В кого?
В нашу Сашу, конечно. Он у нас под окном все кусты вытоптал.
Сашка! Это правда!?
Откуда мне знать!? Он мне не признавался, пожал я плечами, розовея.
Зато сегодня он заявил это всем нам открытым текстом, задумчиво сказала мама.
Какие вы, женщины, деревянные! вступил в разговор папа, вам обязательно надо преподнести обручальное кольцо и встать на колени!
Как будто я смогу полюбить мальчика! жутко краснея, воскликнул я.
Да куда ты денешься, природа возьмёт своё! Тем более Толик сам готов ради тебя обернуться красной девицей.
Розовой, буркнул я.
Ну, розовой.
Да ну вас! Пойду, помоюсь да спать лягу лучше, чем слушать, как меня женят.
В соседней комнате что-то забулькало. Папа смеялся?
Ночью ко мне в постель снова забрался Юрка.
Разговор с отцом. Детские войны.
Проснулся я довольно поздно. Детское тело хотело отдыха, с трудом я согнал его с кровати и оно, ворча, отправилось по утренним делам.
Осмотрел своё лицо в зеркале. Синяки начали желтеть, опухолиспадать.
Надеюсь, никого не напугаю до обморока, проворчал я. Открыл рот, пересчитал зубы. Штук тридцать, и все целые. Запаха не будет.
Тут я разозлился. Я что, на свидание с Толиком иду? Просто погулять со школьным другом по парку.
Надоели эти подколки. Надо купить себе тестостерон да поколоть куда-нибудь, может, вырастет то, что надо.
А что, где-то в Южной Америке даже такой термин есть: «мальчик после 12», в смысле, до 12 лет девочка, а послемальчик! Это было бы здорово! Хотя мне уже 12 Ну после 13-ти. А деньги где взять?
Пойти поторговать своим телом, так и оно не моё.
Ну ладно, пусть ничего не вырастет, зато можно остальное тело запустить по мужскому типу: усы, борода.
Как они мне надоели в своё время!
Какое счастье сейчас! Как я люблю своё гладкое молодое тело.
И как ненавижу эти торчащие кости!
Надо что-то делать. Я начал разминочный комплекс и тут зазвонил где-то в комнатах телефон.
На! сделал я выпад ладонью.
На! обозначил я удар ногой с поворотом направо и добивающим обратным движением ребром ладони.
Вчера ночью Юрик мне шепнул, чтобы я был осторожнее. Я поверил ему, когда-то я занимался самбо, надо вспомнить хоть что-то.
Телефон не умолкал, я побегал по квартире и нашёл свой розовый у себя на столе.
Да! крикнул я.
Что орёшь, не проснулся ещё? спросил Толик, я тебя на лавочке подожду.
Хорошо, жди.
Я кинулся к шкафу и начал перебирать одежду.
Выбрал красные плавки на случай купания или загорания, синие джинсы и холщовую рубашку, белую, с тёмными швами и длинным рукавом. Сверкать синяками на тощих руках и ногах что-то не хотелось, довольно и помятого лица.
Когда я в прихожей зашнуровывал полукеды, дверь открылась и у меня перед глазами появились большие ботинки.
Медленно выпрямившись, поднимаю голову. Отец с хмурым лицом.
Я гулять, с Толиком, пискнул я.
Я знаю, видел. Я специально пришёл поговорить с тобой как
мужчина с мужчиной.
Пусть будет так, если тебе нравится. И замолчал.
Саша, ты же девочка.
Нет!!!
Сними штаны и посмотри.
Я уже говорил, что сознание не в штанах, а в голове.
То, что в голове, не видно.
Я не хожу голым.
Ты не век будешь ребёнком, тебе придётся ходить в женскую консультацию и ну много мест, где всё видно.
Это мои проблемы.
Надо мной все смеются, мне нелегко сознавать, что моя дочьошибка природы.
Я вскинул голову, на глазах невольно вскипели злые слёзы:
Тебе нелегко?! А мне легко? Кого унижают и бьют? Из-за кого всё это? Кто меня таким родил?!
А может вы мне приёмные родители?! То-то я смотрю, у вас у всех глаза серые, а у менякарие?!
Отец даже отшатнулся:
Что ты несёшь! Как ты смеешь так говорить, мерзкая девчонка?!
Что, опять изобьёшь?
Тебя исправит только могила.
Так убей, обоим будет легче! я явно нарывался на скандал.
После того, что ты устроила, стоило бы! вскричал отец.
Что я устроила?
