Я отогнала смерть, Ашити, но вернула Танияра ты, когда позвала его. Тебе нужно было просто избавить его от одежды и крови, но ты стала частью ритуала. Ты назвала его имя, он услышал и вернулся на твой зов.
То есть я теперь тоже шаманка?
Нет, Ашит негромко рассмеялась. Ты не шаманка, но ты смогла войти в ритуал. Не понимаю, как это вышло, но ты разделила со мной то, что делала я одна.
И мне вдруг вспомнилось, как я слушала стук хота и голос шаманки, а еще завывание ветра. Как я, раскачиваясь, погрузилась в странное состояние, похожее на сон, и мне явился Белый Дух. Он позвал меня
Ох, прерывисто вздохнула я, кажется, догадываясь, как я стала из стороннего свидетеля участником действа. Белый Дух заставил меня очнуться, а потом позвала ты
Ашит некоторое время смотрела на меня в молчании, а затем кивнула, приняв то, что я сказала, и единственное, что произнесла моя мать, было:
На всё воля Создателя.
Вот и всё. Ни гнева, ни удивления, ни одобрения. Она просто приняла волю Белого Духа, если таковая и вправду была. Ашит вернулась к своему вареву, а я еще некоторое время смотрела ей в спину, раздумывая над тем, что мне было позволено принять участие в ритуале, который недоступен взору простого смертного. Даже больше, меня пригласили в нем поучаствовать. Означает ли это, что Создатель одарил меня своим доверием, или это какое-то испытание, уготованное мне хозяином ледяных земель? Быть может, это откроет передо мной дорогу домой?
Мотнув головой, я откинула эту мысль. Нужно прежде вспомнить мой прошлый дом и понять, почему я оказалась в холодной пещере в одной сорочке, не зная даже своего имени. Возможно, дома меня ждет враг
Возможно, прошептала я и поднялась на ноги.
Мой задумчивый взгляд опустился вниз, и я в последний раз посмотрела на мужчину, краем сознания отметив, что Танияр и вправду недурен собой. А еще в нем ощущалась сила. Это было странное животное чувство, больше инстинктивное, чем основанное на каких-то наблюдениях и выводах. Для последних не было оснований. Кроме того, что он удерживал меня рядом мертвой хваткой даже в бессознательном состоянии, в остальном я этого человека совершенно не знала, даже кто он такой, и какому роду принадлежал. И хотелось познать эту внутреннюю мощь, прикоснуться к ней, насытиться. А еще хотелось держаться от него подальше, по той же причине
Ашити.
Я посмотрела на шаманку, кивнула на ее укоризненный взгляд и отправилась приводить себя в порядок. Впереди был еще один день, и я нацарапала на своем полене сразу две черточки, потому что предыдущий день я попросту проспала, но он был и минул в вечность, оставив о себе память зеленым полотном на двери дома моей названной матери. День благой вести и радости для тех, кто ждал исхода ритуала.
Уруш увязался за мной в лихур, но я, строго погрозив ему, оставила турыма за кожаной занавесью. Зверь заскрипел, выражая неодобрение, но послушно уселся на пол и приготовился ждать, когда я буду готова обратить на него внимание. А мне было не до него. Что-то смутное туманило сознание.
Что же такое проворчала я, раздеваясь.
После шагнула в горячую воду, над которой вился ароматный парок, и закрыла глаза. Я думала о Танияре, даже не о нем, а о том, что ощутила в нем. И это ощущение было мне в чем-то знакомым
Он стоял на дорожке, ведущей к искусственному пруду, где сейчас собрались гости, приглашенные на праздник. Его ждали, готовились с особым тщанием. Прислуга стоптала ноги, спеша выполнить тысячу приказаний своих хозяев. Дом еще никогда не был так чист и наряден, как в эти дни. И сейчас все собрались там, куда он должен был выйти прямо от въездных ворот, но
Он стоял и смотрел. На меня. А я смотрела на него, изучая того, чей приезд устроил настоящий переполох. Он не был высок, не казался крепким, но внутренняя сила ощущалась так ярко, что я даже затаила дыхание и опустила глаза под прямым взглядом, направленным в мою сторону. В нем была властность, как в человеке, привыкшем к тому, что его приказы исполняются неукоснительно. А еще в нем совершенно не было красоты, но она ему и не была нужна. Резкость черт только еще больше усиливало желание склонить в почтении голову. Хищник в человеческом обличье, и он был мне нужен
Ох, хрипло вздохнула я, очнувшись от своей грезы.
