Маргарет не стала в него заглядывать, да и Перси не стал блуждать в дебрях изысков китайской кухни. Пробежавшись по меню, он остановился на уже опробованных блюдах: замоченной в ячменной патоке и зажаренной на углях из каштана утке, супе из «ласточкиных гнезд», грибах муэр с рисовым сыром тофу, салате, приготовленном из молодых побегов бамбука и жареном арахисе. Сложнее оказалось с выбором напитков. Перси подвела память, ему на помощь пришел официант и предложил:
Есть замечательная рисовая из Пекина.
Китайскую водку Перси на дух не выносил и резко мотнул головой. Официант сообразил и перешел к японскому ассортименту:
Имеется превосходное сакэ.
Не надо! Есть, что покрепче?
Русская водка.
О?! Водка! на лице Перси появилась улыбка, а в голове мелькнула шальная мысль: «Взять, да напиться? Вот обрадуется Кейдж. Получит подтверждение тому, что я, как и Ковальчук, продался ФСБ».
Прямые поставки из России, принялся нахваливать официант водку.
В следующий раз. Принесите виски или бренди.
Рекомендую бренди.
Хорошо! Одну бутылку, согласился Перси и поинтересовался у Маргарет:
Ты что будешь пить, дорогая?
Что-нибудь из французских вин, не стала изменять своему вкусу она.
Есть превосходная бургундская коллекция, предложил официант.
В таком случае принесите красное полусладкое.
У вас прекрасный вкус. Что еще?
Все! На десерт чай, подвел итог Перси.
Благодарю вас. Вы не будете разочарованы, заверил официант и отправился на кухню.
Не прошло и десяти минут, как он появился перед ними с огромным подносом, накрытым изящным бамбуковым колпаком. Марку и Маргарет оставалось только поражаться тому, как официанту удавалось удерживать все это на одной руке, а другой извлекать бутылки и блюда. Официант с ловкостью фокусника расставил на столе разнокалиберные тарелочки, миниатюрные чашечки и куайцзы, затем разлил по бокалам вино, бренди и, отвесив поклон, растворился в полумраке зала.
За встречу, милая! предложил тост Марк.
За нас, поддержала она.
Выпив, они налегли на закуску. Грибы пришлись Маргарет по вкусу, а салат просто привел ее в восторг. Она отдавала должное искусству китайских поваров и не скупилась на похвалы. Вскоре подоспел суп, а затем утка. На нее у Перси уже не хватило сил, Он быстро осовел от сытой пищи, бренди, и стал клевать носом.
Марк, Марк? тормошила его Маргарет.
Встрепенувшись, он смущенно ответил:
Извини, дорогая, я страшно устал.
Это я виновата, мучаю тебя всякими историями. Едем в отель! потребовала она.
Да-да, согласился Перси, поманил официанта и расплатился.
На выходе из ресторана их поджидало таксирасторопный швейцар добросовестно отрабатывал свои чаевые. Засыпая на ходу, Перси с трудом доехал до отеля, поднялся в номер, и там его оставили силы. Последняя мысль, которая промелькнула в меркнущем сознании, адресовалась Кейджу: «Можешь засунуть себе куда угодно свои микрофоны и камеры! Слушай мой храп, мерзавец».
Разбудил Перси аромат кофе и звон посуды. Потянувшись до хруста в костях, он открыл глаза. Маргарет, одетая в легкий халатик, хлопотала над столом. Она обернулась и спросила:
Как спалось, милый?
Великолепно! Спал как убитый! заявил Перси.
Что, даже я не снилась?
Ну что ты! Ты мой самый прекрасный сон.
Марк, я тебя не узнаю? Вчера стихи, сегодня комплементы. Что происходит?
Пытаюсь смотреть на мир другими глазами. И знаешь, все выглядит в розовом свете, пошутил он и поймал себя на мысли: все эти «фантомы», чужие секреты, тайные операции и награды не могли заменить того, что ему давала любовь Маргарет.
Вот так всегда смотри на меня, и я от счастья буду на седьмом небе, ответила она счастливым смехом и напомнила:Пора завтракать.
Сейчас, только умоюсь, откликнулся он и прошлепал в ванную.
Маргарет заказала в ресторане его любимые тосты и кофе. Впервые за последние сутки Перси поел с аппетитом, а затем стал готовиться к встрече с Кейджем. Взгляд в зеркало прибавил настроения.
