-Ну, товарищи! Я от вас такого не ожидала! - возмутилась я.
-От нас? - хором воскликнули Кондрат и Воронко.
-От вас, от вас! Какого черта вы столько времени тянули, а? А ещё друзья, называется! Болезнь надо уничтожать в зародыше! - изрекла я. - А у вас тут всё так запущено... Кстати, где волк?
-Собаки его подрали, - ответил Кондрат. - У бабы-яги отлеживается.
-Так, - сказала я. - Тогда едем к ней. Будем военный совет держать!
У бабы-яги, Василисы свет Микулишны, всё было по прежнему. Угрюмый волк, лишившийся половины шкуры, отлеживался под лавкой и, как мне показалось, находился в стойкой конфронтации с бабкиным черным котом.
-Здрасьте! - радостно сказала я. - Не ждали?
-Ахти! - всплеснула руками баба-яга. - Никак Василисушка!
-Она самая, - сказала я. - Так, сперва всем подарки. Воронко свои сухари получил, тебе вот, Кондрат, корм... для воронов не было, я взяла для волнистых попугайчиков... Тебе, Серый, ошейник против блох... А вы, бабуся, получите новую сковородку, на ней без масла жарить можно, и не пригорит! Все нарадовались? Теперь к делу... А дела, как я вижу, швах...
-Точно, - подтвердила баба-яга, любуясь сковородой с тефлоновым покрытием.
-Делать что будем? - спросила я.
-Наверняка Никитку зельем опоили. Выкрадем его да и расколдуем, - предложил волк. - Баба-яга у нас мастер... На последнем шабаше ей грамотку дали, как самой зловредной ведьме в округе...
-Ой, ну смутил совсем, - зарделась бабка и прикрылась сковородой.
Я так поняла, что она на ночь положит мой подарок под подушку.
- Есть и похуже, и позловредней, меня просто поощрить хотели... Но Никитку я не расколдую!
-Это почему же? - удивилась я.
-А мне по чину не положено добрые дела делать, - резонно заявила она. - Да и, боюсь, не справиться мне с этими чарами... Тут ведь как... Мы, нечисть лесная, привыкли всё по старинке делать, как наши предки веками делали, а Марья эта из молодых да ранних. Поди знай, чего она там в зелье подмешала. Начнешь расколдовывать, да ещё хуже и сделаешь...
-М-да... - протянула я. - Не судьба...
Ещё варианты?
-Познакомить Марью с Кощеем, - снова подал голос волк. Ему явно надоело лежать без дела. - Они друг другу понравятся.
-Не пойдет, - отмела предложение баба-яга. - Кощеюшко с прошлого лета с Василисой Премудрой любовь крутит. Уж так они характерами сошлись! Прямо сердце радуется, на их скандалы глядючи!
-Да что ж такое... - расстроилась я. - Может, у этой Премудрой совета спросить?
-Не выйдет, - каркнул Кондрат. - Она Кощея ко всем подряд ревнует, даже вон к бабе-яге, а тебя и на порог не пустит... Впрочем, тебя и сам Кощей на порог не пустит, после того, как ты его с гуслями всё лето мурыжила.
-Беда... - вздохнула я.
-А традиционный метод возвращения друга сердечного тебя не устроит? - хитро поинтересовалась баба-яга.
-Это как? - заинтересовалась я.
-А просто: пойдешь на край света, за тридевять земель, как девять пар железных башмаков износишь, девять посохов железных изотрешь, девять ковриг железных изгложешь, тут и вернется к тебе твой милый!
-Я разве на больную похожа? - прищурилась я. - Додумались тоже, железо глодать... Я что, ржавчина?
-Значит, не пойдет... - пригорюнилась баба-яга.
-Ладно, надо хоть взглянуть на этого придурка заколдованного, - вздохнула я. - Поехали, Кондрат.
-Чего на ночь глядя-то... - пробурчал ворон. - С утра поедем.
-Ладно, - покладисто сказала я. - Если мне дадут пирогов, то я, так и быть, останусь...
