Однообразие коридора, его каменные стены, уходящие в разные стороны мерцающим красным лабиринтом, приводили девочку в отчаяние. Ни малейшего выступа, ни единой впадины, никакого намека на скорое прекращение блужданий. Иногда казалось, что минули годы с тех пор, как она провалилась сюда. Все ее переживания об отце, Регале и Селине, будто были из какой-то прошлой жизни, а в это есть только дрожание алых отблесков и неизвестность.
Скоро Ариман окончательно утратила веру в то, что когда-либо выберется из-под земли. Но ее это совсем не расстраивало. Все мысли девочки были заняты только однией страшно хотелось пить. Она давно уже потеряла счет времени. Кожаные ремни сумки резали плечи, мозоли на ногах превратились в кровавое месиво, и каждый шаг отдавался резкой болью.
Ариман пришлось избавиться от ботинок и продолжить путь босиком. Позже она пожалела об этом решении: острые камушки, попадающиеся на каменном полу, впивались в стопы, сдирая кожу.
Но возвращаться за ботинками сил не было.
И вдруг Ариман увидела, как коридор заканчивается. Подземный ход, по которому она так долго шла в надежде вернуться в Дейноро, привел ее прямо в тупик. Невзирая на боль в ногах, она бегом захромала к стене в слепой надежде отыскать там хоть малейший признак потайной двери.
«Должен же здесь быть какой-то выход! Такой длинный коридор не может вести в никуда»рассуждала Ариман, обшаривая стену.
Где-то в глубине души она и сама понимала всю безнадежность положения. Стена оказалось стеной. Ни единого намека на тайную дверь или люк Это тупик!
От безысходности Ариман прислонилась к полыхающему красным светом эдониту и горько зарыдала. Она не знала, что делать дальше.
Слезы щипали глаза, жгли щеки, стекали по подбородку на грудь. Ариман корила себя за это, ведь она понапрасну расходует влагу, приближая свою ужасную смерть
И тут в тишине подземелья она услышала звук воды. Или даже не звук, а еле уловимый шепот. Может, от жажды у нее помутился рассудок?
Девочка постаралась отбросить всю жалость к себе и горестные мысли о смерти. Она прислушалась внимательней. Да, там за стеной капает вода!
И вновь Ариман почувствовала надежду. Даже если придется голыми руками прорыть ход наружуона сделает это!
Девочка напрягла слух. Вода находилась прямо за этой стеной. Так близко, и так беспощадно далеко!..
Ариман принялась расчищать каменную пыль на том месте, где совсем недавно собиралась перестать бороться за жизнь. Но к ее разочарованию, стена и пол оказались единым каменным полотном. Нигде не виднелось ни малейшей щели. Ариман начало казать, что звук капающей воды усиливается, общаясь шумом водопада. Это сводило с ума!
Покопавшись в сумке, она вытащила ключ, и в отчаянии попыталась расцарапать им камень. Тщетно. Ни на стене, ни на полу, хоть они и были из пористой породы и казались довольно податливыми, не удалось оставить даже крохотной царапины. Обезумев, Ариман начала ногтями скрести проклятый эдонит. В каком-то безотчетном гневе она колотила светящуюся красную стену кулаками. Слезы лились потоком, застилая глаза. Из ран на руках сочилась кровь, вторя звуками падающих капель пению недоступной воды.
Руки были разбиты, ногти сорваны, но Ариман не замечала боли. С громкими причитаниями она продолжала колотить препятствие на пути к своей цели. И тут что-то изменилось. Чуть выше того места, где она только что в истерике оставила кровавый отпечаток, красный эдонит начал чернеть. Она замерла от удивления.
«Магия крови»пронеслось в ее измученном сознании.
Ариман зачарованно смотрела, как на камне прорисовываются знакомые очертания. Это было топорное изображение лиса, укрывшегося собственным хвостом. Еще никогда вид герба дома Скалдисов так не радовал дочь стратилата. Вдруг пришло понимание, что нужно делать.
