Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Однако и здесь учились не одни только лишь дебилы, я лично была знакома с несколькими выпускниками этого славного заведения и могла гарантировать довольно высокий уровень преподавания в «педе».
Мой путь лежал на факультет иностранных языков, где и училась Маша Гаврилова. Я прошла по коридору и вскоре очутилась перед дверью в деканат.
Прямо на пороге, не давая мне пройти, вели оживленную беседу два джентльмена. Один, с благородной сединой и очками в руках, что-то доказывал другому, который выглядел не очень презентабельно и мял в руках вязаную шапочку с надписью «Спорт», однако тоже был убежден в своей правоте.
Валерий Григорьевич, ты пойми, что так дела не делаются! тряся очками, восклицал солидный.
Нет, Николай Терентьич Слушай меня внимательно! Дела делаются так, как ты и не знаешь возражал жиденьким тенорком человек с шапочкой.
Говорил он очень быстро, даже суетливо, поминутно вскидывая руку.
Спор затих, когда я, зайдя за спину Валерия Григорьевича, обратила свой выразительный взгляд на его благородного оппонента.
Девушка, вы что хотели? спросил Николай Терентьевич.
Антона Владимировича можно увидеть?
Его пока нет, скоро обещал быть.
И тут ко мне повернулся непрезентабельный Валерий Григорьевич.
Антон Владимирович? А зачем он вам? Вы пришли устраиваться на курсы? забросал он меня вопросами.
Вообще-то нет, он мне нужен по другому делу, возразила я, но Валерий Григорьевич, не слушая меня, продолжил:
У меня есть свой метод. Метод корреляции. За месяц вы будете разговаривать, именно разговаривать, а не лепетать. Вот и Николай Терентьевич может подтвердить А Антон хороший специалист, но Я вам советую попробовать у меня.
Тут я по запаху поняла, что Валерий Григорьевич, мягко говоря, нетрезв.
Антонмой ученик! хвастливо заявил он, беря меня за руку и увлекая в конец коридора. Это я его учил, он еще у меня студентом был Кстати, я не представился, неожиданно произнес собеседник. Жимов Валерий Григорьевич.
Мы уже дошли до подоконника в конце коридора, и Жимов остановился, продолжая свой рассказ об ученике:
Антон, между прочим, талантливый человек. Сейчас его здесь нет, он должен скоро подойти. Но Я вам скажу. Он лукаво посмотрел на меня. Антон большой охотник до женщин. Очень большой!
Он красноречиво смотрел на меня, словно желая еще раз доказать правдивость своего утверждения, а если говорить точнее, то предостережения. Я лишь пожала плечами и усмехнулась.
Жимов погрозил мне пальцем.
А вот и не смейтесь. Вы не успеете оглянуться, как окажетесь в его донжуанских лапах
И Валерий Григорьевич, обнажив прокуренные зубы, по-стариковски засмеялся.
Все студентки от него без ума! заявил он. Когда-то все за мной бегали, а теперь за ним. Что ж, молодым везде у нас дорога. Но если вы пришли на курсы, то я вам советую сначала попробовать у меня.
Нет, я пришла не на курсы, в конце концов вставила я свое веское слово. Он мне нужен совсем по другому вопросу.
Ах, вот оно что, не смутился ни капельки Жимов. Тогда тем более вам ничто не препятствует прийти на курсы. Вы английским насколько владеете?
Ниже среднего, пожалуй, слегка подумав, ответила я.
Ниже среднегоэто не уровень! запальчиво воскликнул Жимов. В нынешнем мире без английского совершенно невозможно. Абсолютно! Он выбросил вперед руку, словно Ленин, призывавший к социалистической революции. Так что приходите, вторникпятница, в шесть часов
Жимов подробно объяснил мне, куда, когда и зачем я должна приходить, и снова принялся расписывать преимущества придуманного им метода корреляции.
Постепенно все это начало мне надоедать. Но тут, на мое счастье, из-за угла вывернул молодой человек со стильной бородкой, и его-то и окликнул Жимов:
Антон!
И Валерий Григорьевич с приветливой улыбкой двинулся навстречу молодому человеку. Тот не был столь любезно настроен, как Валерий Григорьевич, и сдержанно поприветствовал его.
