Джули Кагава - Сердце дракона стр 4.

Но я этого не сделал. Я больше не могу жить вот так.

Тристан подождал еще немного, а потом пошел прочь, не сказав больше ни слова. Я слушал его отдаляющиеся шаги и знал, что это был последний наш разговор. Я поднял голову.

 Тристан.

Какую-то долю секунды я думал, что он не остановится. Но он обернулся у двери тюремного блока.

 Можешь воспринимать мои слова как угодно,  сказал я, удерживая зрительный контакт,  но мне жаль.  Он моргнул. Я выдавил из себя слабую улыбку.  Спасибо За то, что всегда прикрывал меня.

Уголок его рта дернулся вверх.

 Я всегда знал, что тебя убьет дракон,  пробормотал он.  Но мне и в голову не приходило, что все будет вот так.  Он фыркнул и закатил глаза.  Ты ведь понимаешь, что мой следующий напарник будет абсолютно ни на что не годен? После Идеального-то Солдата. Скорее всего, у него случится нервный срыв. А мне придется с этим разбираться. И в этом виноват только ты.

 Ну, хотя бы тебе будет что обо мне вспомнить.

 Ага.

Едва заметная ухмылка исчезла.

Мы смотрели друг на друга еще одну напряженную секунду, а потом Тристан Сент-Энтони сделал шаг назад.

 Бывай, напарник,  сказал он. Все было ясно без слов. Он не попрощался, это было не нужно. Оба мы знали, что больше никогда не увидимся.

 Ты тоже.

Он повернулся и вышел из блока.

* * *

 Суд принял решение.

Меня снова привели в зал суда. Фишер поднялся на ноги и громко, на весь зал, объявил приговор. Я бросил быстрый взгляд на Мартина и заметил, что он пустым взглядом смотрит в одну точку над моей головой.

 Гаррет Ксавье Себастьян, вы единогласно признаны виновным в измене Ордену Святого Георгия. За ваши преступления вы приговариваетесь к расстрелу. Приговор будет приведен в исполнение завтра на рассвете. И да поможет вам бог.

Данте

Пятнадцатый этаж, а лифт все продолжает подниматься.

Здесь просто ужасно холодно. Откуда-то сверху доносится тихая, незамысловатая, искаженная металлическим эхом мелодия. В стенах лифта отражаются нечеткие силуэты мужчины в сером костюме и галстуке и подростка, сложившего руки перед собой. Я изучал свое отражение в зеркале с тем самым отрешенным выражением лица, на тщательной отработке которого настаивал мой наставник. Новый, с иголочки, черный костюм сидит просто идеально, гранатового цвета волосы коротко подстрижены и должным образом уложены, красный шелковый галстук аккуратно завязан, туфли начищены до блеска, а на запястье красуются тяжелые золотые часы Rolex. Этот молодой человек совсем не похож на того длинноволосого мальчишку, который расхаживал по Кресент-Бич в шортах и майке. От былой беззаботности не осталось и следа. Я завершил ассимиляцию, показал себя перед «Когтем». Я прошел все испытания, доказал, что мне можно доверять, и моя основная цельсохранение моей расы.

Как же мне хотелось, чтобы моя сестра была сейчас рядом со мной. Она поставила наше будущее под угрозу. «Когтю» что-то от меня нужно, и на этот раз я не знаю, что именно.

Лифт остановился на тридцатом этаже. Двери тихо разъехались в стороны, открывая проход в роскошный холл, украшенный красной и золотой мозаикой. Я шагнул в огромный коридор и услышал, как звук моих шагов эхом отражается от стен. Улыбнулся и посмотрел вокруг. Все здесь в точности так, как я и ожидал, и я впитывал в себя окружавшее меня великолепие. Именно так я и представлял себе «Коготь». Это хорошо. У меня на это место большие планы.

Однажды я буду управлять этой организацией.

Мой наставник (когда он начал мое обучение, то попросил называть его мистер Смит) провел меня в комнату и повернулся ко мне. На его губах играла теплая, совершенно естественная улыбка. Улыбаться так могли далеко не все драконы, у некоторых из нас она получалась натянутой. Мистера Смита же выдавал только холодный, совершенно невыразительный взгляд.

 Готов?

 Конечно,  сказал я, стараясь не показывать, что нервничаю. Но, к сожалению, мистер Смит чувствовал напряжение и страх, как акула чует запах крови. Его взгляд стал еще холоднее, а улыбкаеще шире.

 Расслабься, Данте,  сказал он и положил руку мне на плечо.

Очевидно, он хотел меня успокоить, но в этом движении не было ни капли искренности. Я знал достаточно, чтобы понять, что все это не стоило и ломаного гроша. Ведь он сам меня этому научил. Совсем необязательно верить в то, что говоришь. Важно лишь, чтобы в то, что тебе не все равно, поверили остальные.

 Поверь мне, все пройдет как по маслу.

 Не волнуйтесь за меня, сэр,  ответил я. Однако несмотря на то, что я был твердо намерен показать только холодную уверенность, внутри у меня все сжалось от напряжения.  Я знаю, почему я здесь. И знаю, что должен сделать.

Он сжал мое плечо. Я прекрасно понимал, что стоит за этим жестом, но все же почувствовал, как напряжение спадает и мне становится легче. Мистер Смит повернулся и провел меня по узкому коридору со множеством дверей, завернул за угол и остановился у одной-единственной огромной двери в самом конце коридора. На покрытом краской дереве висела незамысловатая позолоченная табличка: «А. Р. Рот».

Я снова напрягся как пружина. Мистер Ротодин из старших вице-президентов «Когтя». Он хоть и занимает пост недостаточно высокий, чтобы быть лично знакомым со Старейшим Змием, но все же чертовски к этому близок. И он хочет поговорить со мной. Возможно, об Эмбер и о том, как они планируют решать связанную с ней проблему.

«Эмбер».

Я почувствовал легкий укол раздражения и страх за свою своенравную сестру. Раздражениепотому что она показала себя упрямой и неблагодарной бунтаркой, отвернулась от своей расы и от организации, которая вырастила нас, и сбежала с предателем, наплевав на возможные последствия своего поступка. А страх потому, что я не знал, какими могут быть эти последствия. Обычно разбираться с драконами-отступниками «Коготь» отправлял кого-нибудь из «Гадюк»  наводящих ужас убийц, работающих на организацию. Это жесткие меры, но необходимые для выживания нашей расы. Драконы-отступники неуравновешенны и опасны. Если бы не «Коготь» и его строгая внутренняя организация, существование нашей расы уже давно не было бы тайной для людей. Отступники бы случайно или специально раскрыли этот секрет, а это стало бы катастрофой для всех нас. Люди инстинктивно боятся монстров и неизвестного. Если они узнают, что среди них до сих пор живут драконы, этот страх победит, и наша раса снова окажется под угрозой исчезновения, как и сотни лет назад. Этого нельзя допустить.

Поэтому я понимал необходимость мер, которые «Коготь» принимал против отступников. Гибель каждого дракона была тяжелым ударом для нашей расы, однако те, кто отказывался вступить в ряды организации, уже сделали свой выбор. Они доказали свою неверность, и их нужно было убрать с дороги. Я понимал это и не собирался это оспаривать.

Но Эмбер не предавала организацию. Ее обманул этот дракон-отступник. Она всегда была импульсивной и доверчивой. А он заморочил ей голову, настроил ее против «Когтя», против собственной расы И против меня. В том, что она исчезла, виноват он. Эмбер никогда не слушала тех, кто пытался ее поучать. Но она была способна размышлять здраво и воспринимать правду. Была, пока не встретила этого отступника.

Я стиснул зубы. Если бы она просто вернулась в организацию, она бы поняла свою ошибку. Я заставлю ее понять: отступники опасны, а «Коготь» действует из лучших побуждений. Единственный способ выжить в мире людейработать вместе. Ut onimous sergimus. В единении процветаем. Когда-то и она в это верила.

А я никогда не преставал в это верить.

Мы вошли в кабинет. Одна из стен комнаты была сплошным огромным окном. Отсюда открывался прекрасный вид на весь Лос-Анджелес: город простирался как на ладони до далеких гор. Видно было, как сияли на солнце башни и небоскребы. И здесь тоже было чертовски холодно.

 Мистер Рот,  мистер Смит провел меня в глубь комнаты,  это Данте Хилл.

Мужчина, сидевший за огромным черным столом, встал и протянул мне руку в знак приветствия. Он был в темно-синем костюме, а на его запястьечасы, даже представительнее моих. Из его нагрудного кармана выглядывал золотой колпачок ручки. Короткие темные волосы были зачесаны наверх. Глаза казались темнее его волос, и он окинул меня критическим взглядом, а потом сжал мою ладонь сразу двумя руками.