Эд взял Надин под руку. Потом, видимо испугавшись, что она может вырваться, обнял ее за плечи. У машины он оглянулся на доктора, который виновато смотрел на них.
Доктор кивнул головой. Не волнуйся, не волнуйся, Эд. Все может быть, еще будет хорошо. Спасибо вам, доктор, проговорил Эд и захлопнул дверку машины.
Но Надин не захотела сидеть на заднем сиденье. Она распахнула дверку, выскочила из машины, подбежала и села рядом с Эдом. Эд, Эд, я хочу сидеть впереди, я хочу смотреть на дорогу. Сиди, Надин, пожалуйста, сиди.
Надин нажала на клаксон, машина засигналила. Ура! Ура! Эд, видишь, она сигналит. Давай быстрей помчимся по городу, и все время будем сигналить. Пусть все видят, что мы с тобой едем вместе. Пусть все завидуют. Давай поедем у дома Нормы, пускай она увидит нас вместе. Эд, давай, давай, я тебя очень прошу. Успокойся, Надин. Сейчас мы проедем у дома Нормы, а потом мы поедем домой. Домой? К тебе, Эд? А что скажут твои родители? Эд вздрогнул от напоминания о родителях. Нет, мы поедем в наш дом. У нас с тобой, Надин, теперь есть свой дом. У нас дом? Эд, это же просто замечательно У нас с тобой большой дом и там все наши книги, игрушки Да, Эд? Конечно, Надин, в нашем доме есть все. Ну, тогда давай быстрее поедем, чего мы стоим? Эд завел машину и повез Надин домой.
По дороге Надин осматривалась по сторонам. Ее интересовало, казалось, все: вывески на магазинах, витрины кафе, окна домов.
Эд осторожно обратился к жене:Надин, во что ты так напряженно всматриваешься? Знаешь, Эд, мне кажется, город стал каким-то другим, пока я лежала в больнице. Вот этого, Надин показала рукой на большую вывеску над универмагом Хорна, раньше не было. Конечно, Надин, попытался успокоить жену Эд Малкастер, этот магазин открыли только вчера. Конечно, конечно, закивала головой Надин, а мы пойдем с тобой туда?
Эд замялся. Раньше, в присутствии доктора Хайвера, он чувствовал себя увереннее, а теперь растерялся. Я хочу купить себе коротенькую юбочку, вот такую, Надин провела рукой по своим бедрам.
Эд улыбнулся: он вспомнил, в самом деле, в очень короткой юбке ходила в школе Надин. Я хочу, чтобы она была короче, чем у Нормы. И тогда ты никогда не оставишь меня, она схватила Эда за руку и он с удивлением почувствовал какие у нее сильные руки.
Он чуть не выпустил руль. Осторожнее, Надин, так мы обязательно врежемся в столб и никогда не доедем до дома. А вот и наша школа, радостно воскликнула Надин, давай зайдем в школу. Да нет, сейчас каникулы. Занятий нет, отрезал Эд и прибавил газу.
Ему хотелось как можно скорее приехать домой. Он надеялся, что дома Надин увидит знакомые стены, и что-то ей напомнит о прежней жизни.
Наконец, их машина остановилась у заправочной станции. Куда ты меня привез? спросила Надин, у нас что, кончается бензин? Да, да, я заправлю машину, а ты иди в дом. В дом? удивилась Надин. Конечно, Эд уже и не знал, что говорить жене. Он обнял ее за плечи и подвел к двери дома. Что-то, казалось, шевельнулось в душе Надин. Эду на какое-то мгновенье показалось, что жена узнала их дом, узнала дверь, ручку, к которой столько раз прикасалась. Эд, кто здесь живет? Конечно, мы с тобой, это ведь наш новый дом. Эд открыл дверь и пропустил впереди себя Надин.
Та остановилась посреди гостиной и осмотрелась.
Услышав голоса своего дяди и Надин, в коридор вышел Джозеф. Он поздоровался с Надин и пожал руку Эду. А ты кто такой? изумилась Надин, ткнув пальцем в грудь Джозефа. Я? ЯДжозеф. Джозеф? задумалась Надин. А что ты делаешь тут? Эд мне сказал, что это наш дом. Эд, кто это такой? Надин, но это же Джозеф, наш племянник. Наш племянник? Такой большой? переспросила Надин. Ну да, конечно, познакомься, этоДжозеф. Надин, протянула руку женщина. А ты, наверное, учишься в другой школе, потому что я бы обязательно тебя видела.
