Всего за 149 руб. Купить полную версию
Мне нравился сам ритуал приготовления. Охладить бокал и бутылку. Добавить оливку. Вкушать так, как будто я на светском рауте. Ну а потом я просто танцевала. Включала музыку на всю мощность и выплёскивала весь негатив в танце. Когда чувствовала усталость, выкуривала лениво сигаретку и садилась за рисование. Всё получалось.
Конечно, это были не произведения искусства. И это даже отдалённо не было так хорошо, как я рисовала в колледже. Но это было хоть что-то. И я радовалась и такой малости. Но было очевидно, что муж совершенно не в восторге от происходящего. Хотя тот факт, что я перестала его гнобить темой детей, его явно радовал. Поэтому он старался особо не загоняться моей алкогольной проблемой. И пока что она никоим образом не выходила за рамки.
Наверное, он даже вёл себя как образцовый муж. Старался поддержать мои начинания. Нахваливал чрезмерно, и ложь была настолько явной, что мне сводило зубы. Но я просто улыбалась, боясь, что мой язвительный комментарий окончательно испортит наш брак.
Я заметил, что тебе нравится рисовать подводный мир.
Правда? мне было удивительно, что он старался проследить какие-то мотивы в моём недотворчестве.
Что это будет за история? Ты уже знаешь?
Это будет история про утопленницу.
Вот как?
Мне нужно время, чтобы понять, как она будет адаптироваться к новой жизни.
Отлично. Может, сходим куда-нибудь?
Что? я даже не сразу поняла, о чём это он.
Кино, может, бар, закусочная?
Зачем? Ты, кажется, и так много времени проводишь вне дома. У тебя остаются силы, чтобы выйти?
Мне казалось, что тебе это пойдёт на пользу.
Думаешь, я больна?
Что? Нет. Конечно, нет!
Знаешь, что мне пойдёт на пользу?
М?
Секс.
Мы так долго не занимались сексом, что я даже покраснела от одного лишь упоминания о нём. И сама мысль была пугающе восхитительной. Брэнт смерил меня оценивающим взглядом, и я ощутила, как волоски на моих руках возбуждённо поднялись.
Ты давно на меня так не смотрел. Хочешь меня?
Он молча встал и подошёл ко мне. Схватил меня за ягодицы и усадил себе на бёдра. В следующее мгновение я уже очутилась на его пылающем члене. Он даже не удосужился снять мои трусики, так и входил, увлекая за собой кромку кружевной ткани. Стон наслаждения и боли сорвался с моих губ. Он был такой большой и горячий, причинял настоящую боль: так давно я не чувствовала его в себе. Брэнт глубоко дышал мне в ухо, и я от этого придыхания возбуждалась ещё сильнее. Он увлёк меня на барный стул и усадил меня лицом к себе. Нетерпеливо стащил с меня платье и швырнул его на пол. Он впился в мою грудь, настойчиво лаская языком набухшие соски. Моя смазка уже стекала по внутренней стороне бёдер, оставляя мокрые следы на его брюках. Я была полностью обнажена, не считая тонкой кружевной ткани на ягодицах, в то время как Брэнт оставался в брюках и рубашке. Я легко скользила вверх-вниз, пока не почувствовала пульсацию в его члене. Он устремился рукой к клитору, и мы одновременно закричали. Он обильно кончил мне внутрь.
5
Всё постепенно пришло в норму. У Брэнта стало больше свободного времени. Теперь, когда череда выставок закончилась, он стал чаще бывать со мной дома. Мы много занимались сексом и заказывали еду на дом. Иногда мы и вовсе не вылезали из кровати: занимались сексом, ели пиццу и снова занимались сексом. Вместе пили вино и смотрели старые фильмы вроде «Почтальон всегда звонит дважды» и «Сияние». Нам нравилось то, что фильмы брали не спецэффектами, а нагнетающей обстановкой, тревожной музыкой.
Оба мы ушли в своеобразный отпуск, и лишь малое время посвящали рисованию. Брэнт сейчас практически не писал, он готовил свои работы к изданию книги о современном минимализме. Я же медленно, но верно развивала историю с утопленницей. Мне казалось безумно романтичным, что девушка бросилась в хаотичное море в разгар шторма от неразделённой любви. Сейчас, когда переживания миновали, творчество больше не вызывало таких мучений. И я снова убеждалась в том, что корень проблемы в голове.
