Всего за 399 руб. Купить полную версию
И конечно, ни фига не нашел, отозвалась Одри, резко бросая руль вправо, в сторону Ганновер-стрит. И тебе велели оставить это дело в покое. В который уже раз.
Ну да, ничего определенного я не нашел, признался Мерлин.
А как же твой кузен? спросила Сьюзен, которая думала о нем с тех пор, как ей рассказал про него Мерлин. Оракул наоборот.
Чего-чего? не поняла Одри.
Я воспользовался этим выражением, чтобы объяснить Сьюзен суть дара Нортона, высокомерно ответил Мерлин. Да, Нортон заглядывал в прошлое по моей просьбе. Но со дня убийства прошло пять лет, а Нортон лучше всего работает, когда речь о месяце-другом, не больше. Правда, есть такие сущности которые могут разобраться в путанице прошедшего или будущего либо дать подсказку, чтобы помочь вычислить правду. К одной из них я сходил.
Против правил, сказала Одри.
Они в серой зоне, ответил Мерлин.
Ну и что? сухо спросила Одри и тут же выругалась и вывернула в сторону руль, чтобы объехать пешехода, который внезапно шагнул на проезжую часть.
За ним потянулись другие люди обходили группу рабочих: окружив наполовину вырытую дыру в тротуаре, те смотрели в нее с таким видом, будто она была диковинной тварью, готовой скрыться, стоит им только отвести взгляд.
Короче, она оно сказало мне вот что. И Мерлин, набрав полную грудь воздуха, откинулся на спинку сиденья и монотонно продекламировал:
Ищи дегустатора, кровопийцу,
Скупщика краденого и убийцу,
Хозяина воров
На севере,
На севере
Города Луны.
Он знает, он знает, он знает,
Но молчит,
Клятвы и обеты сказать мешают,
Он не заговорит.
Да уж, помогла так помогла, заметила Одри. Я насчет «не заговорит».
Оракулы обычно уклончивы и ненадежны, сказал Мерлин. Вот почему я решил, что в этой песенке не хватает одной строки, невысказанного «пока не», или что разговор с этим парнем, если я его найду, даст мне другую подсказку. И в сущности, оказался прав. Кстати, «Город Луны» это Луан-Дун, или Лондон. Вот почему я решил пошарить среди дегустаторов Северного Лондона и обратить особое внимание на тех, кто связан с преступным миром. Я нашел двоих карманника и книжного вора. Не самые большие авторитеты, конечно, но именно они вывели меня на Трингли, настоящего вора в законе. С теми двумя я разговаривал вполне мирно и с «дядей Фрэнком» поговорил бы так же, если бы тот не полез за бритвой
Вдруг он умолк, подался вперед и уставился через плечо Сьюзен в заднее окно, потом резко обернулся и поглядел в переднее. Такси медленно ползло по Керзон-стрит, только что миновало поворот на Болтон-стрит. Вся проезжая часть была запружена автомобилями, а тротуары пешеходами, в основном туристами.
Одри! воскликнул он. Мелюзга!
Вижу, ответила Одри так, словно глазам своим не верила. Чего это они повылезли-то при солнце?
Сьюзен разглядывала улицу сквозь боковое окно в рябинках дождя, пытаясь понять, что так встревожило Мерлина и Одри. На ее взгляд, снаружи все было как обычно море машин, фургонов и мотоциклов плескалось между тротуарами, по которым тек такой плотный поток пешеходов с зонтами всевозможных цветов, форм и размеров, что те, у кого зонтов не было, то и дело подныривали под чужие, не желая получить струйку воды за шиворот или спицу в глаз.
Там нет солнца, сказала она. А что вы
Фигура речи, пояснил Мерлин. Те, кого мы зовем мелюзгой, вообще не показываются при свете дня а тут я уже троих насчитал, Одри
А я четверых, последовал ответ. Пятерых Чертово движение! А вон шестой! Седьмой! Ну же, поезжай, идиот!
Такси резко остановилось впереди него сдал назад фургон, причем там, где места для этого не было совершенно. Позади них автомобили и без того стояли бампер к бамперу, так что такси застряло намертво.
Остаемся здесь или сматываемся? тревожно спросил Мерлин.
Одри посмотрела вперед, по сторонам и наконец назад.
Они окружают такси хороводом, мрачно сказала она. Кто знает, вдруг холодное железо поможет, но я не понимаю, я такое в первый раз вижу. И вообще никогда их так много не видела, не говоря уже о том, чтобы они танцевали при свете дня. Сматываемся!
Ладно, сказал Мерлин. Ты на восток? А мы на запад?
Ага, выдохнула Одри.
У тебя нет чего-нибудь старого, чтобы их треснуть?
В ответ Одри выхватила из-под солнечного козырька палку из ветки терновника. Палка была примерно ярд длиной, кривая, узловатая и твердая, как железо, без наконечника или украшений. Два шипа торчали из ствола крестообразно, образуя что-то вроде рукоятки. Одри просунула палку в окошко перегородки:
Возьми ты. Они наверняка гонятся за Сьюзен.
Спасибо, ответил Мерлин.
Если удерете от них, отключишь охрану, добавила Одри.
Ага. И ты, сказал Мерлин.
Готовы? спросила Одри. Вперед!
Что такое? удивилась Сьюзен.
Она смотрела в окно. Снаружи все выглядело совершенно нормально, и вдруг прямо за стеклом возник ребенок: мальчик лет пяти или шести, со странной клиновидной мордашкой, блестящими глазенками и ярко-красными щеками. Свободная ярко-алая рубашка, разорванная во многих местах, придавала ему сходство с клоуном, которого протащило через аэродинамическую трубу.
Он начал приплясывать и кривляться, отчего стал еще больше похож на клоуна, и вдруг ухмыльнулся во весь рот, показав ряды гнилых пеньков, среди которых выделялись два желто-белых резца непомерной длины и остроты.