Эд подмигнул Джозефу, чтобы тот не возражал Надин.
Джозеф, еще не привыкший к такому обращению, растерянно проговорил:Конечно, я учусь в другой школе. Да, ты, наверное, на целый год старше Эда, рассматривая племянника, как будто первый раз его видела, говорила Надин. А у вас в школе, Джозеф, играют в футбол?
Упоминание о футболе неприятно задело Джозефа. Ему сразу же вспомнился его соперник Бобби, который считался лучшим футболистом в школе. Но тут же парень спохватился:Конечно, конечно, тетя, и тут же осекся. Надин недоуменно смотрела на племянника. Какая тетя? изумилась она. Ты что, Джозеф?
Джозеф не знал, что и сказать. Но тут нашелся Большой Эд. Понимая, что разговор может завести в тупик, он взял Надин и подвел к ванной. Надин, тебе нужно умыться. Хорошо, Надин послушно кивнула головой, я сделаю все, что ты скажешь, Эд.
Эд Малкастер прикрыл за женой дверь. В ванной полилась вода, и дядя с племянником переглянулись. Послушай, Джозеф, доктор Хайвер сказал, что Надин нельзя ничем волновать, так что попробуй не прекословить ей, не спорь. Боюсь, это плохо у меня получится, признался Джозеф, я никак не могу привыкнуть, что тетя стала такой.
Джозеф, казалось, не мог подобрать слово, сказать так, чтобы не обидеть Большого Эда. Но Эд понял своего племянника и сокрушенно покачал головой. Вот видишь, что получилось. И во всем виноват я. Не нужно, Эд, Джозеф словно был старше своего дяди, обнял его за плечи, не думай так, теперь все равно уже ничего не исправишь. Да, кивнул головой Эд, теперь остается только ждать и надеяться. Надеяться, что Надин снова станет прежней. Теперь, если с ней будет все хорошо, я поклялся, слышишь, Джозеф, я поклялся, что больше не буду встречаться с Нормой. Ведь ты знал о нас? Конечно, сказал Джозеф, про вас говорят во всем Твин Пиксе. Нужно было быть поосторожнее. Нет, Джозеф, нам вообще не нужно было с Нормой встречаться.
В ванной полилась вода, и сквозь шум слышалось радостное пение Надин. Она вновь пела про кроликов, про потухший вулкан, про дружбу.
Эд напряженно прислушивался. Джозеф, я боюсь, что Надин навсегда останется такой как сейчас. Ну, что уж сейчас об этом думать, возразил Джозеф, придется воспринимать жизнь, такой как она есть. Конечно, кивнул головой Эд.
В это время в ванной смолкла вода, и внезапно наступившую тишину вдруг прорезал крик Надин. Послышался звон разбиваемого стекла. В коридор выскочила Надин. Она сжимала в руках пустую рамку от зеркала. Лишь один осколок чудом удержался в углу. Эд! Эд! в испуге кричала Надин. Что такое? бросился к ней муж.
Джозеф, который уже догадался, в чем дело, тоже поспешил на помощь своей тете. Он попытался отобрать у Надин рамку от зеркала, но та вцепилась в нее и не отпускала. Эд, чей портрет ты повесил в ванной? Эд с недоумением смотрел на жену. Что это за уродину ты повесил в ванной? Чей это портрет? настаивала Надин. Норму я бы тебе еще простила, но эту
Надин повернула к себе пустую рамку от зеркала и внезапно вновь увидела свое отражение в маленьком осколке зеркала. Она еще и одноглазая! зло выкрикнула женщина, отбрасывая раму. Хорошо, Надин, спохватился Эд, я больше никогда не буду вешать ее портрет. Думаешь, если меня забрали в больницу, то можешь выделывать все что хочешь? -кричала Надин, нет, я тебе этого не позволю!