Ну, пироги у бабы-яги знатные. Мы объелись, а потом проспали чуть не до полудня. Впрочем, до города ехать было недалеко, часа два, если рысью. Но меня на рыси укачивает, поэтому Воронко пришлось передвигаться попеременно то галопом, то бодрым шагом.
Больших перемен в городе, на мой взгляд, не произошло. Однако царский терем непонятно с какой радости оказался окружен высоченным забором, по-моему, из цельных бревен. Поверху была протянула проволока с нанизанными на неё колокольчиками. При малейшем ветерке они ужасно бренчали. Этакая сигнализация...
-Давай на разведку, Кондрат, - велела я.
Ворон взлетел, покружился над царской резиденцией и доложил:
-Они с королевной изволят в саду прогуливаться. Это с другой стороны.
-Ладно, посмотрим, - решила я.
С другой стороны забор был ещё выше. Наверно, чтобы яблоки не воровали.
-Ага... - сказала я. - Подойди-ка, Воронко, к забору поближе. Я тебе на спину встану, а там, если получится, на забор влезу.
-Там же проволока! - каркнул Кондрат. - Колючая!
-Но она же на колышках натянута, - резонно возразила я. - Я за колышек ухвачусь. И потом, у меня перчатки есть!
Ну, в конце концов мне удалось взобраться на забор. Думаю, со стороны это выглядело не слишком эстетично, но мне было как-то наплевать. Тем более, что и посторонних зрителей не наблюдалось.
Итак, стоя на заборе, я быстро углядела в только-только расцветающем саду Никиту с вышеозначенной Марьей Моревной. Надо сказать, она и впрямь была хороша! Волосы иссиня-черные, коса до пояса, в мою ногу толщиной, в неё (в косу, а не в мою ногу!) золотые подвески вплетены. Одежда тоже черная, да в золотом шитье и разнообразных самоцветных каменьях. Сама Марья была девицей рослой и статной, хотя и не очень стройной, щеки она будто свеклой натирала, а ресницы были явно намазаны сажей.
-Никита! - окликнула я, балансируя на заборе.
Он заозирался, заметил меня и встал, как вкопанный. Но явно меня не узнал.
- Это ж я, Василиса! Ты чего, совсем обнаглел, да? Стоит отлучиться на полгодика, он уже со всякими мадамами под ручку выгуливается! Да ещё имеет наглость не узнавать!..
Тут опомнилась королевна. Насупила соболиные брови, зыркнула на меня черными глазами, что-то буркнула, хлопнула, топнула, дунула, плюнула... и я почувствовала, что резко уменьшаюсь в размерах.
-Мамочки... - простонала я, шлёпнувшись на спину Воронка. - Во что ж она меня превратила?
-В сороку, - удивленно сказал Кондрат. - А ничего, симпатично... И трещишь ты точно, как сороки.
-Боже, какой ужас!!! - заорала я. - А ну, быстро к бабе-яге! Я не желаю птицей быть!..
Баба-яга долго охала и ахала, потом выгнала всех из избы, посадила меня на стол и принялась жечь всякие вонючие травки.
-Интересные чары! - сказала она наконец. - Она тебя в сороку вместе с одеждой превратила! У меня вот никогда такое не получалось! Надо все же передовой опыт перенимать.
Потом она что-то невнятно пробормотала, топнула, хлопнула, плюнула, дунула...
-Уф... - с облегчением выдохнула я, ощупывая свои руки-ноги. - Спасибо!
-Ну, до конца-то я тебя не расколдовала, - призналась баба-яга.
-Что ещё? - простонала я, снова приходя в ужас и сползая со стола.
-Да не волнуйся, тебе пригодится, - обнадежила баба-яга. - Сможешь птицей оборачиваться, когда сама пожелаешь!
-Клёво! - воскликнула я. - А можно не сорокой, а орлом? Или хотя бы ястребом?
-Василиса! - нахмурилась баба-яга.
-Да молчу я, молчу... - обиделась я. - Просто сорока - птица несерьёзная, а орел кого хочешь заклюет...