Девочка провела окровавленной рукой по чернеющему на фоне красной стены изображению. Сначала ничего не происходило, но вскоре Ариман услышала треск. Кусок стены плавно отъехал в сторону, и путница шагнула в зияющий темнотой проход.
Как только она оказалась по ту сторону эдонитового коридора, стена с громким стуком вернулась на место. По бокам вспыхнули факелы. Огонь обдал лицо жаром. Ариман вздрогнула от неожиданности и сильно удивилась, когда в нос ударил резкий запах жасмина. Так пахло в библиотеках, где хранились редкие манускрипты. Аромат магической консервации. Правда, в библиотеках Дейноро этот запах был совсем легким, едва уловимым. Для того чтобы наложить такого рода чары требовалось немало драгоценной энергии. Ариман знала из рассказов Селины, что в прежние времена на земле было огромное количество источников силы. Тогда никто и не думал забирать ее у простых людей, заставляя возносить себе молитвы. По сравнению с полноценным источником, количество энергии от них было невероятно мизерным
Сейчас силу источников, как и любую другую, расходовали крайне экономно. Никому бы не пришло в голову выкачать один из них, для того чтобы наложить чары магической консервации такой мощи. Но, вероятно, это подземелье очень и очень старой. Может, ему даже больше тысячи лет. Что же здесь прятали, если не пожалели таких сил?
Размышляя обо всем этом, Ариман осторожно продвигалась вперед, прислушиваясь к звуку воды. На какое-то время она перестала так остро страдать от мучившей ее жажды, однако чем ближе раздавался стук капель, тем меньше терпения и осторожности оставалось в девочке. Мысленно она уже видела свое спасение.
Слева от закрывшегося прохода на небольшом постаменте располагалась низкая широкая чаша из золота, инкрустированная крупными рубинами. Прямо в нее из стены редко капала драгоценная жидкость, издавая хрустальный звон. Девочка бегом бросилась к воде, и с разочарованием увидела, что чаша наполовину пуста.
Ариман казалось, что она способна выпить целый колодец. С нетерпением она припала потрескавшимися губами к воде. Каждый глоток наполнял живительной силой, но девочка не переставала пить, пока на дне чаши не остались жалкие капли. Она попыталась набрать их в ладонь, но жидкость тотчас окрасилась в красный цвет. И тут Ариман увидела, как раны на ее пальцах затягиваются с немыслимой скоростью. Из груди вырвался испуганный вздох.
«О, помилуй меня Хранитель! Настоящая купель!пронеслось у нее в голове.Это не может быть правдой! Они же давно исчезли! Остались лишь легенды»
Но ничто другое в этом мире просто не могло обладать такой мощной целительной силой.
О купелях знал каждый одаренный ребенок в Омекане. Само слово стало нарицательным. Ариман быстро размотала импровизированную повязку на руке и обнаружила, что от глубокого пореза не осталось и следа. В немом ужасе она уселась на пол рядом с постаментом, на котором громоздилась чаша. Для нее, бездарной лишенки, выпить воды из купели, означало верную смерть.
«Но почему я все еще дышу?растерянно думала Ариман.Может, эта вода сначала заживляет раны, и только потом убивает?!».
Эта мысль вызвала безумный смешок. Она в любом случае очень скоро умрет. И это даже очень хорошо, что от «живой воды». Такая смерть хотя бы быстрая. И это лучше, чем долго и мучительно подыхать от жажды. К тому же в этом зале с мощной магической консервацией ее тело пролежит целую вечность. Может быть, какие-нибудь сумасшедшие внучатые племянники через тысячу лет найдут здесь ее труп со спутанными волосами и в грязной одежде.
Ариман машинально пригладила волосы, а после присела, откинувшись спиной на стену. Она закрыла глаза.
