Идет. Неспешно. Как инструктировали.
А за ним? И за ним идут. Пара неприметных джентльменов. И тоже никуда не спешат.
Значит, сработало.
Идолжно было. Потому что здесь, при всей внешней цивилизованности Старого света, такие джунгли, такие стаи носятся, так грызутся друг с другом, что только клочья летят Потому что конкуренция почище, чем в учении Дарвина.
Два джентльмена куда-то пропали.
Но появились другие. То есть произошла смена «караула». Эти, другие, работали более профессионально. Скорее всего, первые были из охраны фирмы, а эти Черт его знает откуда эти, но можно будет попытаться узнать. Если сопроводить их.
Всё как в изысканном публичном доменаблюдение за наблюдающими.
Ладно, потянулись следом, прикрываясь тремя-четырьмя прохожими. Но смотрим даже не за ними, потому если всё всерьез, то сюда должен подтянуться кто-то из командиров, чтобы осуществлять общее руководство. И случайно может оказаться третьим наблюдающим, за тем наблюдающим, который наблюдает за его филерами, которые пасут «следователя». Такого даже в самых навороченных борделях нет.
Смотрим
Этот?
Или, может быть, тот?
Или вон та машина?
Главное не высовываться.
«Следователь», строго следуя инструкции, идет не торопясь, стараясь держаться в толпе. Нужно фиксировать и запоминать каждого прохожего, чтобы можно было заметить новые лица.
Эта парочка свернула в ресторан.
Этот зашел в магазин.
Трое присели на случайную скамейку.
Но добавились другие
Запомнить их, держать в поле зрения. Анализировать их поведениекак они двигаются, как ведут себя, где останавливаются Потому что даже самый опытный шпик может выдать себя, особенно если наблюдать за ним с тыла.
Вон тот Незаметный и неприметный мужчина Который иногда подвисает возле витрин. Зачем? Возможно, отсматривая улицу в стеклянных отражениях. Хотя, не исключено, что выставленный в витринах товар.
Смотреть, наблюдать, анализировать.
Смотрит в сторону филеров Зачем, если он просто прохожий? Достал мобильный, куда-то позвонил, что-то быстро сказал. Нет, так коротко не разговаривают. Даже если с любимой тёщей. Так только приказы отдают.
Кто-то к нему подошел. Что-то спросил, тыкая пальцем карту. Получил ответ. Но мимо карты, на которую никто даже не взглянул.
Контакт
По всему выходит, что это и есть командир. Тот, который отвечает за всю эту карусель. Он самый опасный, потому что самый опытный.
Уронил что-то, нагнулся, оглянулся вскользь. Черт, возможно заметил и обратил внимание на медленно бредущего позади толпы одинокого прохожего. Мог обратить. Надо менять имидж. Не сразу, минут через пять-десять. Чтобы не отсвечивать. Посмотреть по навигатору, что там впереди. «Следователь» резко менять маршрут не должен. У него приказидти прямо, никуда не сворачивая.
Пока идет.
Провериться, нет ли никого сзади
Вроде нет. Не ожидают они слежки. Но всё равно нужно подстраховаться.
Бутик модной одежды. Нормально, подойдет.
Быстро зайти, шагнуть к вешалкам с подходящими размерами, сдернуть плечики с несколькими куртками. По дороге прихватить с полки кроссовки. Поярче, чтобы сразу в глаза бросались. И, пожалуй, кепочку. Быстро в кабинку для переодевания. Скинуть верхнюю одежду, накинуть новую. Теперь кроссовки и кепочку.
Нормально. Совсем другой вид.
Но дело не в одежде, дело в походке, в манере, в жестах.
Скинуть старый имидж, как плащик. Стать другим, с другой походкой, манерами и даже мимикой. Кем? Спортивным, молодящимся мужчиной.
Да, вот так
Быстро выйти из кабинки, подойти к кассе, изображая тупорылого улыбчивого иностранца, сунуть пятьсот евро сотками.
Но, пакет найн. Не надо. Яспешить самолет. Ткнуть пальцем в штрихкоды. Быстроочень шнель!
Не понимаете? Поторопить их, тыкая пальцем в часы!
Удивленные продавцы отсканировали товар. Теперь бегом к выходу. Странный покупатель На выходе выбросить в урну старую одежду. Где слежка? Быстро за ними! Быстро, но без суеты! Вон они, топчутся в четырех кварталах.
Притормозить, пристроиться за той дамой, которая в два обхвата, за которой танк можно спрятать. Да и сам я уже другой, не тот, что преждемоложавый, расфуфыренный, спортивный франт.