-А ты кого хочешь заговоришь до смерти, - фыркнул Воронко, просовывая нос в окно.
-Все против меня! - вздохнула я. - Ладно. Что дальше-то делать будем?
-Вот что, Василиса, - сказала баба-яга по некотором раздумье. - Пошлю-ка я тебя к своей сестрице двоюродной. Она меня на сто лет старше, авось присоветует что.
-Ага, - уныло сказала я.
Похоже, мне всё же не избежать традиционного пути сказочных героев. Придется посетить всех родственниц бабы-яги. Надеюсь, никакое огненное море мне пересекать не придется и диких кобылиц пасти тоже. А то любят эти отрицательные персонажи всякие жуткие задания героям давать! Ну там, мешок зерна разобрать... положим, гречку от риса я ещё отличу, но проса, например, я в жизни не видывала.
Итак, отправились мы в путь далекий. Долго ли, коротко мы ехали, да только заехали в такие дебри, что и не знали, как выбраться. Кондрат летал на разведку, но обнаружил, что вокруг только лес и никаких признаков человеческого жилья. Жуть махровая...
Однако вдалеке маячило что-то похожее на горы. Туда мы и направились. Честно говоря, я надеялась найти в горах пещерку и заночевать по-человечески. Хоть скатерка-самобранка исправно снабжала едой, ночевки под открытым небом у меня уже в печенках сидели. Однако до гор мы так и не доехали. Но лучше я расскажу обо всем по порядку...
Стоял погожий денек, довольно теплый. Воронко плелся нога за ногу и бурчал, что он приличный богатырский конь, а не трепетная лань какая-нибудь, чтобы по чащобе таскаться. Я зевала и отбивалась от комаров. Кондрат опять куда-то улетел, а волк вроде бы решил поохотиться. Неожиданно запахло дымом. Я обрадовалась - раз дыма без огня не бывает, значит впереди селение, на худой конец охотничья стоянка... или лесной пожар. Так или иначе, но я направила Воронко в ту сторону, откуда тянуло дымком. Пришлось пробираться по жутким колючим зарослям, что моему коню вовсе не понравилось. Но возмущался он недолго...
Неожиданно высоченные кусты впереди затрещали, зашуршали... и прямо передо мной появилась жутчайшая крокодилья морда. Потом вторая. И ещё одна. И ещё... и ещё...
Не знаю, кто из нас громче орал: я или мой конь. А когда из кустов показалась вся туша страшилища, мы дружно дара речи лишились. Это был Змей Горыныч! Размером с башенный кран, если не больше, и аж с пятнадцатью головами. И эти головы довольно профессионально, не мешая друг другу, принялись меня окружать!
-Ходу, Воронко! - прорезался у меня наконец голос. Конь не заставил себя долго упрашивать, круто развернулся на месте и рванул в обратную сторону.
Сзади всё ещё что-то трещало. Обернувшись, я с некоторым замиранием сердца обнаружила, что чудище за нами гонится! Правда, оно не пыталось взлететь, хотя крыльями хлопало, - наверно, было тяжеловато. Но по кустам оно неслось с резвостью, наводящей на нехорошие мысли... Ещё раз взглянув назад, я узрела приоткрытые пасти и едва не свалилась с коня - Горыныч явно намеревался нас зажарить! Тут на моем пути оказалась низко нависшая ветка... и я всё-таки свалилась с коня. Хорошо, в кусты, а не на землю. Надо отдать должное Воронко, он не удрал, а храбро приготовился меня защищать.
Горыныч тем временем нас настиг, но есть не стал. Он плюхнулся на собственный хвост, развесил крылья и, тяжело отдуваясь, сказал:
-Совсем старый стал. Никого догнать не могу...
-А зачем тогда вы за нами гнались? - осмелилась я подать голос.
-Так ты сумку обронила, - удивленно ответил Горыныч. - Отдать хотел. Зачем же убегать было? Да ещё так быстро...
-Вообще-то вы страшный, - мрачно сказала я, выбираясь из кустов и потирая лоб. - Вы не знали?