Эд пытался успокоить жену, и та вдруг как-то странно обмякла. Она опустила свою голову на грудь Эду и заплакала. Эд, ты же никогда не оставишь меня, правда? Эд погладил жену по спине. Конечно, Надин, дорогая, мы всегда будем вместе. Да, вместе, всхлипнула женщина, мы теперь всегда вместе будем ходить в школу. Конечно, дорогая, как же иначе, Эд попытался знаками показать Джозефу, чтобы тот быстро спрятал все зеркала в доме.
Джозеф вначале не понял его, но потом догадался и бросился в спальню.
Эд Малкастер стоял, обнимая свою жену, посреди гостиной. Его сильные руки прижимали Надин, которая плакала навзрыд. Слезы блеснули и в глазах Большого Эда.
Из дверей спальни появился Джозеф. Он нес в руках снятую дверцу шкафа с большим зеркалом. Он старался ступать бесшумно, чтобы не привлечь внимание тети. Ведь ты не оставишь меня? вновь принялась причитать Надин. Никогда в жизни, слышишь? искренне сказал Эд.
И женщина вновь заплакала. Она уже не могла вымолвить ни слова. И странное дело: Эду от этих слез стало легче. Ведь когда Надин плакала, она казалась прежней, казалась вновь нормальной. Хорошо, дорогая, Эд отстранил от себя Надин и провел ее в спальню.
Женщина осмотрелась по сторонам. Как хорошо, Эд, сквозь слезы проговорила она, что тут нет ни чьих портретов, ее взгляд остановился на пустой дверце шкафа. А это что такое? спросила женщина. Этозамялся Эд, знаешь, просто пока тебя не было, я поскользнулся и упал на дверцу шкафа, а она сломалась. А-а, успокоенно проговорила Надин, другой раз, Эд, будь осторожней. Это чья кровать? указала она на большую, застланную большим стеганым покрывалом кровать. Это твоя, Эд усадил Надин.
Та послушно принялась раздеваться. Оставшись в одном белье, Надин откинула покрывало и улеглась на подушку. Послушай, Эд, прошептала женщина, прикрыв глаза. Что? Я здесь. А где мама и папа? Если они придут и застанут нас вместе, нам несдобровать. Хорошо, хорошо, дорогая, я пойду, посмотрю, где они. Наверное, еще на работе. Если у нас есть еще время, возвращайся ко мне, Надин потянулась и удобней устроилась на подушке.
Эд, плотно не закрывая дверь, вышел в гостиную. Возле телевизора сидел вконец расстроенный Джозеф. Ну, как она? спросил племянник. По-моему, ничего, сказал Эд. Мне кажется, я никогда не смогу простить себе того, что случилось.
В это время зазвонил телефон. Племянник и дядя переглянулись. Первым подошел Эд. Слушаю, бросил он в трубку. Эд, это ты? на другом конце провода зазвучал растерянный голос Нормы. Да, сухо ответил Малкастер. Мне только что звонил доктор Хайвер, немного дрожащим голосом, в котором чувствовались слезы, проговорила Норма. Да, я понимаю, сказал Эд. Он говорил, чтобы мы с тобой были поосторожнее Да. Где сейчас Надин? По-моему, спит. Послушай, Норма, я должен тебе сказать одну вещь. Пойми, я не волен сейчас распоряжаться собой. Можешь ничего не говорить, Эд, я тебя прекрасно понимаю. Мне самой очень тяжело.
Эд ответил немного раздраженно:По-моему, сейчас не время думать, кому из нас тяжелее, тебе или мне. Тяжелее всех Надин. Я согласна, заспешила с ответом Норма. Но неужели, Эд, у нас все так и кончится? Не знаю, растерянно протянул Эд. Может быть, все и кончится. Во всяком случае, я еще не решил окончательно.
Джозеф смотрел на скупые слезы в глазах своего дяди. Ему было и жаль его, и в то же время он страшно жалел Надин. Он не знал, что может тут посоветовать. Ведь он и сам запутался в своих отношениях с Донной, с Мэдлин, не знал, кому отдать предпочтение, к кому пойти. Эд, я тебя прошу, настойчиво сказала Норма, ты должен ко мне приехать. Нет, я не могу. Эд, ты обязательно должен ко мне приехать! Мы просто обязаны увидеться. Нет. А если я тебе пообещаю, что это будет в последний раз? Этого я не могу пообещать даже самому себе. Я боюсь, что не сдержусь, что лишь только увижу тебя, вся моя решимость пройдет. Эд, не надо. Мы должны увидеться. Ну, хорошо, Норма, но пусть это будет в последний раз.