Идем
Походку, жестына контроль. Фейс стараться не светить. Если что, магазинов впереди много, можно еще пару раз одёжку сменить.
Так, сколько их? Двое впереди, старший и пара подручных на подхвате. Которые, чуть позже тех, первых, сменят.
Нормальная чехарда. Хотя масштабы Если бы это была слежка спецслужб, здесь бы гораздо больше народу толклось. Нет, это не спецы А кто? Пора бы уже спросить. Звякнуть «следователю». Но не разговаривать с ним, обрезав два звонка. Всё понял?
Понял! Потому что резко свернул влево к остановке и заскочил в автобус. Ну и что они теперь будут делать?
Откуда-то выскочила машина. Даже так?
В нее запрыгнули филеры все четверо. Оперативно
Еще одна машина. Для командира.
В салоне только водитель. Подходяще
Может, теперь? Что дальше будетнеизвестно. И на чем догонять их, пока не понятно.
Пожалуй
Машина тронулась с места.
Быстро подойти, встать перед бампером, широко улыбаясь, что-то оживленно говоря и жестикулируя. Турист я, спросить хочу
Остановились.
Сунуться к водителю, тыча в стекло картой. Что дальше? Не будут они толкаться, не будут применять в центре Европы силу. Не должны, постараются разойтись тихо
Водитель приоткрыл дверцу, высунулся.
Ткнуться с картой внутрь, прикрыться ей и ударить его в кадык. Несильно, но так, чтобы отключить. И тут же, ни мгновения не медля, прыгнуть назад, ударив в лицо того единственного пассажира.
Всё!
Теперь кивая, чтобы случайные прохожие ничего не заподозрили, толкнуть водителя вправо, сесть на его место.
И поехать. Не за автобусом, совсем в другое место, укромное, одно из тех, которые заранее присмотрел.
Поворот.
Еще. Соблюдая все правила.
Зашевелился водитель Ударить его еще раз, чтобы притих. Краем глаза наблюдать за тем, что сзади.
Еще поворот.
Теперь под мост Остановка. Надеть, натянуть по самый подбородок шапочку. Зачем им его лицо лишний раз видеть? Там, на улице, они его рассмотреть вряд ли успели.
Теперь можно пересесть на заднее сиденье. Общупать, обыскать пленников. Два пистолета. Не макаровы. Какие- то удостоверения, визиткипотом посмотрим, теперь некогда.
Тряхнуть за плечи пассажира. Застонал, приоткрыл глаза. Ну, здравствуй, дружище Улыбнуться обаятельно. И ничего не говоря, ткнуть костяшками пальцев в солнечное сплетение, чтобы дыхалку перехватило. Захватал ртом воздух, выпучил глаза.
И еще раз ударить. Чтобы пострашней стало.
Не привыкли они к такому обращению, к таким чисто нашим наездам, когда сразу за грудки и в морду. Или отвыкли. Потому что раньше, века так два-три назад, тоже все пиратами были и разбойниками с большой дороги. Которыми, впрочем, и остались. Только действуют теперь не кистенем и кинжалом, а томами уложений и калькуляторами. И вместо ватаги головорезов у них юрисконсульты, адвокаты и бухгалтеры. Что сути не меняет. Раздевают жертвы и по миру пускают, они ничуть не хуже своих прадедов, разве что ласково и в белых перчатках.
Ну что, молчим?
А если кулаком, между ножек в брючках от J.Crew? Это больно. И угрожает частичной потерей потенции, что может нанести серьезный урон сексуальному здоровью.
Ну ты чего, в натуре, зенки пялишь?
Это ничего, что он слов не понимает, он интонацию понимает и выражение лица. И теперь в нем должны проснуться те, прежние, унаследованные от предков инстинкты, которых не раз по лицу били, и даже ногами и даже ножичком тыкали, что они должны были зафиксировать и передать своим потомкам в наборе прочих хромосом.
Ну что, вспомнил?
А теперь, когда он проникся, начать допрос «по горячему», пока он не очухался. Достать ножичек, перочинный, открыть лезвие и приблизить его к глазу. И еще ближе Совсем близко.
Задергался, откинул голову, вжался затылком в подголовник.
Гаркнуть:
А ну, не дергайся, фраер! Ухватить за волосы, сильно, больно, прижать к подголовнику.
Закричал, залепетал что-то, испуганно косясь на отблескивающее лезвие. Это ничегопусть покричит, место тут тихое, безлюдное. А крик больше его самого напугает, чем «палача».