Кому, например? Шаманам?
Не обязательно, покачал головой Учур. Это могут совершенно разные люди. И Кигиляхи сами решают, кто это будет и когда.
А что именно за тайна? О чем она? Ты не знаешь, дедушка?
Тот покачал головой:
Нет, мне это не известно Хотя я не раз просил об этом предков, но видно, это не в их власти.
Тем временем, тропинка их уводила все дальше от вертолета. Редкая чахлая растительность, стала еще более редкой и чахлой, невысокая сопка завершилась довольно непродолжительным подъемом, и вот перед Аякчааной вдруг возникла в легкой дымке выстроившаяся на голой каменистой равнине цепь гранитных скал, начало которых уходило в море.
Кигиляхи, прошептала Аякчаана, задыхаясь от волнения, от предвкушения чегото необычайного.
Дальше ты пойдешь сама, донесся до нее голос деда.
ЧТО??? не поняла она.
Дед только покачал головой.
Каменные люди выбрали тебя, он положил ей руки на плечи. Я говорил тебе, что Кигиляхи сами решают, кому и когда открыть свою тайну, показать свою силу. И они выбрали тебя.
Дедушка, Аякчаана убрала со лба так некстати вылезшую изпод шапки прядь волос, ты чтото путаешь. Ты помнишь, мы приехали сюда, чтобы сделать амулет для того человека из Якутска. Он дал нам вертолет для этого. Я должна тебя сопроводить сюда
Мне был сон, прервал ее тираду Учур. В нем Кигиляхи велели сегодня привезти тебя к ним. Я их спросил, как я успею, ведь мы живем далеко. На что они ответили, что будут люди, которые помогут. И они доставят тебя сюда в срок. Так что это я тебя сопровождаю, а не ты меня, он улыбнулся, но, заметив тень сомнения в глазах внучки, снова стал серьезен. Слушай. Ты пойдешь по этой дороге до Первого стража. Он укажет тебе путь дальше. А я тебя буду ждать здесь
Аякчаана внимательно посмотрела на неровные зубчатые возвышенности вдали.
И, внучка, будь осторожна и внимательна. Кигиляхи вызвали тебя, но им и в голову не придет позаботиться о твоей безопасности А сейчас иди! Солнце уже высоко, ты можешь опоздать.
Аякчаана медлила.
Зачем я им, дедушка? Ведь я ничего не умею
Учур встал плечом к плечу с внучкой, также как и она вглядываясь в силуэты застывших великанов.
Я тоже об этом спрашивал. Почему не я? Почему ребенок?
И что тебе ответили?
Дедушка пожал плечами:
Копье Маары мне не подчинится, сказали
Аякчаана обернулась к деду.
А что это такое? «Копье Маары»?
Может, это и есть их тайна? дедушка легонько подтолкнул внучку, чтобы та торопилась. Аякчаана сделала несколько шагов вперед, по направлению к тающему в мутной дымке каменному городу, и обернулась:
Дедушка, ты меня будешь здесь ждать? Учур кивнул, указав пальцем в землю под своими ногами. Тогда она быстро сбросила с плеч рюкзак с продуктами, тогда оставь это себе, крикнула она и быстро, чтобы не слышать возражений деда, умчалась вниз по склону. Голос шамана еще доносился до нее какоето время, но по мере приближения к каменным великанам время словно останавливалось, и она все глубже тонула в молочнобелой синеве тумана.
Глава 4. Разрушенный храм
Аякчаана шла, не оборачиваясь. Гранитные глыбы медленно приближались.
Итак, говорила она себе, дедушка сказал, что Первый страж укажет мне путь. Интересно, что он имел ввиду Вот этот здоровый истукан похож на стража, чего уж там говорить. Дрыхнет себе не одну тысячу лет потихоньку, и в ус не дует, девочка поравнялась с первым Каменным человеком. Это было изваяние, напоминавшее уснувшего сидя человека. Будто устал он, продрог на своем посту. Присел на минутку, закутался в свой плотный плащ, надвинул сильнее шапку, и сам не заметил, как задремал.
Девочка осторожно приблизилась к великану. Ничего. Безмолвный холодный гранит. Гдето, на берегу с громким плеском обвалились в океан куски земли. Эхо живым раскатом пронеслось над городом, утробно прошелестев над головой девочки
А что я ждала? себе под нос бормотала Аякчаана. Подойду к камням, а они оживут и прямо со мной заговорят, и выложат все свои секреты. Знак дадут Да уж, вздохнула она.
Еще раз оглядевшись кругом, поежившись от жутковатых звуков, раздававшихся в каменной тишине, она обошла вокруг сидящего «стража».
Неожиданный шорох заставил ее вздрогнуть. Сотни мелких камней и гранитного песка посыпались ей на голову, будто великан пошевелился.
И тут только она увидела голубоватый блик. Тонкий, едва заметный, он как солнечный зайчик метался в легком тумане. Аякчаана проследила взглядом, откуда он мог исходить, но его источник оставался ей невидим.
Тогда она прошла чуть дальше вглубь каменного полуразрушенного города. Ее окружили обтесанные ветром и водой стены, гигантскиеметров пятнадцатьдвадцать в высотустолбы, плиты. Она поймала себя на мысли, что идя по этим своеобразным улицам и переулкам, упираясь то тут, то там в многочисленный тупики, проходя по небольшим глухим площадям, она постоянно ощущала чьето присутствие, чейто внимательный и настороженный взгляд.
Проходя словно на экскурсии по руинам древнего города, она невольно любовалась увядшей навсегда красотой необычных балконов, фронтонов, массивных колоннад, украшенных искусными узорами Рядом с разрушенными дворцами высились столбы, напоминавшие замершие человеческие фигуры: вот мрачный мужчина опирается на посох, вот юная дева наклонилась к ручью. И везде, словно солнечные блики на морской поверхности, ее сопровождали синеватые всполохи.
Дойдя до центра загадочного города, провожаемая настороженными взглядами и тихим рокотом обваливающихся камней, Аякчаана оказалась на центральной площади, у ворот строения, напоминавшего храм с высокими холодными стенами, источенными водой. Вода, стекая веками по ним, оставила за собой ржавые неровные потеки, словно невидимый художник нанес причудливый узор.
Именно там, внутри храма, был источник загадочного синеватого света.
Аякчаана вошла внутрь и оказалась в небольшом, примерно десяти метров в диаметре, круглом помещении, залитом ярким синеголубым светом. Когда глаза немного привыкли к такому освещению, она увидела, что это загадочное помещение является входом в большую, уходящую кудато в сторону материка, пещеру, до краев наполненную диковинным свечением.
Здесь было тепло, дышалось намного легче чем, там, снаружи, не было неприятного чувства слежки, и вообще Аякчаане здесь нравилось. И было очень любопытно, что это за место такое, и куда оно ведет.
Она сделала два неуверенных шага вперед. Мелкие камешки с шумом посыпались изпод ног, показывая ей дорогу. И она как зачарованная повиновалась. Без опаски она шагала все дальше, следуя за ярким синеголубым светом и весело журчащему ручейку мелких камней, которые то устремлялись вниз, то двигались по склону вверх, против всех законов физики, не ведая о земном притяжении.
Кажется, она даже пела
Яркоголубое свечение исчезло так же внезапно, как и появилось. В одно мгновение наваждение прошло, и Аякчаана со всем ужасом осознала, что она находится в глубине неизвестной пещеры, окруженная кромешной тьмой и могильной тишиной. Ее сбивающееся на хрип дыхание, биение собственного сердца и скрип лыжного костюмавот и все звуки, что доносились до нее.
Растопырив руки, и стараясь не поворачиваться всем корпусом (а то еще перепутает откуда пришла) она качнулась влевовправо. Пальцы не коснулись стен. Значит, помещение или коридор, в котором она находилась, были достаточно широки. Тогда она подняла руки вверх и попыталась приподняться на цыпочкахможет потолок тоже высок. Так и естьпальцы не нащупали камень.
В то же время, судя по акустике, она находится не в огромном зале. Всетаки это какойто ход, лаз. В темноте органы осязания работали с утроенной силой, Аякчаана чувствовала, что свободное пространство находится впереди нее и за ней. Но двинутся вперед, сделать хоть один маленький шаг было неимоверно страшно: вдруг она остановилась на краю пропасти, и, сделав шаг, провалится в нее. Как там дедушка говорил: быть особенно осторожной, каменным людям и в голову не придет заботиться о ее безопасности. Ну, что ж Аякчаана слушала советы деда, да, видно, не услышала во время