«Как странно, что смерть похожа на сон,подумала она, зевая.Прощайте, мои мечты и великие подвиги, прощай, Селина, прощай, род Румейла. Твоя последняя надежда умирает в глухом подземелье от «живой воды», которая осталась лишь в легендах. Это так странно»
Купели исчезли тысячу лет назад, а она, Ариман, сумела найти одну-единственную на целом свете и умереть от ее воды. Какая глупая смерть
***
Стратилат Скалдис не находил себе места от тревоги. Его младшая дочь пропала, и никакие магические способы поиска не действовали. Он перепробовал все, но каждый раз разведывательные импульсы уходили в пустоту. Из этого следовал лишь один вывод: Ариман уже нет в живых. Существовала малая вероятность, что она находится на большом расстоянии от Дейноро, и поэтому его магия бессильна. Но разумом стратилат понимал, эта надеждапризрачная. И двух дней не прошло с того момента, как он видел дочь последний раз. За это время у нее не получилось бы уйти настолько далеко (тем более, пешком), чтобы поисковые импульсы не могли ее обнаружить.
Следопыты и навьи прочесывали лес в поисках мертвого тела. Но пока их блуждания были тщетны. Горан Скалдис и сам предпринял несколько попыток найти дочь в чаще. Однако каждый раз, когда он заходил под сень гиперионов, в нем пробуждалась сущность, о существовании которой он пытался забыть. Это были чувства зверя, неразумного хищника, готовящегося к охоте. Но даже его обостренные ощущения не могли ускорить поиски.
Все еще слепо надеясь, что дочь решила сбежать, Скалдис потратил силу целого амулета, чтобы создать магического вестника. В обычное время он посчитал бы это непозволительным расточительством, однако сейчас чувство вины заставило стратилата отбросить всякие сомнения о напрасном расходе сил. Горану необходимо было убедиться, что хитрый старик, дед Ариман, не похитил свою внучку. Тот долго упрашивал зятя забрать последнюю представительницу рода Румейла на свое попечение. И стратилат боялся, что от просьб старик мог перейти к более решительным действиям. Каково же было удивление Складиса, когда дымчатый лис, которого он отправил к тестю, вернулся с ответом, что Хорлон Румейла уже на подходе к Дейноро. Вестник передал зятю, что дед Ариман путешествует через колодец.
Горан знал, что ему следует встретить его. Стратилат боялся этого с той самой минуты, когда Селина сообщила ему об исчезновении сестры. Ему было не по себе оттого, что тесть может обвинить его в пренебрежении к дочери, тем более, когда одна из представительниц дома Румейла уже закончила свои дни в Дейноро. Скалдиса пугала мысль, что Хорлон Румейла похоронит в имении Скалдисов свою внучку так же, как когда-то похоронил дочь.
После ответа магического вестника стратилат не сомневался, что Румейла прибудет лишь для того, чтобы предать земле ее тело.
Горан Скалдис шел к колодцу пешком, предаваясь своим невеселым размышлением. Он страшился разговора с тестем. Его мучило чувство вины за то, что он послушал Регалу, и переселил девочку в Восточную башню. Если бы дочь, как и прежде, жила в комнатах своей покойной матери, то ей ни за что не удалось бы незамеченной выскользнуть из замка. Если бы он, стратилат, не был так строг с ней, она не бежала бы при первой же возможности в мастерские навьих людей. Как бы Горан Скалдис ни злился на мать Ариман, девочка была в этом не виновата. И ему раньше следовало это понять. Возможно, стратилат должен был гордиться тем, что дочьистинное дитя древней крови. И не имеет значения, что Ариман не унаследовала дар. Ей всего тринадцать, и в истории одаренных встречались случаи, когда ловцы магов ошибались, и магия просыпалась в детях позже. Хотя отсутствие дара у трех дочерей и раньше казалось стратилату весьма странным. Лишенцы не так уж и редко рождались в браках между одаренными. Но не слишком часто в том случае, когда оба родителя обладали сильным магическим потенциалом. Его дочери станут прекрасными матерями. С большой вероятностью их дети унаследуют дар. Если же силы не будет у его сынаединственным его путем остаться в рядах магического сообщества, станет обучение в Школе Знаний. Именно там мальчики-лишенцы овладевали другого рода магией, имя которойИнженерия.
