преследовали ещё какие-то цели? Кто его знает, какие мысли бродили в головах депутатов?
Как бы там не было, но положенный срок, наконец-то, истёк. На правах полной наследницы, Раиса вошла в мастерскую отца и с огорченьем узнала, что кто-то там побывал до неё. Грабители вынесли почти все картины, а их там было немало, около трёх тысяч штук, если считать эскизы с набросками.
Женщина сразу помчалась в полицию. Там нехотя завели уголовное дело. Вот тут и случилось первое чудо. К удивлению всех окружающих, следствие мгновенно нашло негодяев.
В последние годы, художник жил в элитной высотке, где обитали знаменитые люди Самары. Оказалось, что дверь его мастерской попала в поле зрения двух видеокамер, напичканных там на каждом углу.
Мало того, охранники видели, как похитители грузили подрамники в грузовые машины. Стражи порядка интеллигентно спросили, что же такое выносят из престижного дома?
В ответ им предъявили бумагу с голубыми печатями. По ней выходило, что переноска картин происходила по разрешенью властей. Сторожа успокоились и забыли о том происшествии.
Раису пригласили в полицию, где показали записи с видеокамер. На экране компьютера было отчетливо видно, как, никого не таясь, несколько крепких мужчин взламывают дверь мастерской и деловито выносят картины.
Вот тут и случилось новое чудо. Неожиданно для себя и для следствия, Раиса узнала грабителей. Ими оказались ученики её родного отца. Три известных в Самаре художника, члены «союза», преподаватели вузов и прочее.
Придя в удивление от своей расторопности, машина Фемиды заскрежетала, но все-таки стала со скрипом вращаться. Подозреваемых пригласили в полицию. Там они дружно отвергли «облыжные обвинения женщины, давно уже потерявшей рассудок». Имелась в виду прямая наследница своего родного отца, Раиса Адамовна.
Когда им предъявили видеосъемку, они немного смутились, но вины своей не признали. Все, как один заявили, что все это чистое недоразумение. Картины они взяли на сохранение, чтобы их никто не украл. Они готовы вернуть их по первому требованию.
На что наивная горе-наследница с возмущением воскликнула: Сохранили? Спасибо! А теперь всё верните!
Как это ни странно, но следователи не торопились с изъятьем вещ. доков. Раиса в категорической форме настаивала на немедленном возврате картин. Довольно долгое время, в полиции думали, как бы всё это половчее спроворить? Потом, там все же решили, что нужно сделать всё так, как просит наследница.
Служители правопорядка собрались всё-таки духом, но заранее предупредили трёх злоумышленников. Мол, вдруг они будут заняты и не смогут уделить своё драгоценное время нахрапистым представителям органов? После согласования сроков встречи с грабителями, «борцы с уголовной преступностью» нагрянули в мастерскую художников.
Там им предъявили несколько штабелей испачканных красками разно размерных холстов. Именитые граждане встал в гордую позу и заявили: Раз Раиса не доверяет профессионалам сохранение наследия её дорогого отца, то пусть забирает своё барахло. Оно только место здесь занимает.
О раскрытии «преступления века» полицейские доложили начальству, а заодно и наследнице, куда же теперь без неё? С большим облегчением следователи положили уголовное дело на полку архива. Мол, они не усматривают преступления в действиях трёх именитых сограждан.
Картины тотчас описали, провели экспертизу, составили перечень обнаруженных произведений и передали бумаги «счастливой наследнице». Как это ни странно, но холстов оказалось значительно БОЛЬШЕ, чем на видеозаписи насчитала полиция. Но стоит ли вспоминать о такой неувязке?
К сожалению благодарной общественности, Раиса повела себя на удивление странно. Она предъявила полиции каталог трёх тысяч картин, составленный незадолго до кончины художника. На каждой странице стояла твёрдая подпись её родного отца.
Грабители не ожидали подобного поворота событий, но они очень недолго находились в растерянности. Злоумышленники взяли у следователей копию каталога Раисы.
Через несколько дней они заявили, что немного ошиблись и передали полиции не те картины, которые были вынесены из мастерской Политрукова. Мол, так часто бывает, когда кругом столько подрамников, что спокойно пройти невозможно.
После таких заявлений, перечень похищенных произведений и список возвращенных холстов внезапно совпал. Всё сошлось не только по названью картин, но и по числу изъятых холстов.