Пульс ускорился, это необычно.
Доктор, вот новая доза лекарства! Ввести ему?
Давайте быстрее, он просыпается!
Нет! Не нужно новую дозу, дайте ему прийти в себя.
Последний голос несколько отличался от остальных, и не только звучанием, но и интонацией. Голос того, кто привык командовать.
Меня удивляло, что я понимаю, о чем они говорят, все это было странным. Я не знал ничего о своем прошлом, но уверен был лишь в одном: раньше все было не так! Что со мной?
Доктор, что-то происходит
Посмотрите, он открыл глаза!
Я почувствовал страх внутри себя. Не перед этими существами, естественно, потому что они и сами меня боялись. Меня пугала неизвестность, чуждость всего происходящего. Это не мой мир, меня забрали, заперли, лишили чего-то важного Почему?
За что?
Я попробовал двинуться, но обнаружил, что клетка очень тесная. Страх во мне перерастал в панику, смешивался с яростью. Никто не смеет управлять мной!
Я рванулся вперед, налетел на прозрачную стену, но боли не почувствовал. Напротив, этот удар еще больше разозлил меня, придал сил. Я начал кидаться на преграду снова и снова, а она понемногу поддавалась
Он стекло разобьет!
Надо что-то делать, вызовите охрану!
Не нужно никого вызывать, голос их главного оставался спокойным. Разве мы не этого ждали?
Но, доктор Стрелов!..
Я прошу вас не мельтешить. В противном случае в пересмотрю свое решение о принятии вас в проект.
Наконец проклятая стена поддалась, разлетелась на осколки. Сначала я обрадовался, но триумф длился недолго: я никак не ожидал того, что произошло дальше.
Вместе с водой меня понесло вперед, я упал куда-то, но едва почувствовал это, потому что на меня навалилась тяжесть. Бесконечная, огромная тяжесть, заставившая меня сжаться в комок. Мне нечем было дышать, жабры бессильно бились, стараясь найти воду, но воды не было. Меня начинало колотить, потому что я понимал, что умираю
Я не знал, что так давит воздух. Это я понял намного позжеи все равно не смог бы объяснить людям. Им-то кажется, что воздух легче воды! Но когда ты не умеешь им дышать, реальность меняется.
А потом сквозь пелену боли и тяжести прорвался знакомый уже голос, звучавший теперь совсем близко:
Тише, тише, не бойся Все будет хорошо.
Нет, не будет! На меня давит что-то, чего я даже не вижу, оно убивает меня! Как я могу не бояться?!
Дыши.
Я и так дышу! Только жабры не работают
Набери воздух через рот, вдыхай.
Внутри меня зарождалось онемение, которое бывает только при сильной усталости. Но я-то не устал! Просто у меня скоро не останется сил Другого выхода не было, я решил прибегнуть к совету голоса.
Я не умел дышать через рот, но получилось сразу, сработали инстинкты, о существовании которых я и не подозревал. Воздух, тяжелый, как грязь, и какой-то острый, проник внутрь меня, и сначала было больно. Но постепенно я привыкал, ко мне возвращались силы, жабры полностью закрылисьвпервые за мою жизнь. Хотя откуда я могу знать, без памяти?
Я чуть оправился, но не настолько, чтобы сражаться с непонятными существами. Придется признать, что они победили Что теперь со мной будет?
Я осторожно открыл глаза, зная, что обладатель спокойного голоса сидит рядом со мной. Так я впервые увидел человека.
Почему-то я знал, что это именно человек. Это знание было не менее странным, чем способность говорить на их языке. Хотя говорить-то я и не пробовал, только слушал и понимал, но это уже много.
Здравствуй, человек едва заметно улыбнулся. Добро пожаловать в этот мир. Меня зовут Владимир Стрелов.
Вот здесь я его не совсем понял может, у меня просто не хватило сил понять. Новый вид дыхания нагонял на меня сонливость. Я попробовал дышать чаще, но только довел себя до головной боли. Мое сознание начало отключаться.
Человек поднялся на ноги, обратился к другим людям, державшемся на солидном расстоянии:
Прекратите истерику! В его крови еще много снотворного, долго он не продержится. Как только он уснет, перенесите его в большой бассейн.
Вы уверены, что это безопасно?