-Правда? - приосанился Горыныч. - Значит, есть ещё порох в пороховницах... Ох!
-Что это с вами? - забеспокоилась я.
-Болею я, - тяжко вздохнул Змей. - Спина вот болит, лапы ломит...
-Хвост не отваливается? - деловито спросила я.
-Бывает... - Змей снова вздохнул. - Особливо по осени либо в дождь...
-Это у вас радикулит, - авторитетно сказала я. - Наверно, на холодной земле спали? Или на сквозняке?
-В пещере, - сознался Змей. - Там и правда дует... Что ж теперь делать? Что делать с радикулитом, я толком не знала, но вовремя вспомнила народное средство:
-В муравейник задом сядьте, или в улей пчелиный. Их яд, говорят, хорошо от радикулита помогает... - Тут я присмотрелась к мощной броне на филейной части Змея и покачала головой: - Нет, это не поможет...
-Так я и знал, - горестно повесил головы Горыныч. - Старость не радость... Ходить и то трудно, а уж летать... куда мне...
-Ну что вы сразу раскисаете? - возмутилась я. - Может, у вас и не радикулит вовсе, а остеохондроз! Отложение солей в суставах! Во-первых, у вас голов много, а это огромная нагрузка на позвоночник. И потом, у вас, наверно, диета неправильная. Сознайтесь, богатырями питаетесь?
-Было дело... - потупился Змей. - По молодости...
-Ужас, - искренне сказала я. - Разве можно так гробить свой организм? Вы что, не знаете, какой образ жизни ведут эти богатыри? Сплошные пьянки-гулянки, и от этого в богатырях масса вредных веществ!
-Что же мне есть? - удивился Горыныч.
-Попробуйте овощную диету, - посоветовала я. - А если уж невтерпеж, то питайтесь нормальной лесной дичью, но только не богатырями! Иначе погибнете во цвете лет!
-А со спиной что делать? - немного оживился Змей.
-Зарядку, уважаемый! - весело сказала я.
Змей оказался вовсе не страшным, мне его даже жалко было. И потом, очень забавно было смотреть, как говорит одна голова, а остальные внимательно слушают и делают соответствующее выражение физиономии.
- Я вам сейчас покажу основной комплекс упражнений... Кстати, а почему вы только одной головой говорите?
-Я сегодня главная, - сказала голова. - У нас строгая очередность, иначе никак...
-Отлично! - обрадовалась я. - Вот пусть главная голова и будет ответственной за зарядку. Учтите, заниматься надо каждый день, а то толку не выйдет. Ну, повторяйте за мной!
Я честно показал Горынычу все упражнения, какие вспомнила, особенно упирая на укрепление позвоночника и шеи (вернее, шей). Горыныч заметно воспрянул духом.
-А с хвостом что делать? - озабоченно спросил он меня.
-Э-э-э... - протянула я. Какую бы ему зарядку для хвоста прописать? - Ну, понимаете, у меня хвоста нет... Сами придумайте! Помашите им, покрутите, в колечки позавивайте... Можно ещё тяжести хвостом поднимать, очень укрепляет! Только не увлекайтесь, начинайте с небольших нагрузок, а то хуже сделаете...
Горыныч ещё пару минут, пыхтя, разминал хвост, потом замер и прислушался к своим ощущениям.
-И впрямь вроде лучше стало, - с сомнением сказал он.
-Заодно и вес лишний сбросите, - добавила я. - Тогда и летать легче будет. Вон у вас крылья какие, чего ноги зря бить?
-И то верно, - согласился Змей, глядя на меня с заметным уважением.
-Кстати, мы же не познакомились! - спохватилась я. - Я Василиса.
-Василисе Микулишне, бабе-яге, не родственница? - осведомился Змей.
-Дальняя, - приврала я, но всё же решила особенно не наглеть. - Очень дальняя... седьмая вода на киселе...
-А я Змей Горыныч, - представился Змей. - Когда-то меня звали Великим и Ужасным, а теперь и не помнит про меня никто... Он снова пригорюнился...