Значит, что мы делаем? Правильно, прекращаем посыпать голову пеплом, включаем автопилот и идем досыпать. Все равно больше он пока ничего сделать не сможет.
Махур ад-Дин набрал на панели нужный код, дождался, пока на экране высветится надпись «Автопилот включен» и ушел в свою каюту. До Оханы лететь было еще не меньше пяти суток.
Прежде, чем войти, Гримо все-таки постучал в дверь:
Можно?
Изнутри что-то пробурчали, но запретить войти не посмели. Как-никак, у капитана был код доступа в любую каюту.
Ты как? поинтересовался он, переступая порог. В состоянии адекватно реагировать на внешние раздражители?
Варвич лежал пластом, уставившись в потолок и не сделал попытки подняться. Наверняка, доктор Крыж вколола ему какой-то транквилизатор.
Я в порядке, промолвил он, растягивая слова, и капитан понял: точно, вколола.
Ну, и что это было? поинтересовался он, усаживаясь на единственный стул. Что это за разборки в дикарском стиле? «Убери руки!» «Не трогай!» Ты хоть сам понимаешь, что натворил?
Да. Понимаю, все тем же монотонно-деревянным голосом отозвался Варвич.
Ни хрена ты не понимаешь. Мой старший помощник, чуть ли не друг детства, не первый год друг друга знаем и так меня подвести? В самом начале экспедиции Да еще таким способом Ты, моя опора, и вдруг
Прости. Я не смог.
Не смог он! А должен был смочь! Должен. Ради дела. Радипрестижа. И, в конце концов, мы же цивилизованные люди! Мы должны как-то уметь улаживать свои конфликты, не прибегая к грубому насилию
Варвич натужно закашлялся-засмеялся, и Гримо осекся, сообразив, что бывшему космодесантнику не стоит напоминать о таких вещах.
Ну, хоть на гражданке мог бы себя вести иначе! уточнил он задачу.
Попытаюсь, но если он еще разпрости, кэп, но я
Чтоты? За себя не отвечаешь? А должен. Иначе мне придется искать другого старпома.
Варвич повернул голову:
Что?
Что слышал! Гримо вдруг почувствовал себя так, словно сбросил с плеч давно давивший на них груз. Было непривычно. На Охану летим, дело делаем, возвращаемся и И вывешиваем твое резюме на сайт вакансий. Не бойся, характеристику дам отменную, тебя с руками оторвут. Но здесь тебе места больше нет. Я все сказал.
Он встал, собираясь уйти.
Кэп Гримо! долетел в спину шепот. Ты это не всерьез? Скажи, что пошутил! Кэп, я все понимаю я не должен был распускать руки, тем более с пацанами Кэп ну, я прошу прощения! борясь с парализующим действием транквилизатора, Варвич копошился на постели, пытаясь встать. Ну, прошу Скажи, что пошутил?
Ему удалось все-таки повернуться набок и опереться на локоть.
Дай мне второй шанс!
Несколько секунд они молча сверлили друг друга глазами.
Посмотрим, процедил Гримо и вышел. Трое суток ареста, долетело уже из-за закрытой двери.
Есть, капитан.
Он отошел от двери всего на пару шагов, когда услышал рядом тихое: «Кхм!» Обернулся. В дверях своей каюты стояла эта женщина, доктор Крыж. Крохотные размеры жилой части «Баядерки» не позволяли усомниться в том, что она не могла не услышать часть разговора.
Капитан? Можно вас на пару слов?
Можно.
Женщина попятилась внутрь, вынуждая мужчину последовать за нею. Не стоять же на пороге!
Капитан, я нет, я не подслушивала и не знаю, о чем вы говорили с со старшим помощником Варвичем, Ольга волновалась, но старалась держать себя в руках. Поэтому я хочу у вас спроситьЧто будет дальше? Вы уже пришли к какому-то решению относительно инцидента?
Да. Пришел. За драку, устроенную в общественном месте, за нарушение устава корабля, за неуважение к старшим по званию старший помощник Варвич на три дня будет отстранен от занимаемой должности. Впоследствии ему будет дан шанс реабилитироваться, но есть вероятность, что по возвращению мне придется разорвать с ним контракт.
Вы его уволите? Из-за меня?