Мы еще посмотрим, кто кого, господин Инквизитор? вырвалось у него.
Марк, ты это чем? тут же среагировала Маргарет.
В ее глазах снова вспыхнул тревожный огонек. Маргарет с ее проницательностью могла докопаться до истины.
Потом! Извини, дорогая, я очень спешу, бросил Перси на ходу и поспешил спуститься.
Машина с «бульдогами» еще не появилась, и он сосредоточился на мыслях о предстоящей схватке с Кейджем. После разговора с Ковальчуком у него появились весомые аргументы, с которыми можно было не только отбиться от вздорных обвинений, но и попытаться вырваться без больших потерь из безжалостных жернов Службы специальных расследований.
До встречи с Кейджем оставались считанные минуты. Ровно в девять тридцать появилась машина. На этот раз она прибыла без эскорта «бульдогов», Перси расценил это как обнадеживающий знак. Вскоре тому нашлось более весомое подтверждение. На входе в Лэнгли его встретила обходительная сотрудница секретариата и проводила в приемную Кейджа. Тот тоже не заставил себя ждать, вышел навстречу и, энергично пожав руку, пригласил в кабинет. Это, а также две чашки для чая на столе говорили о многом: вчерашний разговор с Ковальчуком в Службе специальных расследований не составлял тайны и, похоже был в пользу Перси. Но он не спешил с выводами и ждал, что последует дальше.
Присаживайся, Марк. Если не возражаешь, начнем с чая, пригласил Кейдж к столу. При этом он не преминул продемонстрировать свою осведомленность и лишний раз показать, что в Службе специальных расследований знают все:
Насколько я знаю, вы большой любитель ланкийского?
Подобные приемы, возможно, производили впечатление на новичков и слабонервных, но не на Перси. Они только разозлили его.
Бросив на Кейджа снисходительный взгляд, он язвительно заметил:
Ты, знаешь, Фрэнсис, с хорошим человеком я выпью даже яд.
Ха-ха, наигранно хохотнул тот, и, холодно улыбнувшись, произнес:Проверю.
Смотри, не ошибись.
Я не пью с кем попало, сухо отрезал Кейдж и сменил тему:Как Маргарет?
Не жалуется.
Надеюсь, ты на нас не в обиде?
В обиде?! Себе выйдет дороже.
Марк, опять ты делаешь из меня чудовище.
Так мы же не на чай собрались? Вам русского крота подавай! перешел в наступление Перси.
Но тебя никто и ни в чем не обвиняет, примирительно заметил Кейдж.
Вчера мне так не показалось.
Это игра твоего воображения.
Воображения?! Меня, который двадцать лет отдал разведке, как последнего Перси задохнулся от возмущения.
Марк, давай без сцен! Мы не в театре!
Сцен?! Вы втаптываете меня в грязь и хотите, чтобы я целовал
Перси, прошу не забываться! рыкнул Кейдж.
Не забываться?! Это после того, как вчера два твоих бульдога тащили меня словно барана на заклание?
Перестань! То было вчера.
Вчера?! осекся Перси.
Да, вчера.
А что изменилось за ночь?
Многое.
Многое? Как это понимать?
Расследование по тебе закрыто! объявил Кейдж.
Как закрыто?! опешил Перси.
А ты что, настаиваешь на продолжении?
Нет, нет! воскликнул Перси, и облегченно вздохнул. Ему стало неловко за свое поведение и нападки на Кейджа. Избегая его взгляда, Перси пробормотал:
Извини, Фрэнсис, нервы. Но когда тебя подозревают черт знает в чем, тот тут
Забудь, Марк, все осталось позади. Зла не держи, что поделаешь такова моя миссия, остановил его Кейджа, и, пододвинув чашку с чаем, предложил:Выпей, все-таки твой любимый.
Перси сделал глоток, другой, но не почувствовал вкуса. Внутреннее напряжение, в котором он находился вторые сутки, дало о себе знать. А Кейдж неторопливо прихлебывал чай и продолжал внимательно наблюдать за ним. Теперь, когда все вопросы были сняты, он пытался понять: готов ли Перси после такой встряски к продолжению активной работы с Фантомом. Работе, которой, несмотря на опасность провала, в руководстве ЦРУ придавали исключительное значение. Ценность поступающей от агента информации перевешивала все риски. Теперь вопрос состоял в том: способен ли Перси взять себя в руки и вернуться в операцию. Встретившись с ним взглядом, Кейдж поинтересовался.