Всего за 549 руб. Купить полную версию
Мэтью молчал. Вудворд тянул его за рукав, сознавая, что по такому поводу в драку лезть негоже.
Мы как-нибудь обойдемся без горшка, мистер Шоукомб, сказал Вудворд, когда Мэтью неохотно последовал его призыву и сел. Так что у нас сегодня на ужин?
«Бах!» громкий, как пистолетный выстрел, хлопок заставил их подпрыгнуть на стульях. Они повернулись в сторону очага, откуда донесся звук, и увидели старуху с увесистым деревянным молотком в руке.
Застукала тварюку! прохрипела карга и торжествующе подняла другую руку, двумя пальцами держа за кончик хвоста большую черную крысу с перебитой спиной, еще дергавшуюся в предсмертных конвульсиях.
Ну так и сбагри ее с глаз долой! распорядился Шоукомб.
Вудворд и Мэтью уже были готовы к тому, что добыча отправится в общий котел, однако же старуха добрела до окна, открыла ставень и выбросила полудохлого грызуна в штормовую тьму.
Распахнулась дверь, и в проеме возникла крыса иной породы, вместо хвоста волоча за собой шлейф ругательств и проклятий. Дядюшка Эбнер промок насквозь, вода капала с его бороды и одежды, а сапоги были покрыты толстым слоем грязи.
Конец треклятого света, вот что это такое! объявил он, закрыв дверь на засов. Скоро всех нас смоет с лица земли, помяните мое слово!
Ты задал корм лошадям?
Ранее Шоукомб приказал Эбнеру разместить лошадей и фургон путников под навесом у сарая, а также позаботиться о трех других клячах с провислыми спинами.
Знамо дело.
Не напортачил в этот раз? Ежели снова бросил их под дождем, я твой пердак на ремни порежу!
Да в сарае они этом чертовом, а ты посмоктай мой стручок, коль не веришь на слово!
Следи за пастью, покудова я ее не заштопал! А ну, бегом принес этим джентльменам рома!
Больше с места не сдвинусь! взвыл старик. И так уже промок до самой селезенки!
Лично я предпочел бы эль, сказал Вудворд, вспоминая, как недавно чуть не сжег себе глотку, угостившись ромом Шоукомба. Или чай, если он у вас есть.
И я тоже, сказал Мэтью.
Ты слышал этих джентльменов! напустился трактирщик на своего горемычного дядюшку. Быстро неси эль! Самый лучший, какой есть в доме! Бегом, я сказал!
Он сделал пару шагов к старику, угрожающе поднимая тяжелую кружку как будто с намерением раскроить череп Эбнера, и попутно облил своих гостей вонючей жидкостью. Мэтью мрачно взглянул на Вудворда, но тот лишь покачал головой, не желая участвовать в этой пошлой комедии. Подмоченная бравада дядюшки спасовала перед гневом племянника, и Эбнер спешно отбыл в кладовую, напоследок грязно, со всхлипом выругавшись.
Кой-кому нужно порой напоминать, кто в доме хозяин! заявил Шоукомб, выдвигая стул и без приглашения подсаживаясь к путникам. Прошу меня понять, джентльмены! Я здесь куда ни гляну, всюду вижу только недоумков!
«В том числе и в зеркале», про себя добавил Мэтью.
Вудворд поерзал на стуле.
Не сомневаюсь, что управляться с трактиромдело очень хлопотное.
Воистину так, видит Бог! Здесь бывают проезжие, но их совсем не густо. Пробавляюсь кой-какой торговлишкой с трапперами да индейцами. Правда, я тут осел недавно, всего месяца три-четыре тому.
Вы сами построили этот дом? спросил Мэтью, уже заметивший в зале с полдюжины мест, где бодрая капель свидетельствовала о прорехах в крыше.
Своими руками. Каждое бревно, каждую доску.
И больная спина не помешала вам валить лес и поднимать бревна?
Какая больная спина? озадачился Шоукомб. О чем вообще речь?
Я о спине, которую вы надорвали, ворочая тяжелые мешки. Вы же сами рассказывали о своей работе в порту на Темзе. Я так понял, что полученная травма не позволяет вам поучаствовать в переноске к примеру обычных дорожных сундуков.
Лицо Шоукомба окаменело. Прошло несколько секунд, и показался кончик языка, облизнувший нижнюю губу. Трактирщик вымученно улыбнулся.
Ах да, медленно проговорил он, моя спина. Что ж у меня был напарник. Он-то и корячился с бревнами. Еще мы наняли пару-другую краснокожих и расплатились с ними побрякушками. Я это к тому, что у меня ломит спину больше в сырую погоду. А в иные дни я как огурчик.
