Тони привычным жестом пригладил волосы и ответил нарочито равнодушно:
Сейчас история по расписанию.
Несколько студентов, которые также намеревались попасть на лекции вовремя, протиснулись в проход и увлекли Тони за собой. Джеку пришлось немного поработать локтями, чтобы отстоять своё право остаться снаружи.
Может быть, ты перестанешь посещать предметы, которые тебе не интересны, а уже познакомишься с ней, воскликнул он вслед.
Мы знакомы, послышался взволнованный голос Тони, и мне интересна история. А также античная литература.
Безусловно. С тех пор, как она появилась, тебя вдруг затянуло в гуманитарную пучину. Тот трехсекундный эпизод, когда у тебя одолжили ручку, кстати, можно считать знакомством лишь с большой натяжкой! ещё громче крикнул Джек, уже потеряв из вида адресата остроумной шутки.
Ему пришлось отойти, чтобы пропустить следующую компанию студентов. В толпе, образовавшейся между входом и лестницей, ведущей в аудитории, Джек увидел поднятую руку. Он подпрыгнул и помахал в ответ, после чего направился в противоположную сторону. В его собственные планы на ближайшие часы входили только быстрый перекус и глубокий сон.
Время уже приближалось к полуночи, когда Джек, вооружившись ярким сиреневым цветком в горшке, подошёл к дому Грэйс. Название растения он выговорить не мог, зато по размеру и весу оно превосходило его угрызения совести. Джек не смог разглядеть свет ни в одном окне, только фонари и луна, почти достигнувшая полной фазы, освещали улицу.
Он обошёл дом вокруг, остановился под окном на втором этаже, где находилась спальня Грэйс, и спрятал цветок так, чтобы сверху его не было видно. В век продвинутых технологий не было надобности искать маленькие камешки и бросать их в стекло, так что Джек достал телефон и написал самое банальное сообщение из всех возможных: «Не спишь?».
«Сплю», пришёл ответ.
Она права, на подобную нелепость, да ещё в поздний час, только так и можно отреагировать. Джек не собирался сразу сдаваться.
«Стань у окна, убей луну соседством», написал он.
Экран засветился ответным сообщением:
«Кто это проникает в темноте в мои мечты заветные?».
Джек рассмеялся и, больше не вспомнив у Шекспира подходящей цитаты, просто написал: «Я хочу тебя увидеть».
Почти сразу в комнате загорелся свет, и Грэйс подошла к окну. На ней была тёмно-синяя пижама, усыпанная рисунками тортиков и эклеров с кремом. Телефон в руках подсвечивал улыбку и растрепавшиеся волосы. Грэйс явно ещё не спалаона обижалась, но всё же обрадовалась припозднившемуся гостю.
«С днём рождения. Это тебе!» Джек достал из укрытия цветок и помахал им.
Если бы он не потратил так много времени на поиски работающего цветочного магазинатрудная задача после полуночи, пришёл бы пораньше. Зато когда поиски увенчались успехом, Джек отдал приличную часть одной из зарплат за самый красивый и самый большой цветок в горшке. Букеты Грэйс не любила, расстраивалась, когда увядшие срезанные цветы приходилось выбрасывать.
Джек сделал характерный кивок и написал: «Выйдешь ко мне?».
Грэйс неуверенно почесала нос, но, поразмыслив недолго, кивнула и скрылась из вида. Свет в её комнате стал ярче, затем вовсе погас, и уже через пять минут Грэйс выбежала на улицу. Она сменила смешную пижаму на джинсы и футболку, стянула нерасчёсанные волосы в хвост и стояла теперь перед ним, смущённо улыбаясь и чуть раскачиваясь из стороны в сторону.
Я весь день ждал, когда смогу увидеть тебя, Джек крепко обнял её и поцеловал в лоб. С днём рождения.
***
Сегодня
Если могли вы забыть Одиссея, который был добрым,
Мудрым царем и народ свой любил, как отец благодушный;
Брошенный бурей на остров, он горе великое терпит
В светлом жилище могучей богини Калипсо, насильно
Им овладевшей; и путь для него уничтожен возвратный:
Нет корабля, ни людей мореходных, с которыми мог бы
Он безопасно пройти по хребту многоводного моря.
Гомер. Одиссея. Песнь пятая
За пятнадцать минут до начала лекции по литературе Старого Света, в летнюю программу которой входила античная культура, аудитория уже наполовину заполнилась. Кто-то читал, большинство склонились над своими телефонами, а некоторые особенно старательные студенты переписали спроектированный на стену отрывок.
Грэйс сегодня утром опоздала на лабораторную по химии, с укором сказал Тони, раскладывая вокруг себя книги, словарь, цветные ручки и блокнот. Он посещал этот предмет для ознакомления и не собирался сдавать тесты, но всё же стремился вынести потраченных часов максимум пользы.
Да, мы вчера выпили немного, с улыбкой ответил Джек.
Он решил составить Тони компанию на скучной лекции, но теперь, получив от друга полный презрения взгляд, пожалел о своём великодушии.
В самом деле, немного?
В самом деле, Джек безуспешно попытался сдержать широкий зевок, ставящий под сомнение его рассказ. Пару часов посидели в баре, выпили несколько коктейлей. Я ведь не мог не отпраздновать с Грэйс день её рождения.
Всё надо делать вовремя, а не заставлять друзей подстраиваться под тебя, заметил Тони. Он уже в третий раз нервно обвёл взглядом зал, мельком посмотрел на дверь и вновь оглядел все места в аудитории.
А если она не объявится до начала занятия, мы успеем свалить и заняться чем-нибудь поинтереснее? спросил Джек.
Вопрос был проигнорированТони как раз выискивал переведённый отрывок из «Одиссеи» в томике с оригиналом, который он немногим ранее взял у Джека в библиотеке. Открыв нужную страницу, он пробубнил себе под нос текст и выписал незнакомые слова, после чего сообщил как бы между прочим:
Надеюсь, до вечера Грэйс успеет оправиться и на предстоящем свидании будет чувствовать себя хорошо.
Джек поперхнулся воздухом.
Вон там, Тони указал на первый ряд, где в углу сидел ничем не примечательный блондинистый парень. Его зовут Теодор Уолш. Они с Грэйс познакомились несколько недель назад на концерте и с тех пор иногда гуляют вместе. Сегодня первое настоящее свидание. Теодор приятный, добрый и воспитанный, он тоже любит музыку.
Джек с плохо скрываемым отвращением оглядел избранника Грэйс. Высокий, одновременно худой и широкоплечий, с приплюснутым носом, но мужественно выдающимся вперёд подбородком. О, этот подбородок, должно быть, скрывал от его взгляда книгу на коленях. Характеристика Теодора, внешний вид и даже его занудное имя нагоняли тоску.
Не годится, огласил Джек результат торопливых исследований.
В попытке спрятать улыбку Тони ниже склонился над книгой.
Сомневаюсь, что Грэйс может заинтересовать подобный экземпляр, продолжил Джек, надеясь услышать от друга подтверждение своих слов.
Хм, последовал ёмкий ответ.
Между прочим, такие тихони с заурядной внешностью чаще всего имеют багаж комплексов и оказываются извращенцами!
Джек обрадовался, что отыскал весомый аргумент, но и эти слова не произвели на Тони должного впечатления.
Пусть этот Теодор и не маньяк, он наверняка унылый сноб, Джек рассмеялся, нам с тобой пора решить, кому сегодня вечером спасать Грэйс и развлекать её после неудачного свидания.
Тони перелистнул страницу и наконец решил поддержать разговор:
Пусть это будет тот, кто больше ревнует.
Джек фыркнул. Странно было слышать столь нелепые выводы от человека, с которым его уже больше десяти лет связывала тесная дружба.
Я не ревную, вкрадчиво ответил он.
Хм.
Я не ревную, повторил Джек с нажимом, просто этот зануда не подходит Грэйс. Поверь, как только она встретит своего прекрасного принца, я первым благословлю счастливую пару.
Теперь рассмеялся Тони.
Ох, напомню я тебе эти слова.
Уж не забудь, взглянув на входную дверь, Джек мстительно оскалился, а пока можешь прятаться под столтвоя принцесса идёт.
Её звали Самира. Она появилась в университете два месяца назад, иволею случая или судьбыв наполненном студентами холле она именно у Тони спросила дорогу в деканат.