А к тебе барышня, видимо, желая его порадовать, сказал Жимов и кивнул в мою сторону.
Антон Владимирович тут же обратил все свое внимание на меня.
Здравствуйте, поздоровался он, приближаясь.
Здравствуйте, ответила я. Меня зовут Татьяна, я частный детектив, представилась я.
Антон Владимирович Глазов, сказал молодой человек. А в чем дело?
Валерий Григорьевич же искренне недоумевал. Известие о том, что я частный детектив, повергло его в смущение, правда, ненадолго. Уже через несколько секунд он снова улыбался, несколько заискивающе, словно говорявот какую барышню, да еще частного детектива, я тебе привел.
Глазов тем временем оценивающе посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Жимова.
А ты-то что, Валерий Григорьевич?
Жимов мелко заюлил, торопливо бормоча:
Антон, у меня к тебе есть интересное предложение. Я уже с Николаем Терентьевичем разговаривал, он сказал В общем, нужно обсудить Когда у тебя есть время?
Глазов нахмурился, потом снова посмотрел на меня и ответил:
Сейчас я с девушкой поговорю, потом рассмотрим твое предложение.
Последние слова были сказаны таким тоном, будто Антон Владимирович заранее знал, что никакого интереса предложение Жимова не представляет и согласен он его обсуждать только из уважения к старому учителю. Впрочем, этот маловажный для меня эпизод тут же и закончился, поскольку Глазов предложил мне пройти в кабинет, около двери которого я и познакомилась где-то с полчаса назад со словоохотливым Валерием Григорьевичем.
Вскоре я уже сидела напротив Глазова, который, сняв верхнюю одежду, солидно расположился за своим рабочим столом.
Вы знаете, что ваша студентка Маша Гаврилова трагически погибла?
Что?! Брови Глазова взлетели вверх.
Да, ее тело обнаружили утром.
Но А почему здесь никто не знает? с широко раскрытыми глазами спросил Антон Владимирович.
Вообще-то фотография в траурной рамке висит в вестибюле, заметила я.
Значит, я просто не обратил внимания. А, ну правильно, я же заходил не с центрального входа, покачал головой совершенно растерянный преподаватель. Но Как это получилось? Кто это сделал?
Если бы ответы на эти вопросы имелись, я бы не пришла к вам, сказала я.
Подошедший Валерий Григорьевич пытался вклиниться в разговор, узнать, что случилось, но Глазов резко остановил его, попросив сидеть тихо и ни во что не вмешиваться. Жимов успокаивающе поднял ладони вверх и далее сидел как паинька.
У меня к вам стандартные в данном случае вопросы, Антон Владимирович, вздохнула я. Что за отношения у вас были с Гавриловой, что вы знаете о ее окружении и так далее
Отношения? скептически пожал плечами Глазов. Самые обычные, преподавательученица. У Маши очень хорошо шел английский язык, я давал ей дополнительные задания, которые она сама просила. Несколько раз мы встречались вне стен института, вот и все.
Извините за прямоту, но Ничего выходящего за рамки этих отношений не наблюдалось? Поймите меня правильно
Ничего страшного, перебил меня Глазов. Ничего того, что вы имеете в виду, не наблюдалось. Вы что же, вздумали меня подозревать сразу же, да? И тут же ответил на свой собственный вопрос:Да-да, конечно, это же ваша работа, я понимаю Но я ничем особо вам помочь не могу. Вы спрашивали про окружение? Но я мало что знаю, ведь я преподаватель, а она студентка Вам бы поговорить с ее подружками по группе.
В этот момент к столу Глазова подошел тот самый солидный товарищ по имени Николай Терентьевич и положил перед молодым преподавателем свернутую бумажку. На его вопросительный взгляд Николай Терентьевич коротко ответил:
Просили передать.
Антон Владимирович развернул бумажку, прочитал, нахмурился и быстро свернул ее обратно.
Так вот Значит, вам нужно поговорить с подружками Но сейчас, по-моему, он взглянул на часы, идут занятия, я не знаю, как вам лучше поступить
Я заметила, что Антон Владимирович как-то занервничал и забеспокоился, причем наступило это аккурат после того, как он прочел послание от неизвестного мне персонажа. Но это в принципе могло ничего и не означать.