Мы часто валялись поперёк кровати, Брэнт перебирал мои волосы. Я смотрела на то, как лёгкая штора стремится сбежать через окно. И мне казалось, что время замерло. Ради нас и этого чудесного мгновения. Всё было так, как надо. И ничего большего не требовалось. Я снова практически не готовила и не следила так тщательно за домом. Как раньше. Когда нам было достаточно для счастья бутылки вина и куска сыра в холодильнике.
Как ты думаешь, чем нам стоит заняться?
Сейчас? лениво спросила я.
Нет. В ближайшем будущем.
Ты выпустишь книгу. А потом отправишься в турне продавать её.
Забавно, но я никогда не рассматривал это с такой точки зрения.
Ну рано или поздно так и случится. Вот увидишь.
Ну а ты? Поедешь со мной?
Я? Не знаю. Думаешь, стоит?
Может, смена обстановки поможет тебе писать с лёгкой руки.
Как-то не думала об этом.
Ну а что, отдых нам обоим будет на пользу.
Сложно это назвать отдыхом. Разве ты не будешь при этом работать?
Никто не запрещает нам смотреть разные города, посещать достопримечательности, пить вино в барах шикарных отелей.
Может, ты и прав.
Мы погружались в размышления о том, какие места хотим посетить. Какие блюда попробовать. И какие фотографии сделать. Это было классно. Думать о том, что неминуемо должно случиться. Второй медовый месяц.
Пока я не стала плохо себя чувствовать.
6
Я терпеть не могла обращаться в больницу. И в этот раз старалась прийти в норму своими силами. Это было похоже на обычную простуду, только в этот раз излюбленные методы не помогали. Брэнт злился, что я веду себя, как маленький ребёнок. Я же наотрез отказывалась связываться с врачами.
Потом пища перестала задерживаться у меня в желудке, и мне пришлось сдаться. Брэнт отвёз меня в приёмное отделение, заполнил все формы и принялся ждать, пока врач меня осмотрит.
Когда мужу разрешили пройти ко мне в палату, я сообщила ему печальную новость:
Брэнт. Прости, но я не могу поехать с тобой в тур. Я знаю, это важно для тебя, ты всю жизнь рисовал эти минималистические сюжеты. Это большой труд. Ты должен ехать без меня.
Что? Это что-то серьёзное? он схватил меня за руку, сильно стиснув пальцы.
Ещё немного и у меня, ко всему прочему, будет перелом кисти.
Прости. Так что с ней, доктор?
Мужчина в белоснежном халате развернулся к Брэнту и как-то слишком радостно сообщил:
Поздравляю, вы скоро станете родителями.
Я с ужасом ждала реакции Брэнта. Рябь скользнула по его лицу. Брови встретились на переносице. Он шумно сглотнул, и его пальцы тут же стали ледяными.
С вами всё в порядке? спросил доктор, видя, как лицо моего мужа становится нездорово-бледным.
Да, да. Всё в порядке. То есть это точно? Никакой ошибки быть не может?
Он стиснул мои пальцы, и я с холодком внутри ждала, что разразится буря.
Брэнт, послушай, мы не очень-то заботились о контрацепции в последнее время
Доктор? нетерпеливо перебил меня он.
Никакой ошибки. Уже шесть недель.
Он присел на край кушетки и с силой прижал меня к себе.
Брэнт, пожалуйста! Ты делаешь мне больно!
Я буду отцом, удивлённо проговорил он мне в плечо.
Да, будешь, эхом повторила я.
И я ощутила на шее горячие слёзы. Но не знала точно, мои они или Брэнта.
7
Не может быть и речи, чтобы я куда-то поехал!
Но ведь это твоя работа! Ты должен!
Я никому ничего не должен! Моё место здесь, я хочу быть рядом с тобой!
Он был зол и одновременно счастлив. Я всё ещё не могла понять своих чувств, и, когда мы оказались дома, первым делом отправилась на кухню в бар за бутылкой красного.
Что ты делаешь?
Хочу выпить.
И речи быть не может, сказал он, слишком яро вырывая бутылку у меня из рук.
Хорошо! импульсивно ответила я.
Я налью тебе воды.
Со льдом, пожалуйста.