Солнце клонилось к закату, когда Гордей Тимофеевич стал собираться на встречу с Люцией. Они договорились провести сегодняшний вечер в клубе «Рыжая ослица». Трифонов, конечно, предпочёл бы встретиться в кафе, но клуб так клуб. Выбрала его Люция, уверенная в том, что Аните не придёт в голову разыскивать их в этом клубе.
Гордей сказал возлюбленной, что сегодня Анита нигде не станет их разыскивать, так как сама отрывается в ресторан на день рождения приятеля и навряд ли выйдет оттуда раньше трёх-четырёх часов утра.
Но ресторан к этому времени закроется, возразила Люция.
Не волнуйся, у них там всё схвачено. Хозяин ресторана дружок именинника. Так что гулять будут, пока сами не выметутся.
Всё равно, упрямо твердила Люция, в «Рыжей ослице» безопаснее.
Гордей, не желая расстраивать свою боязливую возлюбленную, согласно кивнул. То, что клуб считался молодёжным, не сильно напрягало Трифонова, ведь он не считал себя стариком.
Май в этом году выдался необычайно жарким, даже после захода солнца в воздухе стояла невыносимая духота. Следователю Александру Наполеонову снился ночной кошмар: огромная страшная баба- яга посадила его на лопату и теперь старалась просунуть в раскалённую печь. Шура отчаянно сопротивлялся, упирался и ногами и руками, звал на помощь друзей, и в тот миг, когда зловредной старухе уже почти удалось просунуть лопату в геену огненную, Наполеонов закричал:
Мама! И проснулся.
Только, похоже, сделал он это зря. По крайней мере, особого облегчения пробуждение ему не принесло. Воздух в комнате плавился от жары. А за окном, несмотря на ночное время суток, температура давно преодолела рубеж в +35 oС.
Он же, замотавшись на своей работе, так и не удосужился починить не вовремя сломавшийся кондиционер. Да и кто ж мог предположить, что в мае будет такая жара? Шура сполз с мокрой от его пота простыни и босиком вышел в коридор. Дойдя до комнаты матери, он тихонько поскрёбся в дверь.
Что случилось? сонно отозвалась Софья Марковна.
Ма, пусти своего горемычного сына погреться.
Что?!
Тьфу ты! Прохладиться.
Шура! Что случилось?
Кондиционер не фурычит! жалобно проговорил Наполеонов. Ма! Я сейчас запекусь в собственном соку!
Дверь распахнулась. На пороге в тонкой ночной рубашке стояла Софья Марковна.
Ма! Какая ты красивая! невольно вырвалось у Наполеонова.
Лунный свет, сочившийся сквозь тонкую занавеску, обволакивал женщину невесомым куполом и превращал в неземное существо. В русалку! Ундину! Тихо-тихо, как сонный ночной прибой неведомого моря, шумел кондиционер. Благодатная свежесть.
Ты любоваться мной пришёл или поспать в прохладе? сердито спросила Софья Марковна.
Поспать, ма, смиренно отозвался сын.
Тогда иди и спи, кивнула она головой в сторону дивана.
Шура тихо вздохнул и покорно потопал в указанном направлении. Спустя минуту он уже спал. А Софья Марковна думала о том, что Шуре обязательно нужно жениться, иначе ей так и придётся присматривать за ним самой до глубокой старости. Вот завтра нужно не забыть вызвать мастера, чтобы отремонтировал кондиционер в комнате сына. Сам он опять забудет.
В доме частного детектива Мирославы Волгиной, подруги детства следователя Наполеонова, кондиционер тоже не работал. Но вовсе не потому, что сломался, а потому, что его там отродясь не было. Несмотря на все усилия её помощника Мориса Миндаугаса, она и слышать не хотела об этой технике.
Вспомни о своих несчастных американских братьях, говорила она всякий раз укоризненно, и Морис умолкал, так как ему не хотелось в сотый или даже тысячный раз выслушивать печальную историю о гибели 34 американских легионеров после 49-го ежегодного съезда Американского легиона, состоявшегося в 1976 году в гостинице в Филадельфии. О безопасности современных кондиционеров он рассказывал ей уже много раз. Но она в ответ только снисходительно хмыкала. И Миндаугас решил не тратить нервы на пререкания и смириться.
