Всего за 419 руб. Купить полную версию
Пат и Паташон носились по манежу, кувыркались, катались и делали стойку на задних лапах. Ромео и Джульетта сидели на плечах у директора, который то и дело восклицал: «Ва бене! Корошо!» и задавал им каверзные математические задачки. А Флойд взмывал в воздух на трапеции, словно у него были крылья. «Ух ты, отличное шоу», думал я про себя. Шестерка выступала очень слаженно, сразу было видно, что они настоящая команда и уже очень давно работают вместе.
Тут словно по мановению волшебной палочки откуда-то из-под потолка на канате спустилась небольшая корзинка. И все посмотрели на меня.
Эй! рявкнул Балотелли в мою сторону. Чего ты ждать? Синьор Бартоломео котеть особое приглашение? Вперед!
На самом деле, конечно, он имел в виду меня! Итак, я поднялся, подбежал к корзинке и забрался внутрь. Канат сразу же натянулся, и корзинка стала подниматься вверх. Ах ты святой кошачий лоток, как же она раскачивается! И тут вдобавок ко всему я сделал то, чего делать не стоило ни в коем случае: посмотрел вниз. Ой-ой-ёшеньки, как же высоко! Мне снова стало дурно.
Корзинка резко остановилась и теперь просто раскачивалась вместе со мной из стороны в сторону.
Хоп, хоп! кричал внизу Балотелли.
В каком это смыслехоп, хоп? Что он имеет в виду? Мне нужно спрыгнуть внизтак, что ли? Да у него явно не все мышки в норке!
Налево, посмотри налево, тебе нужно туда, раздался вдруг шепот из ниоткуда. Я в полном недоумении повернул голову и увидел черного котаон сидел на одной из стоек шатра, укрывшись в тени. И выглядел в точности как я!
Ну, давай жевылезай из корзинки и забирайся вон туда! приказал мой близнец.
Я посмотрел налево и заметил прямо перед своим носом небольшой выступплощадочку, закрепленную на одной из стоек шатра. Ага, так вот куда мне нужно! Я осторожно перепрыгнул из корзинки на площадку. Есть! Наконец-то мои лапы ступили на твердую почвуну то есть хотя бы на крохотный ее клочок. Было не так уж и сложно. Впрочем, я заподозрил, что дело этим не ограничится, и обернулся к своему сородичу.
Ты, видимо, и есть тот самый Бартоломео? осведомился я с любопытством.
Бинго! Ты угадал, ответил тот.
А что ты делаешь тут, наверху?
Во-первых, прячусь от Балотелли, а во-вторых, должен же кто-нибудь тебя поддержать.
Э-э, спасибо, пробормотал я. Но как ты сюда попал?
Взобрался по стенке, разумеется, удивленно сказал мой визави. Я же кот.
Да, это-то я вижу. Но мне сказали, что у тебя травма
Это верно, кивнул Бартоломео. Очень неприятная. Вывихнул заднюю лапу. Лазать я еще кое-как могу. А вот о прыжках и думать нечего. К счастью, тут подвернулся ты!
Насчет «подвернулся» я бы, конечно, поспорилскорее уж меня сюда абсолютно бесцеремонно приволокли. Но с учетом текущего положения дел я счел более разумным не вдаваться пока в детали.
А почему бы этому Балотелли просто не убрать твой номер из представления, пока ты не поправишься? вставил я.
Это невозможно. Я ведь гвоздь программы, ее венец! возмутился Бартоломео. Говорят, некоторые люди приходят в цирк исключительно ради меня!
Ну тут уж он, конечно, хватил Этот Бартоломео, похоже, тот еще хвастун, подумал я, но вслух лишь дипломатично пробормотал:
Ах вот как.
Да, именно так, подтвердил кот. Но давай о тебе, мой друг и помощник. Ты должен медленно сфокусироваться и найти свой центр. Сейчас спустят обруч, а от концентрации в этом номере зависит все.
Что я должен сделать? Кого найти? И что сейчас подадут? Этот хвостатый говорит загадками.
Вид у меня, вероятно, был весьма глупый, поэтому он повторил еще раз, подчеркнуто медленно и с нажимом:
Кон-цен-тра-ци-я. Ты же знаешь, что это такое, правда?
Он меня что, за дурака держит? Конечно же, знаю.
Хорошо, продолжил Бартоломео. Итак, сейчас сверху подадут обруч. Тебе нужно смотреть в него прямо насквозь, на площадку с другой стороны, понял?
Я обернулся и увидел, что на расстоянии метров около двух отсюда расположен примерно такой же выступ, как тот, на котором я сейчас сидел.
