Лишь только Донна занесла пальцы для того, чтобы постучать в дверь, как Гарольд распахнул ее на себя и вежливо улыбнулся:Привет, Донна. Привет, Гарольд.
Мистер Смит заинтригованно посмотрел на накрытый колпаком обед. Спасибо, Донна.
Он принял из рук девушки поднос и поставил его на стол, затем приподнял крышку и принюхался. Чудесно! Чудесно! Ты изучила все мои пристрастия Но мы же с тобой встречаемся не в первый раз, И теперь многое о тебе знаю и о твоих цветах
Гарольд взял с комода бокал с лимонадом и сделал большой глоток. Ему явно льстили слова Донны. По всему было видно, что он не очень-то избалован женским вниманием. Послушай, Донна, а что ты сегодня скрываешь от меня? Я принесла тебе жаркое, сказала девушка. Нет, я имею в виду другое. Что скрывается сегодня за синевой твоих глаз!
Донна немного растерянно улыбнулась. Ей тоже польстило внимание Гарольда. Я поделюсь с тобой и расскажу тебе все. И это будет повой частью твоего живого романа. Спасибо, Донна, кивнул головой Гарольд, я буду очень обязан тебе. Но у меня есть одно условие, сказала Донна. Какое? насторожился Гарольд. За то, что я тебе расскажу, ты должен мне позволить прочесть дневник Лоры. Ты меня заинтриговала, ушел от ответа на вопрос Гарольд.
Донна уже привыкла к странностям парня, так же как она привыкла к теплому и влажному воздуху его дома, в котором отлично могли себя чувствовать только экзотические орхидеи, но никак не люди. Первое время Донну удивило, как можно здесь жить, не выходя на улицу. Но потом она смирилась и не обращала на это внимания.
Гарольд Смит с бокалом в руках отошел к письменному столу. Это нужно обсудить, подумать, проговорил он. Для этого я и пришла, а обедтолько повод. Я так и догадался, ты неспроста взяла маршрут Лоры. Ну, так что, нетерпеливо спросила Донна, ты согласен на мое предложение? Хорошо, я решил, Гарольд едва заметно кивнул головой, повернувшись к девушке, но только я сам прочту тебе дневник Лоры. И у меня тоже есть одно условие Какое? Дневник Лоры никогда не должен покидать пределов этой комнаты. Мне не приходится выбирать, я согласна, произнесла Донна и приблизилась к Гарольду.
Она настороженно смотрела на парня, как бы боясь его спугнуть. Но Гарольд приветливо улыбнулся и указал девушке рукой на кресло возле письменного стола. Подожди, я сейчас кое-что достану, только не оборачивайся. Посмотри, если хочешь, на этот цветок, Гарольд поставил перед Донной бледно-розовую орхидею в простом глиняном вазоне.
Потом он отошел к стеллажу и принялся там возиться.
Донна некоторое время смотрела на цветок, но потом, не выдержав, обернулась. Гарольд тут же отпрянул от стеллажа. Я же тебя просил, Донна, не смотри. Ты делаешь что-то секретное? Да нет, но мне будет спокойнее, если ты не будешь на меня смотреть. Хорошо, Гарольд, я не буду, Донна вновь повернулась к цветку.
Но тут она заметила, что в стеклянной перегородке, отделявшей гостиную от оранжереи, отражается противоположная стена. И Донна принялась спокойно наблюдать за тем, как Гарольд, сидя на корточках возле стеллажа, открывает потайной шкаф.
Гарольд покрутил деревянную накладку, снял ее, и нижняя полка мягко выехала вперед.
«Ах, вот откуда торчал конверт, который я никак не могла вытянуть, догадалась Донна. А этот Гарольд не так уж прост, как кажется на первый взгляд, если у него в доме есть такие штучки».
Гарольд порылся в глубине стеллажа за выдвинутыми книжками и вытащил оттуда тетрадь в кожаной обложке с блестящими медными замочками. Следом он достал большую толстую канцелярскую книгу. Таких уже давно не выпускали, их давно уже нельзя было встретить в магазинах. Книга явно досталась Гарольду с прежних времен.