Ольга смотрела пристально, чуть прищурив глаза. И Гримо, выдержав ее прямой открытый взгляд, почувствовал себя неуютно. Внезапно он понял и почти посочувствовал Варвичу. Да, он мог пасть жертвой этих очей.
Из-за аморального поведения, нанесения телесных повреждений пассажиру, нарушения устава корабля
Какого еще устава?
Пункт 3, подпункты 2 и 3. Экипаж составляет единое целое. Все конфликты между членами экипажа разрешает только капитан, как третейский судья. Кроме того, между членами экипажа запрещены любые интриги и связи сексуального характера. Другими словами, он не имел на вас никакого права как мужчина. И это несмотря на то, что вы накануне уже подвергались домогательствам с его стороны!
Домогательствам? она вытаращила глаза.
Бром, напомнил Гримо. И мое предупреждение. Видимо, этого оказалось недостаточно, и Варвич решил добиться своего другим способом. А именно позволил себе эту дикую вспышку
Ревности?
Можно сказать и так. Он должен был сразу понять, что вы не его женщина. Вычлен экипажа. И точка. И что он не имеет никаких прав в отношении вас. Тем более, устраивать из-за вас драки. Тем более, с пассажирами.
Ольга помолчала, опустив взгляд.
Спасибо за разъяснение, наконец, промолвила она. Особенно порадовало меня то, что я не женщина.
Я не то хотел сказатьЯ, Гримо поймал себя на мысли, что оправдывается. И перед кем? Перед своей подчиненной! Я действовал по уставу. От вас мне требуется однов случае чего подтвердить, что пассажир Соберон Крисп получил телесные повреждения.
Пара синяков
И все равно. Вы обязаны это зафиксировать и предоставить мне необходимую информацию по первому требованию. Вам понятно?
Да капитан.
В таком случае вы получили ответ на свой вопрос, доктор Крыж?
Она прикусила губу.
Я Скажите, это необходимоувольнять вашего старшего помощника?
Да. Если
А если если уйду я?
Что?
Мой контракт. Я ведь подписала его только на один рейс, до Оханы и обратно. Вы могли бы разорвать его раньше и высадить меня на какой-нибудь обитаемой планете на обратном пути. Если я уйду, вашему старшему помощнику уже не придется увольняться.
Откровенно говоря, это было наилучшим выходом. Варвич ему все-таки другИ он просил дать ему второй шанс. Что ж, если доктор Крыж и в самом деле уволится на обратном пути, он свой шанс получит.
Хорошо, кивнул он. Договорились.
С одной стороны, это хорошо, когда ты один на корабленикто не мешает, ни с кем не надо считаться и ни под кого не надо подстраиваться. Но с другой стороныэто и плохо. С единомышленником можно обсудить проблемы, друг или просто коллега подменит тебя у пульта, со случайным попутчиком можно, в самом крайнем случае, поругаться. А когда ты одинНадежда только на себя. И на автоматику. А что она может подвести, это ясно каждому.
Поэтому агент Махур сидел за пультом управления безвылазно, вставая только для того, чтобы отлить или чтобы заварить себе кофе и жидкую космосмесь из стандартных пайков. То есть, три-четыре раза в сутки на пять-семь минут. Именно на такой короткий срок он включал автопилот и, поставив оповещение на максимум, чутко прислушивался, не раздастся ли писк радара, указывающий на то, что поблизости оказалось другое судно. Район был пустым, диким, значит, это либо «Баядерка», либо
Но эфир молчал. Молчал вот уже пятые сутки, и Махур понемногу начал уставать. Семьдесят два часа он мог выдержать без снатренировки в спецподразделениях просто так не проводятся! так что поначалу все шло прекрасно. Но на четвертые сутки уже приходилось выпивать лишнюю чашку кофе с транквилизаторами, чтобы сохранять бодрость.
На пятые сутки требовалось уже две чашки кофе и лишняя таблетка. И это было плохо. Организм нуждается в отдыхе. Еще день-два, и ему придется уснуть. И что тогда будет?
Но Махур надеялся на лучшее. До Оханы оставалось лететь всего ничего. На таблетках и силе воли он вполне может продержаться еще тридцать часов. Или даже тридцать шесть. А там
Экран был темен и чист. Лишь три светлых пятна сияли по углам. Программа показывала, что этотри звезды. Две класса А и однакласса С. Где-то чуть «выше и левее» ее и проходила трасса на Охану.