А где теперь ваш напарник? поинтересовался Вудворд.
Заболел, последовал быстрый ответ. При этом трактирщик по-прежнему смотрел на Мэтью. Лихоманка скрутила. Совсем измаялся бедолага и под конец уехал в Чарльз-Таун.
А почему он не отправился в Фаунт-Ройал? продолжил Мэтью. В нем уже пробудился инстинкт ищейки: что-то здесь было нечисто. Ведь там тоже есть доктор, не так ли?
Знать не знаю, отчего да почему. Вы спросили, я ответил. Он уехал в Чарльз-Таун.
Вот! Этого добра у нас довольно, чтоб упиться вусмерть!
Две деревянные кружки, налитые до краев, брякнулись на середину стола, после чего Эбнерпродолжая бормотать проклятьяпошел обсыхать к очагу.
Это суровый край, задумчиво молвил Вудворд, стараясь снять напряжение, возникшее между двумя его соседями за столом. Он подвинул к себе одну из принесенных кружек и с досадой обнаружил на поверхности эля маслянистую пленку.
Это суровый мир, поправил его Шоукомб и только теперь отвел взгляд от Мэтью. Выпьем, джентльмены.
И он припал к своей кружке.
Вудворд и Мэтью проявили разумную осторожность, сначала лишь пригубив это пойло, и были сполна вознаграждены за такой недостаток смелости. Судя по вкусу, эль варили из перебродивших кислых яблок, а крепость была такова, что у обоих свело челюсти и перехватило дыхание. Вдобавок у Мэтью слезы навернулись на глаза, а у Вудворда защипало под парикомдолжно быть, выступила испарина. Тем не менее оба проглотили жидкость.
Этот эль я достаю у индейцев. Шоукомб вытер губы тыльной стороной ладони. Ежели перевести с их языка, его название означает «змеиный укус».
Я и впрямь чувствую себя укушенным, заметил Вудворд.
Второй глоток пойдет не в пример легче. А кто ополовинит кружку, заделается рыкающим львом или же заблеет, как агнец. Шоукомб отхлебнул еще и прополоскал рот ромом, прежде чем его проглотить. Затем водрузил ноги на край столешницы и откинулся на спинку стула. А позвольте узнать, по какому делу вы едете в Фаунт-Ройал?
По судебному, ответил Вудворд. Я мировой судья.
А-а-а, протянул Шоукомб с понимающим видом. Вы, сталбыть, обалюди мантии?
Нет, Мэтьюмой секретарь.
Это все из-за тамошней заварухи, я угадал?
Да, ситуация вызывает определенное беспокойство, обтекаемо выразился Вудворд, не зная, много ли известно трактирщику о событиях в Фаунт-Ройале, и не желая снабжать его дополнительными нитями, из которых он смог бы сплести историю для проезжих слушателей.
Будьте покойны, я и так знаю всю подноготную, заверил его Шоукомб. Никакой это не секрет. В последние пару месяцев тут уйма гонцов носилась туда-сюда, и я от них много чего наслушался. Скажите мне только одно: вы ее повесите, сожжете или обезглавите?
Во-первых, обвинения против нее еще должны быть доказаны. Во-вторых, лично я не привожу в исполнение приговоры, это не входит в мои обязанности.
Но выносить этот приговор будете вы, верно? Ну так скажите, каким он будет?
Чувствуя, что отвязаться от назойливых расспросов будет трудно, Вудворд решил ответить по существу.
Если ее признают виновной, в данном случае наказанием будет повешение.
Всего-то? Шоукомб пренебрежительно взмахнул рукой. Как по мне, надобно сперва оттяпать ей башку, потом сжечь всю без остатка и бросить пепел в море! Они ж не выносят соленой воды, знамо дело. Он повернул голову в сторону очага. Эй, вы там! Долго еще ждать ужина?
Мод что-то сердито прокаркала в ответ, брызнув длинной струйкой слюны.
Тады заканчивай с этим быстрее! Он сделал еще один глоток рома и вновь обратился к гостям. Вот как я это вижу: Фаунт-Ройал надобно закрыть, спалить там все дотла, и дело с концом. Коли Дьявол облюбовал себе какое местечко, сладить с ним можно только огнем. Вы можете ее вешать или казнить на какой вам угодно манер, но Дьявол уже взял в оборот Фаунт-Ройал, и спасенья от этого нет.
Я считаю это самой крайней мерой, сказал Вудворд. В других местах бывали схожие проблемы, но после исправления ситуации те поселки остались в целости, а иные процветают по сей день.