Перед внутренним взором стоял мужчина из видения. Я не помнила, кем он был, и как его звали, но могла теперь в точности воспроизвести в памяти его образ: от черных, словно ночная темнота, волос, до носков начищенных до блеска щегольских туфель. И это я тоже вспомнила. Его глаза были голубыми, как полуденное небо в ясный день, а голос голос низким, с легкой хрипотцой, завораживавшей и пугавшейвсё зависело от того, что и кому он говорил. Но я этого мужчину не боялась.
Муж? спросила я саму себя и не нашла ответа. Протяжно вздохнув, я проворчала:Проклятое беспамятство. Однако опомнилась и даже склонила голову, обратившись к Создателю:Благодарю.
Когда я закончила омовение, оделась и вышла, Ашит сидела за столом. Она указала мне на миску, ждавшую моего появления, и я, кивнув, направилась к своему месту. Уже усевшись, я перевела взгляд на Танияра и спросила:
Кто он такой? Откуда? Что с ним произошло?
Твои мысли о другом мужчине, заметила шаманка. Я вижу.
Да, кивнула я, не став спорить. Я вспомнила его. Не знаю, кто тот мужчина, но я хорошо его знала. Чувствую.
Всему свое время, философски ответила Ашит и снова указала взглядом на миску:Ешь.
Мы завтракали в молчании. Я еще какое-то время думала о темноволосом мужчине, но так толком ни до чего и не додумалась. И все-таки это было первое воспоминание, которое пришло не во сне. Это давало надежду, что теперь видения из прошлого станут посещать меня чаще. Было бы неплохо. Жить с белой пеленой в голове, мне не нравилось.
Я вдруг усмехнулась невольной аналогии. Это словно и вправду ночная метель промчалась в моем сознании, скрыв следы прошлого.
Таниярбрат каана Архама, вдруг заговорила Ашит. Я посмотрела на нее, разом забыв о своих размышлениях. По рассказам шаманки я уже знала, что кааном называют главу общины или племени. Таган АрхамаЗеленые земли, продолжала рассказывать мне мать. Хорошие земли, многие смотрят на них с жадностью. Летом там богатые пастбища. Таниярпервый помощник своему брату и его лучший воин.
Приближенный правителя, правая рука, машинально отметила я и бросила взгляд на раненого. Когда он проснется?
Когда завоет ветер, ответила Ашит, наблюдавшая за мной. Ты любишь силу, Ашити.
Сила привлекает, я пожала плечами. Но меня привлекает не сила в руках, а вот здесь, я постучала кончиком пальца по виску. Вот, что завораживает по-настоящемуум.
Ум и силаэто могущество, улыбнулась шаманка. Натопи побольше снега, Танияру нужно будет помыться.
Хорошо, мама, кивнула я и встала из-за стола.
День промчался незаметно, но не хозяйственные заботы украли у меня часы жизни, истаявшие вместе с дневным светом. Время пожрало мое сознание, теперь стремившееся вернуть утраченное воспоминание, связанное с черноволосым мужчиной. Он был таким же мостиком в прошлое, как и девушка, ждавшая меня когда? Быть может, перед его появлением? Что за праздник царил в том доме, на дорожке перед которым мы встретились с властным незнакомцем? Это ведь мог быть тот же самый день. И дом тоже мог быть моим.
Кто я? спросила я у огня, когда наступил вечер.
Я сидела перед очагом и смотрела в его жаркую сердцевину, страдая от досады и раздражения. От бесконечных размышлений у меня разболелась голова, что не добавило мне доброго расположения духа. Я мучительно покривилась, потерла виски и вздрогнула, когда передо мной появилась старческая рука, державшая глиняный стакан.
Выпей, велела шаманка. И не мучай себя. Наберись терпения и просто живи.
Ничего не ответив, я забрала у Ашит стакан, выпила его и, прикрыв глаза, откинулась на спинку стула. Живи Наверное, так и вправду лучше. Почему я вцепилась в прошлое? Потому что оноэто я, и потому что однажды я могу вернуться Куда? Это интересный вопрос. Как я попала в пещеру, да еще в одной рубашке? Меня привезли туда, раздели и оставили умирать от холода и зубов зверя, рычавшего во мраке? Тогда я должна была совершить нечто страшное, если мне уготовили столь жуткую смерть. Яубийца?