Джозеф осуждающе посмотрел на Эда. Тот зло бросил трубку. Джозеф, я тебе обещаю, это будет в последний раз. Надин сейчас спит и может быть, мне больше никогда не представится случая поговорить с Нормой. В конце концов, это наши дела. Но ты обещал, напомнил ему Джозеф. Ладно, махнул рукой Эд.
Он, не прощаясь, вышел на улицу, сел в свой автомобиль и резко тронул с места.
Джозеф так и остался стоять в открытой двери, глядя вслед удаляющейся машине.
В спальне что-то во сне шептала Надин. Джозеф осторожно подошел и заглянул в спальню.
Надин спала почти как ребенок, подложив под голову кулак. Она шевелила губами, но что именно говорила, Джозеф не мог расслышать. Дай бог, чтобы с тобой было все хорошо, тихо проговорил Джозеф и прикрыл дверь.
Надин вздрогнула от щелчка дверной задвижки. Она перевернулась на другой бок и вновь погрузилась в сон.
Ей снилось, что она стала взрослой женщиной, и Надин было неприятно ощущать себя в этом новом качестве. Ей снилось, что они с Эдом поженились, что Эд купил заправочную станцию и их дом стоит невдалеке от шоссе. Надин снилось, как она вместе с Эдом выбирает карнизы в универмаге Хорна, и то, как Эд приколачивает их на окна. Надин снилось, как она раздвигает эти карнизы и ее страшно нервирует этот назойливый звук: вжик, вжик, вжик.
Эд Малкастер так быстро гнал машину, что чуть было не проскочил Норму, которая в накинутом на плечи пальто ждала его перед самым поворотом к ее кафе.
Эд резко затормозил, машину занесло и Малкастер чуть справился с управлением. Норма подбежала к автомобилю, как будто боялась, что Эд передумает и рванет с места, не дождавшись ее. Она прыгнула на сиденье, захлопнула за собой дверцу и принялась дуть на свои озябшие пальцы.
Некоторое время Эд и Норма молчали. Женщина сосредоточенно рассматривала свои пальцы с аккуратно подпиленными и накрашенными ярко-вишневым лаком ногтями.
Первым прервал молчание Эд:Кажется, ты хотела со мной поговорить Да, хотела, но когда увидела тебя, поняла, что все мои слова будут бессмысленны. Конечно, согласился Эд. Ведь ты понимаешь, что все решили за нас. Мы теперь не можем выбирать. За что? За что все это свалилось на нас? горестно воскликнула Норма и осторожно положила свою ладонь на плечо Эда.
Она словно боялась, что мужчина сбросит ее руку.
Но Эд этого не сделал. Он потянулся к приемнику, щелкнула клавиша и из динамика полилась спокойная музыка. Знаешь что, Эд, призналась Норма, мне кажется, когда я с тобой, что ничего не произошло, что все будет по-прежнему. Но так ведь невозможно, правда? Конечно, теперь уже ничего не вернуть, ничего не изменить. Нам останется только вспоминать. Но воспоминания будут не из худших, усмехнулась Норма, но улыбка получилась вымученной и несчастной. Даже если Надин придет в себя, все равно мы не сможем больше встречаться, сказал Эд, иначе все может повториться. Но все же Малкастер ей не ответил. Эд, предприняла последнюю попытку Норма, увези меня отсюда, слышишь? Давай сейчас поедем и, будем ехать долго, не останавливаясь, столько, на сколько хватит бензина. Эд, слышишь? Поехали! Норма потянулась рукой к ключам зажигания.
Эд схватил ее за запястье и больно сжал. Нет, Норма, не надо искушать меня. Думаешь, мне этого не хочется? Тогда тогда я не знаю, что сделаю с собой, крикнула Норма, сейчас же пусти мою руку, слышишь?
Эд испуганно разжал пальцы. Раньше Норма никогда не позволяла себе кричать на него. Только не это, наконец проговорил он, знаешь, мне и так плохо. А мне, а мне хорошо? кричала Норма. Но ты же сама захотела вызволить Хэнка раньше срока из тюрьмы, наконец позволил и себе перейти в наступление Эд.