Уверен. Я больше не собираюсь держать его в коматозном состоянии, эта фаза эксперимента завершилась. Приготовьтесь, отныне у нас будет много работы!
* * *
Это была его методика, задумчиво произнесла Лита. Бессознательное обучение, оно жеобучение во сне. Тебя заставили выучить язык до того, как ты пришел в сознание. Очередное гениальное изобретение, которому доктор Стрелов не придал никакого значения.
Я не был удивлен. Новая методика обучения, пусть и гениальная, не смогла сравниться с тем, что он делал в то время.
Я еще раз проверил территорию парка, но постороннего присутствия не почувствовал. Наверное, и сегодня не явится хотя еще только час ночи, рано об этом говорить.
Обычно в это время моя смотрительница уже хотела спать, но на сей раз она выспалась днем и была полна решимости расспрашивать меня и дальше. С одной стороны, мне это не нравилось, потому что приходилось расковыривать раны, которые только-только успели зажить. С другой, мне и самому было полезно вспомнить все, потому что теперь, через призму новых знаний, я многие вещи воспринимал иначе.
А этот твой бассейн он был действительно большой? полюбопытствовала Лита.
Примерно такой, как мой бассейн на базе. Только в лаборатории был скорее аквариум: у него были, частично, прозрачные стены и очень мало личного пространства. Меня это нервировало, я чувствовал себя пленником, потому что вокруг сновали люди и не было ничего знакомого и понятного. Бежать я уже не думал, я побаивался снова вылезать на воздух. Поэтому я забился в самый дальний угол аквариума, в нишу, и вылезал оттуда только ночью, когда вокруг оставалось совсем мало людей.
Зачем вылезал?
Размяться надо было.
Я не стал говорить, что за все время моего пребывания в лаборатории, те дни были худшими. Я чувствовал себя беспомощным, а для меня это противоестественно. Ей не нужно это знать.
Хотя в целом-то я был не один, добавил я. С первого дня доктор Стрелов приходил к моему аквариуму и разговаривал со мной Вернее, рассказывал. Обо всем: о мире, в который я попал, о людях, даже об океане. Я делал вид, что не слушаю, хотя на самом деле слушал. Лит, разве все это не указано в отчетах?
Во-первых, сам доктор Стрелов отчетов не составлял, не по рангу это ему, усмехнулась Лита. Во-вторых, многие документы из лаборатории утеряны. В-третьих, то, что рассказываешь ты, звучит совсем иначе, чем наблюдения сотрудников лаборатории. Никто из них не мог знать, о чем ты думаешь, их мнение о тебе было хм несколько предвзятым.
Да уж! Я и сейчас прекрасно помню их страх. Почти все они шарахались от меня, а те, что не шарахались, смотрели на меня так, будто готовы были разрыдаться. Уже на базе проекта я встретил людей, которые с первой же минуты общения не испытывали ко мне страха. В лаборатории такой человек был только один.
Лита, как я и ожидал, не собиралась оставлять меня в покое:
Но все-таки ты начал общаться Как это случилось?
* * *
Мне было одиноко. Я все еще не знал своего прошлого, вспомнил лишь одно: мне нельзя быть одному. Дома наверное, это было в океане, о котором говорил доктор Стрелов Так вот, дома я никогда не был один, вокруг были другие, только где они сейчас?
Я начал привыкать к человеку, приходившему ко мне каждый день. Меня тут все боялись, а от него исходило доброжелательное спокойствие, и мне это нравилось. Но все равно, людей я уже мысленно отнес к врагам, а доктор Стреловодин из них. Если он такой хороший, почему он не скажет мне, кто я?
Его визиты продолжались несколько дней. Он не пытался добиться от меня ответа и частично развеивал мою скуку, отвлекал от опасений, так что я не возражал. И вот однажды все изменилось: он подошел вплотную к аквариуму и постучал по стенке.
До чего ж мерзкий звук! И не звук даже, а вибрация в воде, болезненно ударившая по вискам. Первый раз я только поморщился, но с места не сдвинулся, надеялся отсидеться. Однако человек оказался упрямым, он продолжал барабанить. Такого издевательства я вынести не мог, поэтому подплыл к стенке.
Чего надо?
Он смотрел прямо на меня. Глаза у него были невозмутимые, кариетого же цвета, который я потом увидел в своем отражении в зеркале. Он дотронулся рукой до стенки аквариума и спросил: