А вот к остальным членам экипажа мальчик подобных чувств не испытывал. Нет, они улыбались, заигрывали, пытались познакомиться, но Рик никому не доверял. И особенно ему не понравилась красивая женщина с короткими волосами, которую Грорг назвал Еленой. Вот она мальчику совсем не понравилась. Хоть и улыбалась, когда полковник знакомил их, но глаза смотрели испытующе. Рик невольно передернул плечами, словно по его коже пробежали колючки. Вроде и голос у Елены был ласковым, и слова грубого не сказала, а мальчик спрятался за Георга, уткнулся в него головой и выходить отказался наотрез.
Рик, чего ты испугался? удивленно спросил Саттор. Тебе не понравилась Елена? Выбирайся, ты же большой.
Я маленький, буркнул мальчик и крепче сжал в кулаках ткань форменного комбинезона коммандера.
Ребенка нужно показать специалистам, чуть раздраженно произнесла Елена. Они помогут ему пройти адаптацию.
Мы и без мозгоправов отлично справляемся, отмахнулся Саттор.
Я вижу, проворчала она. И всё же
Обойдемся, тут же ощетинился Георг.
Вы знаете, что делаете, коммандер, сухо ответила женщина, и на этом знакомство закончилось.
В следующий раз Рик увидел Елену в каюте Саттора. Он уже засыпал, когда раздался негромкий стук в дверь. Георг бросил взгляд на мальчика и впустил посетителя. Это была капитан Ярвинен. Рик видел, как женщина обняла коммандера за шею, тот накрыл ладонями ее талию. Они недолго шептались о чем-то. Елена ластилась, Георг отвечал мягко, время от времени украдкой бросая взгляды на приемного сына.
Георг, повысила голос женщина. Рик понял: он не снимал переводчик даже на ночь. Мальчик открыл глаза и увидел, что лицо Елены вдруг приобрело обиженно-злое выражение, сколько можно? Он не младенец, и если одну ночь проведет без твоей опеки, ничего страшного не случится.
Тихо, зашипел Саттор, воровато оглядываясь на приемного сына, но тот уже снова прикрыл глаза и продолжал наблюдать из-под ресниц.
Елена отошла в сторону, отвернулась, обняв себя за плечи. Георг досадливо вздохнул, приблизился к ней и прижал спиной к своей груди. Мужчина снова что-то шептал Елене. Она развернулась, опять обняла его и спросила:
А я, Георг? Как же я? Ты совсем перестал обращать на меня внимание
Прекрати, в приглушенном голосе коммандера проскользнуло раздражение. Рик на борту всего пять дней, а ты закатываешь истерику, словно я не объявлялся уже год. Мальчишке нужно время неужели так сложно понять?
Но что случится за ночь? руки женщины скользнули к ладоням полковника, она сжала его пальцы и заглянула в глаза. Всего одна ночь, Георг. Мальчик спит, он даже не заметит, что тебя нет.
Ему снятся кошмары, протяжно вздохнул коммандер. Рик часто просыпается. Нужно время.
Дай ему снотворное
Ты в своем уме? сердито спросил Саттор. Он освободил ладони от хватки Елены, прошелся до койки, чтобы проверить мальчика, и Рик зажмурился, чтобы Грорг не заподозрил, что за ним подглядывают.
Полковник поправил одеяло и вернулся к Елене, но уже не подошел близко. Остановился в двух шагах, скрестив на груди руки.
Ты ведешь себя хуже ребенка, снова заговорил мужчина. Что за дурость ревновать к маленькому мальчику? Он пережил настоящий ад, видел, как погибла вся его деревня, сидел над телом своей матери. Ты должна сочувствовать ему, а не ревновать. Я уже начинаю думать, что ошибся в тебе. Лена, не разочаровывай меня. Не хочу знать, что моя женщина эгоистичная стерва. Или ты пересмотришь свое отношение к Рику, или
Или? с вызовом спросила она.
Или всё будет кончено, жестко закончил Георг.
Ты говорил, что любишь, с горькой обидой всхлипнула женщина.
Я тебя не обманул.
И сможешь расстаться со мной?
Если вынудишь, да, ответил коммандер.
Елена вспыхнула, с силой ударила кулаком по груди полковника и выскочила за дверь.
Черт, выругался Саттор. Поднял лицо к потолку и шумно выдохнул. После взъерошил волосы и, бросив еще один взгляд на Рика, вышел из каюты.
Впрочем, вернулся он быстро. Тихонько прикрыл дверь, бросил хмурый взгляд в иллюминатор и подошел к койке. Присел на ее край, накрыл большой теплой ладонью детское плечико, несильно сжал и замер так ненадолго. Затем вздохнул и шепнул:
Будет, как будет.
Ты ссорился из-за меня? спросил Рик и повернул голову к коммандеру.
Подслушивал? насмешливо спросил мужчина, но взгляд мальчика остался серьезным. Саттор вздохнул и кривовато усмехнулся: Не все могут пережить изменения своего уютного мирка, малыш. Кто-то встречает трудности грудью, а кто-то отсеивается, как шлак. Порой даже хорошо, что происходит нечто, позволяющее по-новому взглянуть на другого человека, о котором ты, казалось, знал все. Твоей вины в этой ссоре нет, Рик. Наверное, ее вины тоже нет просто мы оказались слишком разными. Впрочем, нужно время, он снова усмехнулся и повторил: Нужно время. Оно всё расставит на свои места. Поживем увидим. Понимаешь?
Рик мало что понял, но покладисто кивнул. Георг рассмеялся и поддел кончик носа мальчика пальцем.
Спи, малыш; завтра нас, возможно, ожидает тяжелый день.
Что будет завтра? спросил Рик, приподнимаясь на локте.
Завтра ты увидишь другие корабли, пояснил коммандер, поцеловал мальчика в щеку, затем провел ладонью по остриженным волосам, и Рик снова лег.
Расскажи мне что-нибудь, Грорг, попросил он. Мужчина хмыкнул и продолжил сочинять старые сказки на новый лад
Линкор вошел в Систему Блорра. До встречи с кораблями Алекса Романова оставалось уже меньше двух часов. Саттор мог прибыть на два дня раньше, но не спешил из-за Рика, давая ему время немного привыкнуть к своему кораблю и его распорядку, к людям, к приборам, к запахам и звукам и, конечно, к себе. Еще в тот день, когда он получил приказ, полковник связался с Романовым, чтобы выяснить, насколько необходима его помощь.
Алекс был удивлен. Помимо того, что Саттора гнали к нему с другого конца Вселенной, так еще и обстановка не требовала вмешательства дополнительных сил: подполковнику вполне хватало тех кораблей, что были направлены под его командование. Поговорив со старым знакомым, Георг уведомил его о времени своего прибытия, так что опоздать он не опасался. Что до Янсона, то Романов доложил генералу о прибытии «Свирепого» в оговоренный двумя командующими срок.
Входим в пояс Тайгора, коммандер, уведомил первый пилот.
Перейти на малую скорость, активировать щиты, приказал Саттор и повернулся к связисту. Соедините меня с Романовым.
Слушаюсь, коммандер, ответил тот.
Рик, цепко державший полковника за руку, наверное, впервые за шесть дней, рассматривал рубку и приборы без затаенного страха. В больших чистых глазах мальчика мелькнуло любопытство. Он прислушивался к непонятным словам окружавших его людей, смотрел, как ладони порхают над плоскими мерцающими панелями, затем, задрав голову, посмотрел на своего опекуна и защитника. Саттор почувствовал взгляд ребенка, подмигнул ему, а через короткое мгновение вновь наблюдал за слаженной работой своей команды.
Коммандер, подполковник Романов на связи.
Позволишь мне отойти ненадолго? тихо спросил Георг мальчика. Мне нужно поговорить.
Рик неуверенно кивнул и осторожно выпустил из захвата ладонь Саттора, словно это могло привести к новой катастрофе, но ничего не произошло. Коммандер потрепал мальчика по волосам, взъерошив их, и отошел к переговорнику. Рик вздохнул, сцепил пальцы и теперь бросал на тех, кто находился в рубке, настороженные взгляды.
Эй, Рик, услышал он и повернулся к одному из пилотов. Хочешь попробовать управлять нашим кораблем?
А у меня получится? с опаской спросил младший Саттор.
С тех пор, как в жизнь линкора вошел новый член экипажа, многие обзавелись своим наушником-переводчиком. Не столько ради того, чтобы угодить коммандеру, сколько ради собственного любопытства. Хотелось понимать маленького танорца, а еще хотелось поговорить с ним и развлечь. Судьба мальчика вызывала сочувствие. И пусть не все одобряли выходку полковника, но дикарёныш никого не оставил равнодушным. Впрочем, между собой экипаж «Свирепого» называл Рикьярда Саттора везунчиком. Выжил после падения пиратского катера на деревню, не попал под шальные выстрелы, когда выжившие бандиты отбивались от селян, бросавшихся на них с мечами и вилами. И сейчас попал под покровительство не кого-нибудь, а самого Георга Саттора. Только Рик не подозревал, какое прозвище уже плотно прикрепилось к нему.