Сама прекрасно знаешь. Устроила тут спектакль: отец избил до потери сознания, амнезия у неё. Ненавижу! скрипнул отец зубами и ушёл, хлопнув дверью.
У меня подкосились ноги, я опустился на пол и застыл без мыслей.
Вывел меня из ступора телефонный звонок. Звонил Толик.
Тебя папа не пустил?
Нет, всё нормально, прохрипел я.
Тебе плохо? забеспокоился он. Мне прийти?
Не надо. Сейчас я выйду.
Я поднялся на дрожащие ноги, прошёл, не разуваясь, в ванную и умылся.
Почему-то появилось чувство, что я толькочто избежал смерти.
Вот так-то, Саша, сказал я своему отражению.
Немного успокоившись, вышел во двор. Увидев меня, подбежал обеспокоенный Толик, который был одет в защитного цвета шорты и такую же рубашку, на ногах были надеты серые кроссовки.
Что случилось?
Был с отцом разговор.
О чём?
О своём, о девичьем.
Понятно.
«Понятно? Ах да, шутка попала в точку».
Ну что, пойдём, развеемся. Ты не удивляйся, но сначала покажи мне дорогу до школы, нашу детскую поликлинику, куда мне завтра надо сходить, детский сад, куда ходит Юрик, потом в парк.
Я уже устал удивляться. С тобой не соскучишься.
Да, скучать нам некогда. Кстати, как называется этот город?
Краснослободск.
Это где такой?
Тамбовская область.
Я присвистнул.
Закинуло меня.
Комментируй про себя.
Действительно, ещё странно, что Толик не сбежал от меня. Наверно, не верит.
Мама дала мне денег на прогулку, целую тысячу. Мы гуляли по парку, ели мороженое, которое оказалось чрезвычайно вкусным. Наелись чебуреков, запив их минералкой. Толик хотел газировки, но я отговорил.
Зашли в тир, постреляли. Повеселились на аттракционах. Как ни странно, народу в парке хватало.
За моей спиной я слышал хихиканье, а мамаши крепче держали своих чад за руку, принимая меня за хулигана.
Наконец мы дошли до большого озера, на берегу которого был небольшой песчаный пляж, стояли урны под мусор и красивые скамеечки.
Как давно я не купался! воскликнул я, расстёгивая рубашку. Было довольно жарко, и я запарился в плотной рубашке и джинсах. Я огляделся, вокруг никого не было, никто не рисковал лезть в воду.
Ты умеешь плавать? удивился Толик.
А то!
Я аккуратно сложил одежду на лавочку и, оставшись в красных узких плавках, подбежал к воде.
Вода, на первый взгляд, была чистая, и я с разбега ухнул в неё.
Сначала показалось холодно, я радостно возопил и поплыл саженками подальше от берега.
Пресная вода держит хуже солёной, да и тело, костлявое и без капли жира плоховато плавало, объём лёгких ещё мал, поэтому пришлось поработать руками.
Наплававшись, я выбрался на берег.
Здесь есть кабинки для переодевания? спросил я Толика. Толик не отвечал. Он кого-то высматривал.
Это они, упавшим голосом сказал он.
Кто?
Вовчик и компания.
Трое ребят подошли к нам, скабрезно улыбаясь. Одеты были в джинсы и футболки.
А! Наша сладкая парочка! Купаются.
Нет, мальчик купается, а девочка боится.
Смотри, какой мальчик красивый!
Да нет, что-то макияж сошёл, надо подправить.
Сейчас подправим.
Не трогайте его, у него сотрясение! крикнул Толик.
О, Оля заговорила. Сейчас у тебя тоже будет сотрясение.
Мальчик! А где твоя пиписька? и один из них кинул в меня шариком на резинке.
Я перехватил шарик, оторвал от резинки и сунул его в плавки.
Так лучше?
Ах ты, гад! мальчишка кинулся на меня, но я выбросил вперёд руку и основанием ладони впечатал ему в нос.
Ха! и мальчишка без звука упал на песок.
Второго я подловил на выпрямленную ногу и, развернувшись, ударил его ребром ладони под ухом.
Третий почти достал меня, я еле увернулся, и, схватив его за руку, ускорил его движение, затем потянул на себя, и, взлетев, он со всего маха впечатался в песок лицом.
Бой продолжался несколько секунд, Толик, где стоял, там и стоял.
Кто из них Вовчик? спросил я.
Которого ты в живот ударил.
Я подошёл к лежащему мальчику, пошевелил его ногой.