Не смотри на обруч, наставлял меня кот. Просто направь взгляд сквозь него, сделай глубокий вдох и выдох, дыши животом. Сохраняй полнейшее спокойствие. И не смотри на обруч. Напряги мускулы. Глубокий вдох и выдох. И потом прыгай. Ясно?
Ясно! ответил я. Хотя мне ровным счетом ничегошеньки не было ясно. Что за чушь он нес про дыхание? Не успел я подумать, что стоит, пожалуй, обо всем переспросить, как откуда-то сверху на еще одной веревке спустился обруч и повис примерно посередине между двумя площадками.
Внимание, начинаем! шикнул Бартоломео. Найди свой центр, сконцентрируйся!
Я стоически посмотрел сквозь обруч на вторую площадку. Не так уж она и далеко, ты запросто допрыгнешьмысленно уговаривал я себя, пытаясь собраться с духом. Я уже напряг было мускулы и приготовился к прыжку, как вдруг послышался щелчок и из обруча заструился какой-то газ с ужасно неприятным запахом. Пых! Обруч загорелся!
Ах ты разнесчастная сардина в масле! Я совершенно забыл, что эта штука еще и горит! Причем хорошо так горит. На мой взгляд, языки пламени были великоваты, а свободная от огня зона в центре кругамаловата. Мне никак тут не проскочить, не опалив шерсть! На помощь! Меня охватит пламя, я, разумеется, тут же бесславно рухну вниз, на арену, где и испущу свой последний вздохвесь в подпалинах и с переломанными костями
Словно прочитав мои мысли, Бартоломео крикнул:
Вдох, выдохи вперед! И не смотри на обруч! Прыгай!
И я глубоко вдохнул и выдохнул, вдохнул и выдохнул, напряженно вглядываясь в противоположный выступ и пытаясь игнорировать полыхающий прямо передо мной ад.
Еще раз вдох и выдох, вдох и выдох. А потом я прыгнул так, как никогда еще не прыгал, и стрелой пронзил воздух. Прощай же, бренный миредва успел подумать я ираз! уже приземлился на площадку. Я недоверчиво осмотрелся: горящий обруч все еще болтался в воздухе. Внизу Балотелли кричал: «Ва бене, корошо!» и хлопал в ладоши.
Я сделал это, в самом деле сделал! Ну я и чертяка! С ума сойти! Моя Одетта ни за что не поверит, если ей рассказать!
Только теперь я наконец заметил, что дрожу всем телом. А чем это тут, кстати, так странно пахнет? Упс, кажется, я слегка подпалил кончик хвоста Но я так радовался и так гордился своим прыжком, что эта мелочь меня совершенно не расстроила. Пустяки, шерсть ведь отрастет.
Видишь, все получилось! раздался голос Бартоломео с другой стороны шатра. Не так уж и плохо для первого раза.
Не так уж и плохо? Не успел я высказать этому высокомерному снобу все, что думаю о нем и его невежественных комментариях, как он словно растворился в темноте, а перед моим носом повисла другая корзинка, которая, вероятно, должна была доставить меня вниз.
Когда директор цирка вернул нас обратно в клетку, мои коллеги-артисты окружили меня и стали наперебой расхваливать:
Супер!
Мировой класс!
Ты как будто всю жизнь только этим и занимался!
Спасибо, спасибо, отвечал я всем, пытаясь выглядеть по возможности скромно. Новичкам везет, добавил я, но я, конечно, думаю, что мне
тебе нужно лучше концентрироваться, перебил меня кто-то. К клетке, никем не замеченный, прокрался Бартоломео и теперь величественно восседал рядом. Тогда и хвост не подпалишь.
Вот же заносчивый хам! Что он о себе возом нил? В конце-то концов, я ведь тут за него отдувался, лез в пеклов самом прямом смысле.
Ну так и прыгай тогда сам, раз тебе виднее, как нужно, напустился я на него.
Ох, мальчики, boys! встряла со своим блеянием ОНелли. Не ссорьтесь, пожалуйста. Уинстон, твой прыжок действительно был супер. Просто нашему старому вояке нелегко даются комплименты.
Секунду мы с Бартоломео молча смотрели друг на друга, кончики наших хвостов подрагивали, и я наконец заметил, что он и правда уже очень стар. На морде у него тут и там уже пробивались седые волоски. Удивительно, что он вообще еще выступает!
Бартоломео обстоятельно откашлялся:
Ну, в общем, кхм ты правда очень хорошо все сделал, Уинстон, спасибо.
Не за что, рад был помочь, примирительно ответил я.