Горан Скалдис мало что понимал в этом. Никто из его родни не попадал в Школу Знаний. Однако стратилат не раз видел, какие чудесные вещи могут создавать их выпускники с мизерной магической силой. В глубине души он был уверен: его сын будет одаренным. Он уже брал в жены чародеек, которые принесли ему лишенцев. Может, жена из лишенцев подарит ему одаренного? Не исключено, что и Ариман была одаренной, просто ее магия немного припозднилась. Теперь он вряд ли об этом узнает.
На подходе к колодцу Горан Скалдис увидел своего тестя. Хорлон Румейла выглядел измученным и встревоженным. С их последней встречи он, казалось, постарел на лет десять, хотя одаренные намного дольше выглядят молодыми, чем обычные люди. Его лоб избороздили морщины. В уголках рта пролегли резкие складки. Хорлон Румейла, и правда, выглядел стариком. Смерть жены, дочери, а теперь, возможно, и внучки, оставила скорбную печать на его лице. Волосы тестя густо посеребрила седина, и Скалдису на миг стало жаль его. В какой-то момент он даже подумал, что зря не отдал ему внучку.
Хорлон Румейла был Сиротой, которого когда-то принесли в жертву чаше богов. Так он познал жизнь в обществе одаренных, которые заменили ему семью. Теперь у него не осталось никого. И он будет носить печать сиротства до конца своих дней.
Когда Горан подошел, старик неожиданно обнял его. Стратилат не помнил, чтобы когда-либо такое случалось раньше. Обычно у Хорлона Румейла был строгий и неприступный вид. Один его взгляд выводил стратилата из равновесия. И по своему желанию Скалдис никогда не искал с ним встречи. Особенно, после того как умерла Сивеллаединственная дочь Румейла. Но сейчас он успокаивающе похлопал тестя по спине, на миг забыв о своей неприязни.
Горан еще никогда не видел Румейла в столь сильном волнении. Глаза старика увлажнились. Его движения говорили о пережитом волнении и неподдельной тревоге. Стратилат не стал заводить бесед, и мужчины молча побрели по направлению к Дейноро.
«Нам следует хорошенько выпить прежде, чем решать, что делать дальше»,подумал Скалдис, видя отчаяние в глазах тестя.
Погрузившись каждый в свои мысли, тесть и зять не сразу услышали, как за их спиной раздались крики.
К ним со всех ног бежал помощник стратилата. Он размахивал руками и громко кричал, пытаясь привлечь внимание Скалдиса.
Чародеи остановились, всматриваясь в клочок темной ткани, зажатой в руке помощника.
Господин, мой господин!запыхавшись, произнес Варго, приблизившись к ним.Мы нашли вот это.
Управляющий протянул стратилату кусочек ткани.
Сомнений в том, что это был именно плащ Ариман, не было. Горан сразу узнал материал, поскольку Регала как-то вечером долго сидела над образцами, пытаясь выбрать цвета костюмов для верховой езды, которые позже пошили для девочек. Именно жена решила, что Ариман подойдет серебристо-серый
Сердце скалдиса сжалось, когда он увидел на ткани следы крови. Стратилат передал обрывок тестю, а сам обратился к помощнику:
Где вы это нашли? Нам нужно немедленно осмотреть место!
Конечно, господин. Там уже собрались следопыты. Все только вас и ждут. Похоже, девочка отправилась в лес со стороны старых садов. Нам следует последовать тем же путем. Кажется, маленькая хозяйка успела уйти довольно далеко, пока не случилось