Парень вернул полку на место и закрутил деревянную накладку. Ты скоро? поинтересовалась Донна. Да, я уже нашел то, что мне надо было, Гарольд вернулся к письменному столу.
Он отложил дневник Лоры в сторону, раскрыл канцелярскую книгу и написал на первой странице: Донна Хайвер. Так ты начнешь? обратился он к девушке. Конечно, мы же с тобой договорились. Тогда говори, рука Гарольда с ручкой застыла над чистым листом бумаги. Ты меня не обманешь? спросила Донна. Нет, как же можно, я же обещал. Ну, хорошо, тогда слушай, только не забудь про свое обещание.
Донна забросила ногу за ногу, сложила руки у себя на коленях и принялась довольно монотонным голосом рассказывать. Меня зовут Донна Хайвер. Я из городка Твин Пикс.
Ручка Гарольда заскользила по бумаге. Я даже родилась здесь. Роды принимал мой отец, потому что он врач.
Гарольд, записывая, согласно кивал головой. А ты откуда? неожиданно спросила Донна. Гарольд встрепенулся и недоуменно посмотрел на девушку: ведь она должна была рассказывать, а не спрашивать. Я? переспросил он. Конечно, ты, ведь о себе я уже рассказала. Яиз Бостона, Гарольд положил себе руку на грудь. Далековато отсюда, прикинула Донна. Да, конечно, но вообще-то я вырос среди книг, и Гарольд вновь приготовился записывать.
Но Донне не хотелось говорить о себе. Ей не терпелось, как можно больше выведать о хозяине этого таинственного дома. Есть вещи, сказала девушка, о которых невозможно узнать из книг, она немного подалась вперед, как бы стремясь стать ближе к Гарольду.
Парень отодвинулся вместе со стулом. Донна, есть вещи, о которых вообще невозможно узнать, но, погружаясь в мир грез, можно найти ответы ми все свои вопросы, побывать там, куда невозможно попасть. Книгиэто моя жизнь. Они более реальны, чем то, что ты видишь вокруг себя.
Донна смотрела на парня. Она заметила, что тот стесняется ее и волнуется когда говорит. Ну ладно, Донна, продолжай, я ведь приготовился записывать, и рука Гарольда вновь легла на раскрытую книгу. Возможно, наши мечты более реальны, чем жизнь, убежденно произнесла Донна. Продолжай, продолжай, я буду записывать. Донна поднялась из кресла, как бы желая пройтись
по комнате и сосредоточиться. А теперьмоя очередь, выкрикнула девушка и, изловчившись, схватила с края стола дневник Лоры Палмер.
Она прижала тетрадь в кожаной обложке к своей груди и принялась отступать к дверям. Ты что? Ты что? испугался Гарольд, мы же так не договаривались. Я прочту его здесь, на лужайке, Донна показала рукой на дверь. Нет, Донна, я же просил тебя, дневник не должен покидать пределов этой комнаты. И вообще, мы же с тобой только начали Ты же обещала мне, ты же ничего еще не рассказала Нет. Нет, отступала к двери Донна, мы прочтем его на лужайке. Я должна тебя вытащить на улицу. Сколько можно сидеть в этом горячем влажном воздухе? Я просто с ума схожу! Донна, остановись. Нет! девушка уже взялась за ручку входной двери. Донна, не надо, Гарольд протянул к ней свою руку, но так и не решился прикоснуться. Нет, я все-таки вытащу тебя на улицу, и мы прочтем дневник на лужайке.
Лицо Гарольда стало бледным. Донна распахнула дверь и вышла на крыльцо. Ее тут же ослепил яркий солнечный свет, очень яркий после темной комнаты.
Гарольд остановился на пороге. Донна, не надо Я все-таки вытащу тебя на улицу. Донна, я прошу
Девушка сделала еще один шаг с крыльца. Я прошу тебя, пожалуйста, не надо, Гарольд умоляюще протянул к Донне руки, но та уже была в нескольких шагах от него. Ну что же, Гарольд, чего ты боишься, выходи. Парень засомневался. Его лицо стало очень напряженным.
Он умоляюще смотрел па Донну. Я не могу. Ну, сделай же еще один шаг, выйди ко мне, Донна прижимала к груди дневник Лоры Палмер.
Гарольд вздрогнул, как будто его пронзил электрический разряд, и сделал шаг на крыльцо. Он тут же прищурил глаза от яркого света и был не в силах сделать хотя бы еще один шаг. Его руки судорожно задрожали, и пальцы начали сгибаться. Глаза закатились, парень изогнулся, зашатался и рухнул прямо на крыльцо. Гарольд! Гарольд! испуганно закричала девушка, что с тобой?
Парень не отвечал. Он только беззвучно вздрагивал, Хитам раскрытым ртом, побелевшими губами воздух.
Донна выронила дневник и бросилась к распростертому па крыльце парню. Гарольд, Гарольд, прости меня, я не хотела.
Но Гарольд Смит ничего не отвечал. На его губах появились белые сгустки пены. Он судорожно открывал и закрывал рот. Парень напоминал рыбу, выброшенную на берег. Гарольд! Гарольд! Сейчас, сейчас. Сейчас я тебе помогу.
Донна попыталась приподнять голову парня и положить ее себе на колени. Он все так же беззвучно вздрагивал, но его правая рука потянулась к дневнику Лоры Палмер и буквально сжала его, смяв твердую обложку. Гарольд! Гарольд! Прости, я сейчас, я сейчас. Все. Все, прошептал парень. Что все? Гарольд, что случилось? Тебе плохо? Да, мне плохо, прошептал он.
Донна, упираясь, принялась тащить его в дом. Ей не хватало сил. Гарольд все так же вздрагивал, глаза его были закрыты. Я сейчас, подожди меня, секундочку, девушка оставила парня на крыльце и бросилась в дом.
Она судорожно оглядывалась, нервно металась по 1'остиной в поисках воды. Наконец, она увидела лейку, которая стояла в оранжерее. Донна распахнула дверь, вбежала в оранжерею.
Два горшка с бледно-фиолетовыми орхидеями рухнули на пол. Осколки рассыпались у ее ног. Но это уже не интересовало Донну. Она схватила лейку и бросилась
на крыльцо. Гарольд, Гарольд, ну как ты? Я сейчас, девушка плеснула на лицо парня воду.
Он открыл глаза и тут же от яркого солнечного света моментально закрыл их, пытаясь рукой еще больше прикрыться от солнца. Гарольд, Гарольд, я сейчас, Донна схватила парня под руки и потащила в дом.
Она едва смогла уложить его на диван. Дай, дай мне книгу. Выбрось ее! Выбрось этот дневник!
Донна попыталась вырвать дневник Лоры Палмер из рук Гарольда, но тот сжимал его настолько крепко, что казалось, он сросся с его руками. Сейчас, сейчас, где твои лекарства?
Гарольд не отвечал.
Донна бросилась к секретеру, распахнула его. Лекарств там не оказалось. Я позвоню отцу Сейчас, девушка побежала к телефону. Где у тебя телефон? Где?
Гарольд молча вздрагивал. Господи, да где же эти лекарства? Что мне делать? шептала Донна. Не надо, не надо, вдруг она услышала спокойный голос Гарольда Смита. Тебе уже лучше? Тебе уже хорошо? спросила она, подбежав к нему. Да, Донна, мне уже лучше. Прости меня, Гарольд. Я не хотела Я же не знала Ничего, ничего, бывает Гарольд, Гарольд, я не хотела, поверь. Я не хотела тебя обидеть. Я тебе верю, Донна, я тебе верю. Ты такая Гарольд, не надо. Донна, но ты такая красивая, такая почти как Гарольд, не надо, успокойся. Ты как Лора Гарольд, успокойся, я тебя прошу, Донна принялась гладить парня по волосам. Сейчас не время, Гарольд. Хорошо, Донна, шептал Гарольд Смит.
Его глаза были прикрыты. Тонкие губы вздрагивали, грудь тяжело вздымалась. Тебе очень плохо, Гарольд? Нет. Нет, Донна, мне уже лучше. С тобой мне хорошо. Прости меня. Я тебя простил. Я не держу на тебя зла. Сейчас все пройдет. Еще немного времени
Донна с изумлением смотрела на бледное как мел лицо Гарольда, на его тонкие губы, на смятый дневник Лоры Палмер. Она чувствовала себя виноватой. Она чувствовала, что очень сильно обидела парня и что едва не открыла какую-то страшную тайну. Гарольд, там, в оранжерее, упала орхидея. Я случайно зацепилась за горшок. Ничего, Донна, орхидеи вырастут и расцветут вновь. Они будут очень красивыми, и я их обязательно подарю тебе. Спасибо, Гарольд. Ты уже простил меня? Да, Донна. Ты, пожалуйста, не обращай на меня внимания, хорошо? Хорошо. А теперь, Донна, иди, пожалуйста, домой. Уезжай. Я хочу остаться один. Но как же, Гарольд, а вдруг с тобой вновь что-нибудь случится? Не беспокойся, мне уже лучше, Гарольд тяжело приподнялся и сел на диван. Видишь? Вот видишь, Донна, мне уже лучше.
Девушка сидела на коленях у дивана и держала холодную руку Гарольда Смита в своих ладонях. Прости меня, я не хотела тебя обидеть. Поверь. Ничего, Донна, ничего. Уже все прошло. Я спокоен. Все хорошо.
Он открыл глаза и с изумлением рассматривал свои орхидеи. Казалось, что он видит их впервые или после очень длительной отлучки. Он с вниманием присматривался к лепесткам орхидей, смотрел на раскрытую дверь. Послушай, Донна, закрой, пожалуйста, дверь. Да, да, Донна суетливо заспешила к двери и захлопнула ее. Вот так мне гораздо лучше. Я тебя понимаю, Гарольд.
Донна уселась на диван рядом с парнем. Ей показалось, что нечто подобное она уже недавно видела. И она вспомнила, когда видела похожее происшествие. Это было в ее же доме, когда к ним в гости приходили Палмеры и Мэдлин. Она вспомнила безумную песню Лиланда, вспомнила, как он рухнул на пол и забился в конвульсиях. Что-то очень похожее случилось сейчас и с Гарольдом Смитом.
«А все же он очень странный парень, очень необычный. Я даже не знаю, на кого он похож»подумала Донна. Гарольд, у тебя часто такое бывает? Что? спросил парень. Ну, ты что, вообще никогда не выходишь на улицу? Не надо об этом, Донна, я тебя прошу Хорошо, Гарольд, как хочешь, я не буду об этом говорить. Но можно, я к тебе приду еще? Да, Донна, приходи, я тебя буду очень ждать. А сейчас иди.
Донна несколько мгновений раздумывала: она боялась оставить его одного, боялась, что с ним что-нибудь случится, что он опять рухнет на пол, что ему будет плохо, а ее не будет рядом. Рядом вообще никого не будет и никто не сможет помочь парню. Ты очень странный, Гарольд. Да, я это знаю, Донна. Ты совсем не такой, как мои друзья. Но что же сделаешь. Это судьба. Судьба? изумилась девушка. Ну да. Я ничего не могу с собой поделать. Иди. Хорошо.
Донна неторопливо пошла к двери. Но на пороге она вновь обернулась. Гарольд, твой обед совсем остыл, она притронулась рукой к почти холодному подносу. Ничего, ничего, Донна, успокоил ее Гарольд. Но ты же приедешь ко мне вновь? Конечно.
Донна ступила на плиты дорожки. За ее спиной щелкнул замок.
Подходя к машине, Донна еще раз обернулась. Она увидела раздвинутые жалюзи и за ними лицо Гарольда Смита. Донна села за руль, махнула на прощанье рукой, завела мотор, и фургон помчался к следующему клиенту маршрута «Обеды на колесах».
Глава 4
Чем маленький Твин Пикс отличается от большого Вашингтона? Ответ знает Дэйл Купер, а шериф предпочитает консервированному сок свежих фруктов. Вместо самого Лео Джонсона пытаются судить его фотографию. Судья Клинтон знает не только то, как действуют коктейли, но и разбирается в особенностях местных лесов. Кажется, все самые сложные проблемы в городке великолепно решаются за стаканом спиртного. Кто же не знает старика Хилтона? Гарри Трумену приходится утешать Шейлу. Судебное разбирательство откладывается. Становится ясным, почему судья Клинтон выглядел таким грозным.