Спасало то, что Мирослава, Морис и кот Дон жили в коттедже, который утопал в густой зелени сада. На участке было озеро и били многочисленные поливочные фонтанчики, так что жара ощущалась не так сильно, как в раскалённом мегаполисе.
Проснувшись утром, Наполеонов решил, что ночевать сегодня поедет к Волгиной, тем более что там у него имелась своя комната. Она так и называлась Шурина.
Мирослава с Морисом всегда были рады видеть его у себя. Миндаугас к тому же прекрасно готовил, а Шуре даже в жару всегда хотелось съесть всё, что подавалось на стол.
Но вот только планам Наполеонова отдохнуть от жары у друзей не суждено было сбыться. Едва он вошёл в свой кабинет, как зазвонил стационарный телефон.
Тут я, отозвался следователь.
Саша, раздался в трубке голос его начальника Солодовникова.
Слушаю, Фёдор Поликарпович.
Солодовников был единственным в окружении Наполеонова, кто называл его Сашей, а в официальных случаях Александром Романовичем и никогда Шурой, даже в неформальной обстановке, например, на даче на шашлыках или на корпоративах.
Саша, у меня для тебя срочное задание.
«А когда было несрочное», уныло подумал Наполеонов.
Поезжай на труп. И полковник назвал адрес.
Наполеонов тяжело вздохнул и отчеканил:
Есть!
Вот и лады, потом доложишь. Фёдор Поликарпович уже собрался положить трубку но, подумав, добавил: Будь осторожен и внимателен. Убит крупный бизнесмен Гордей Тимофеевич Трифонов.
Наполеонов понятия не имел, кто это такой. Но решил не приставать к начальству с расспросами. Приедет на место и сам всё увидит. А для уточнений существуют родственники, вот их-то в первую очередь он и расспросит.
Глава 7
Трифонова нашла лежащим на краю садовой дорожки, под стекающими плакучими ветвями золотого дождя, Анита, вернувшаяся под утро с дня рождения.
Разлёгся, всплеснула она руками, напился, как свинья! Анита подошла ближе и только тут заметила расплывшееся пятно на его груди.
Что это? испуганно спросила она вслух и закричала так громко, что сначала залаяли, а потом завыли соседские собаки, которые обычно молчали, так как были приучены лаять только по команде.
Глотая воздух ртом, Анита вытащила мобильный и вызвала полицию. Когда на место прибыл следователь, вся оперативная группа уже была там.
А где «Скорая»? спросил он неизвестно кого.
Дамочка не озаботилась её вызвать, ответил ему судмедэксперт.
То есть она была уверена, что «Скорая» ему не понадобится?
Не знаю, пожал плечами Шахназаров, спроси у неё сам.
Где она? стал озираться по сторонам следователь.
Вон неутешно рыдает в жёлто-зелёном, с блёстками.
Для траура наряд слишком ярок, пробормотал Наполеонов и направился к сидевшей на скамье и тихо всхлипывающей Аните. Следователь Александр Романович Наполеонов.
Она приподняла лицо и всхлипнула.
Насколько я понимаю, вы хозяйка этого дома? спросил он, старательно вкладывая в голос нотки сочувствия
Она кивнула.
Представьтесь, пожалуйста.
Анита Витальевна Трифонова жена, она кивнула на труп, вон его, то есть теперь вдова.
Кто обнаружил тело?
Я и обнаружила.
Давайте перейдём в дом.
Давайте, согласилась она и провела его в гостиную, обставленную мебелью, которую не стыдно расположить и в Версале.
Он огляделся и сел на стул с высокой спинкой. Вдова плюхнулась на диван.
Ваш муж оставался дома один?
Один.
У вас нет прислуги? произнёс Наполеонов с остервенением слово, которое терпеть не мог.
Есть вообще-то.
Так, где она?
Домработница уже две недели как в отпуске.
Как её зовут?
Елена Павловна Ревунова.
А кроме неё, вам никто не помогает по дому?
Помогает.
Кто?
Варвара Михайловна Климова приходящая горничная. Но она приходит не каждый день. Должна прийти послезавтра.
Почему вы не вызвали «Скорую»? спросил Наполеонов.
Но его вопрос ничуть не смутил женщину.
А разве он не умер? искренне удивилась вдова.
«Она что, дура или притворяется?» подумал следователь и произнёс сердито: