Его лапы подкосились, тошнота подступила к горлу, будто земля вновь решила поглотить его. Лучелапу вдруг почудилось, будто он снова оказался в тоннеле, погребённый потоком сырой глины. Это он, а не Песчаник, из последних сил барахтался в затопленном тоннеле, сражаясь с наводнением, которое безжалостно наступало, пытаясь задушить крик, выдавливая жизнь из разрывающихся лёгких, останавливая лихорадочно колотящееся сердце
Лучелап?
Он очнулся, захлопал глазами. Над ним стоял Ястребок.
На, съешь это.
Едкий запах ударил в ноздри Лучелапа. Он безучастно слизнул с земли зелёные листочки и проглотил.
Принеси ещё тимьяна, Королап, велел Ястребок. И ту мазь, что мы используем для обработки ран.
Ты цел, Врабчик? раздалось поблизости встревоженное мяуканье Бесс. Лучелап открыл глаза и увидел, как чёрно-белая кошка взволнованно бегает вокруг Врабчика, обнюхивая его грязную шерсть.
Жить буду, пробурчал Врабчик и отряхнулся, обдав своих приятелей потоками грязной воды.
Ястребок повернулся к нему, недовольно сузив глаза.
Всё, что ему нужноэто побыстрее вымыться! рявкнул он. Чем мяукать, да курлыкать, помогли бы ему привести себя в порядок. Ишь, натащил грязи полный лагерь, ступить страшно
Продолжая ворчать себе под нос, целитель бесцеремонно повернул Лучелапа боком и стал обнюхивать его раны.
Великое Звёздное племя, ну и грязища!
Пришлось тащить его за хвост, виновато пробурчал Пушистохвостый.
Да уж, досталось ему крепко, покачал головой Ястребок. Но Звёздное племя его бережёт, царапины неглубокие.
Снова прошуршали лапы, послышался шелест травы, и Лучелап узнал знакомый запах.
Как он? шёпотом спросил Королап.
Скоро будет как новенький, фыркнул Ястребок, принимаясь втирать языком травы в рассечённые стопы Лучелапа. Тот сморщился от боли, но заставил себя не дёргаться. Сбегай к ручью, принеси мокрого мха, попросил Королапа целитель. Нужно вымыть его, да получше. Великое Звёздное племя, какая же грязь в этих тоннелях!
Голос целителя стал удаляться, превратившись в далёкий гул, потом наступила тьма.
Ястребок тычком привёл Лучелапа в чувство.
Не спать! Поговори со мной, слышишь? Не закрывай глаза. У тебя сильный шок, но сейчас спать нельзя, потерпи.
Целитель с новой силой стал втирать мазь в раны Лучелапа. Боль быстро прогнала остатки забытья.
Ничего, это всё скоро заживёт, громко приговаривал целитель, то и дело зорко поглядывая на Лучелапа. Сейчас мы тебя вымоем, да вылечим Лучелап почувствовал под носом запах тимьяна. Вот, ещё пожуй. Это поможет.
Лучелап всё так же безучастно лизнул ещё одну порцию листьев, стал жевать. В голове у него постепенно стало проясняться, и когда Королап вернулся, принеся мох, и начал осторожно протирать его шерсть, Лучелап уже смог повернуть голову и посмотреть на друга.
Я соболезную твоей утрате, проронил ученик целителя, не поднимая глаз.
Я тоже соболезную тебе, сказал Лучелап.
Королап не ответил, продолжая молча и уверенно промывать слипшуюся от грязи шерсть Лучелапа. Лёгкие и мерные движения влажного мха остужали горящие раны, успокаивали боль.
Хочешь поесть? Когда Королап закончил, к Лучелапу подошла Рина. Ты ничего не ел с самого утра. Она махнула хвостом в сторону кучи из свежей дичи.
Но при одной мысли о еде у Лучелапа тошнота подкатила к горлу.
Нет, спасибо, прохрипел он.
Тогда я могу просто посидеть с тобой, предложила Рина.
Но Лучелап и на это отрицательно помотал головой.
Ему хотелось побыть одному. Боль, терзавшая его изнутри, была слишком невыносима, чтобы он мог разделить её с кем-нибудь. Даже с Риной. Он видел, что Светлокрылая, оцепенев, сидит на пороге детской, уставившись перед собой невидящими глазами. Впервые Лучелап понял, почему его мать всегда была такой отрешённой. Только перестав чувствовать, она могла защититься от невыносимой боли утраты. Теперь он тоже узнал, что это такое.
Я хочу побыть один, прошептал Лучелап.
Точно? Рина наклонилась к нему, заботливо заглянула в глаза. От неё пахло кроликом.
Точно.
Лучелап проводил её глазами. Рина ушла к Охотничьим Камням, где бродяги обступили Врабчика, помогая ему вылизать шерсть.
Бесс принесла охапку мха, подложила под бок Врабчику.
Так хорошо? Удобно?
Гораздо лучше, сладко промурлыкал Врабчик.
Лучелап зарычал. Ненависть горькой желчью подкатила к его горлу. Он отвернулся и стал смотреть на солнце, опускавшееся за стену вереска. Лучи заходящего светила вызолотили шерсть Светлячок, которая подошла к нему с мышкой в зубах.
Вот, съешь хоть кусочек, попросила она, бросая дичь к лапам ученика.
Как она может быть такой бесчувственной? Неужели она думает, что ему сейчас кусок полезет в горло?
Я уже сказал Рине, что не хочу есть, процедил Лучелап.
Время лечит любые раны, Лучелап, негромко сказала Светлячок. Тебе не всегда будет так плохо.
Неправда! прошипел Лучелап, с ненавистью глядя на свою наставницу. Мне всегда будет ужасно! Я больше никогда не буду счастлив! Звёздное племя не хочет, чтобы я был счастлив! Лучше бы они забрали на небо меня, а не Зябличку, тогда всем было бы легче! Он гневно посмотрел через поляну на свою мать. Наверное, если бы Зябличка не умерла, мой отец сейчас тоже был бы жив.
Не смей так говорить! воскликнула Светлячок.
Но Лучелап уже не мог остановиться.
Почему? Я всегда всё делаю плохо! Из-за того, что мне хотелось стать загонщиком, отец меня возненавидел! Я разрушил его жизнь, я сделал его несчастным, а теперь Он шумно сглотнул, зажмурился. Если бы я стал учиться на тоннельщика, то сегодня Песчаник пошёл бы в тоннель со мной, а не с Врабчиком. И я бы я бы никогда не бросил его.
Ты страдаешь, сказала Светлячок, вставая. Боль не позволяет тебе рассуждать благоразумно. Отдохни, Лучелап. Я приду проведать тебя попозже, когда ты отдохнёшь.
Она отошла и села рядом с Рыжецапом и Яблонькой, но Лучелап то и дело ловил на себе её встревоженный взгляд.
В какой-то момент до него донёсся сердитый голос Яблоньки:
Зачем только Песчаник пошёл под землю с Врабчиком? Не надо ему было брать его с собой!
Лучелап сел.
Вересковая Звезда не зря говорила, что тоннели опасны, покачал головой Рыжецап.
Лучелап оскалил зубы и со злобой посмотрел на него.
Это Врабчик затащил моего отца в тоннели! прошипел он через всю поляну. Этот назойливый бродяга прицепился к нему, как репей к шерсти, всё просил взять его под землю, пока Песчаник не согласился. И вместо благодарности Врабчик бросил его умирать, а сам спасал свою шкуру!
Бешенство горячо пульсировало в его лапах.
Врабчик, сидевший на другой стороне поляны, встал со своего места.
Я скорблю о смерти твоего отца, Лучелап, сказал он. Но Песчаник заверил меня, что тоннели безопасны, а это оказалось не так. Откуда мне было знать, что там может случиться такое? Я не тоннельщик! Я пошёл под землю с котом, которого считал опытным проходчиком и которому полностью доверял. Когда река вдруг хлынула в тоннель, у меня не было времени спасать Песчаника. Я сам едва унёс лапы!
Раз у тебя было время спастись самому, значит, мог бы спасти и Песчаника! отрезал Лучелап. Но ты бросил его умирать, трус!
Довольно! Вересковая Звезда вскочила и вышла на середину поляны. Слишком много горя обрушилось на наше племя в эту луну. Иди в свою палатку, Лучелап. Горе слишком велико, чтобы топить его в пустых упрёках и обвинениях. Песчаника это не вернёт.
Лучелап тоже вскочил и уставился на предводительницу. Его трясло от бешенства.
Иди! повторила Вересковая Звезда.
Лучелап обвёл глазами своё племя.
Коты смотрели на него, окаменев от удивления. Дичь выпала из пасти Тучегона. Лилия вытаращила глаза, а сидевший рядом с ней Пламехвост замер с открытой пастью. Колосница, Олень и Косуля, сидевшие рядком, смотрели на него одинаковыми круглыми глазами. Землелап злобно сузил глаза, а Королап, будто каменный, застыл на пороге палатки целителей.
Лучелап хлестнул себя хвостом и пошёл в палатку. Войдя внутрь, он сразу лёг, накрыв лапой нос.
Сон не заставил себя ждать, но Лучелапа терзали кошмары. Вокруг него опять чавкала глина, вцеплялась в лапы, мешала идти. Вода тащила Лучелапа по бесконечным тоннелям. Кругом стояла кромешная тьма, а когда свет мимолётно просачивался откуда-то сверху, Лучелап снова и снова видел Песчаника. Его отец беззвучно кричал, открывая пасть, отчаянно звал на помощь, но как только сын бросался к нему, Песчаника уносило прочь потоком грязи. Это повторялось снова и снова, надрывая душу.
Лучелап Королап осторожно коснулся носом его уха. Лучелап со стоном вскинул голову. Как ты, Лучелап?
В просвете между ветвей за спиной друга Лучелап увидел залитый луной лагерь.
Уже утро?
Ещё нет, ответил Королап, залезая в гнёздышко Лучелапа. Пахнуло запахом трав, горьким напоминанием о боли и смерти. Я пришёл смазать твои раны. Ястребок боится, как бы не началось заражение.
Лучелап откинулся на спину, позволив Королапу щедро смазать его ссадины целебной кашицей из трав.
Меня мучают кошмары, тихо пожаловался он.
Это пройдёт, ответил Королап, не поднимая глаз.
Я не хочу больше спать, прошептал Лучелап и невольно содрогнулся при воспоминании о новых ужасных сновидениях.
Тебе нужно отдыхать, тихо проронил Королап. Его голос звучал бесстрастно и тускло, словно мысли маленького целителя витали где-то далеко.
Лучелап приподнял голову и заглянул в погасшие глаза Королапа.
«Ведь он тоже оплакивает свою утрату! потрясённо подумал Лучелап. Его охватило чувство горького одиночества. Как бы я хотел, чтобы мы могли поплакать вместе, поделиться друг с другом своим горем»
Но Королап отдалился от него. Неужели он тоже винил Лучелапа в смерти Орлянки?
Лучелап поморгал и открыл глаза. Сквозь ветки палатки просачивался серый рассвет. Выходит, он всё-таки уснул после ухода Королапа? Лучелап выглянул наружу и увидел Камышника, который деловито распределял дневные обязанности.
Осинник, Тучегон и Косуля, вы возьмёте с собой Крота и пойдёте на охоту. Зайцелов, Олень и Землелап проверят границы с племенем Теней и возле Четырёх Деревьев. Светлячок и Рыжецап, вас я попрошу обойти остальные границы.
Лучелап молча смотрел, как соплеменники гурьбой выбегают из лагеря. Рина и Бесс пробежали через поляну, направляясь к палатке старейшин.
Мы поменяем подстилки, громко промяукала Бесс, на миг остановившись перед входом.
Лилия, зевая, вышла на поляну.
Что же вы так кричите? недовольно проворчала она. Поспать не даёте! Пламехвост опять всю ночь храпел, как барсук, я только под утро смогла уснуть.
Лучелап с трудом поднялся и поплёлся на поляну, морщась от боли при каждом шаге.
А ты сегодня останешься в палатке, услышал он над своей головой сердитый голос Ястребка. Целитель преградил ему путь и обнюхал раны Лучелапа. Так и есть, ссадина на передней лапе загноилась. Чуяло моё сердце, что эта царапина ещё себя покажет! заворчал целитель, сокрушённо качая головой. Сейчас я заново наложу мазь, и ты вернёшься в своё гнездышко. И чтобы я тебя не видел в лагере до вечера, понял?
Я не могу целый день лежать, вскинулся Лучелап. Я с ума сойду! Если я лежу, то засыпаю, но во сне меня мучают кошмары!
Очень жаль, но придётся потерпеть, отрезал Ястребок и стал втирать щедрые пригоршни зелёной кашицы в зудящие раны Лучелапа. Ты должен поправиться, мой юный друг. Хватит с нас смертей, не хватало ещё, чтобы ты раньше срока отправился в Звёздное племя! Будто нам мало Орлянки и Песчаника
Но я попытался возразить Лучелап, однако Ястребок смерил его таким взглядом, что он прикусил язык.
Когда целитель закончил обрабатывать его раны, Лучелап уныло поплёлся обратно в палатку. Он лёг, но никак не мог успокоиться. Ему казалось, будто заросли утёсника душат его, как стены тоннеля. Лучелап задыхался от духоты. Ему хотелось выбежать на пустошь. Неужели целитель не понимает, что сейчас ему нужно только одно лекарствопочувствовать шкурой весёлый ветер, гуляющий по пустоши? Пусть он хорошенько продует его шерсть, наполнит лёгкие, прогонит спёртый запах тоннелей, духоты и смерти!
Паника когтями царапала живот Лучелапа. Он не мог оставаться в палатке! Не мог томиться здесь, запертый от свободы и ветра!
Лучелап услышал звук шагов и вскочил. Мимо его палатки, весело помахивая хвостом, пробежал Врабчик.
«На его шкуре нет ни царапинки, с ненавистью подумал Лучелап. Наверное, он удрал из тоннеля при первом шорохе осыпающегося песка! Трусливый хорёк, недостойный называться котом!»
Врабчик! окликнул бродягу Ореховонос, стоявший возле кучи с добычей. Не хочешь перекусить?
Не откажусь! весело промурлыкал Врабчик. Умираю, как есть хочу!
Ореховонос бросил ему мышку, и Врабчик с жадностью накинулся на еду.
В животе Лучелапа заурчало. Обида, гнев и боль всколыхнулись в его душе, сводя с ума.
«А мне никто не хочет принести кусочек дичи? Я же, как-никак, соплеменник, а не помойный бродяга! подумал он, задыхаясь от возмущения и ненависти. Всем наплевать, сыт я или голоден! Ну конечно, ведь все уверены, что я виноват перед племенем, я же убил Орлянку! Теперь все жалеют бедненького Врабчика, которого жестокий и недалёкий тоннельщик потащил в осыпающийся тоннель! Лучелап заскрипел зубами, сглатывая желчь. Не в силах отвести взгляд, он смотрел, как Врабчик сытно облизывается, приготовившись откусить ещё кусочек дичи. Его-то никто ни в чём не винит! Ему и почёт, и уважение, всё племя бегает вокруг него и жалеет несчастненького! Как же я раньше не замечал, что в моём племени живут сплошные тупицы, не способные видеть дальше своих усов?»
Но я-то вижу тебя насквозь! прорычал Лучелап сквозь стиснутые зубы. И я обвиняю тебя, Врабчик, в смерти моего отца! Я никогда тебя не прощу!
Глава XIX
Лучелапа разбудил быстрый топоток лап, бегущих через залитую звёздным светом поляну. Он просунул голову сквозь ветки палатки, осмотрелся по сторонам и заметил Ястребка, спешившего в детскую.
«Неужели Луговинка вот-вот окотится?»
После смерти Песчаника прошла уже четверть луны. Луговинке давным-давно пора было разрешиться от тяжести, но её котята запаздывали. Из детской навстречу целителю выбежала Светлокрылая.