Всего за 169 руб. Купить полную версию
Леди Фарина, лорд Дормиш рассматривал цветочное безобразие совершенно спокойно и это меня тоже успокоило, а убрать эти цветы Вы можете?
Магией? Нет, я закусила губу.
Значит, соберем руками, сказал он, будет жалко, если такая красота выгорит на солнце.
В четыре руки мы собрали шелковый букет и принесли его в гостиную. Мои подруги и сестры радостно разобрали цветы, чтобы украсить ими платья и прически, а вот мужчины смотрели странно. Некоторые как на девичью глупость, другие насмешливо, мол, на что тратятся такой талант и силы! А кто-то и с презрением как же, девушке, почти ребенку, достался дар, которым она не умеет управлять! Последнюю ветку лорд Натан вручил мне:
Прикрепите к поясу, леди Фарина, эти колокольчики очень идут Вам.
Вы не осуждаете меня за напрасную трату сил? спросила я, крутя в пальцах зеленый стебелек.
Цветы красивы, долговечны и дарят радость Вашим родственницам, пожал плечами мужчина, я не считаю их напрасной тратой сил и времени, леди Фарина. К тому же, я знаю, как трудно подчинить магию.
Знает? Ах да, он же бастард И, значит, сила рода у него есть, а вот родовых амулетов, помогающих ее освоить в раннем возрасте скорее всего не было. Я не знала, кем была его мать, и где он рос. Из бумаг, предоставленных для выбора Хранителя, следовало, что его отец, один из лордов Малого круга, приближенных к государю, представил мальчика ко двору, когда ему было десять лет. Потом сразу отправил в закрытую школу, следом в Академию, но до десяти лет, имея в родне огненного мага, надо было дожить. А потом выжить после выпуска в том змеином клубке, который представляла собой семья отца лорда Дормиша.
Задать вопросы я не успела мажордом распахнул дверь столовой и пригласил всех на обед. За столом рядом со мной сидели лорды Дортего и Соулсберри. Один всячески пытался меня обаять, подкладывая вкусные кусочки, веселя шутками, показывая мелкие магические фокусы. Второй долго и сверлил меня взглядом, словно удивляясь тому, что после всех приключений я осмеливаюсь с аппетитом есть, улыбаться и отвечать на комплименты.
Если бы я не навестила Лану, не поплакала в ее шелковистую гриву, не потратила силы на ее чистку, я, возможно, сидела бы за столом, сжавшись в комок и пряча взор. А так, я поняла, что этот чудесный вечер, проведу в кругу близких и друзей и мне не хотелось его портить. Впрочем, у пристального внимания лорда Соулсберри оказался совсем другой подтекст. Когда все собрались выходить из-за стола, он вдруг поймал мою ладонь, коснулся пальцев легким поцелуем и сказал:
Леди Фарина, поражен Вами в самое сердце, но должен сообщить, что выбываю из числа претендентов на должность Вашего Хранителя.
Почему? я спросила очень просто, но с любопытством.
Лорд Кармил мне ответил.
В моем роду очень сильна ментальная магия. Сегодня я весь вечер пытался достучаться до Вас, но Вы не услышали. Значит, наши магии не примут друг друга на испытании, так зачем создавать дополнительные трудности?
Отчего именно сегодня? снова спросила я. Мы общались достаточно, чтобы он попробовал свои силы раньше.
Сначала я не был уверен, что Вы это Вы, а потом сильное волнение, переживания иногда подстегивают магию к выбору. Подозреваю, что Вы свой уже сделали, и я его одобряю, с этими словами мужчина вновь поцеловал мне кончики пальцев и отошел, чтобы весь остаток дня развлекать моих кузин, флиртовать с их тетушками и безобидно подкалывать остальных кандидатов.
Остаток дня прошел в различных салонных играх. «Фанты», «корзинка-сюрприз», чтение стихов, а после ужина матушка пригласила гостей в музыкальную комнату. Конечно, в охотничьем домике не держали драгоценных инструментов, лишь несколько гитар, мандолин и свирелей, но подыграть пению получалось вполне сносно. Мои подруги с удовольствием пели, бросая на кавалеров кокетливые взгляды, а я села в уголок и крепко задумалась. С Хранителем я определилась, но примут ли мое решение остальные претенденты? Хотелось поговорить с отцом, прижаться к плечу мамы, но пока они выполняли свой долг хозяев дома, мне стоило держаться в стороне.
Загрустив, я подумала, что мне хочется пирожных. Маленьких песочных корзинок со сливками и свежей клубникой Крем закапал с потолка сладкий, липкий Он волной стекал с потемневших от времени балок, разлетаясь брызгами на платья и камзолы. Сначала гости замерли, не зная, как реагировать на белую субстанцию, заливающую прически, мебель и стены, но мама подхватила белую каплю со своего обнаженного плеча, попробовала и выдохнула:
О, взбитые сливки! Десерт?
Следом посыпалась огромная клубника. Каждая «ягодка» была размером с небольшой арбуз. Они смачно шлепались на пол, разлетаясь на сочные куски. Лорд Брейди поймал одну ягоду в воздухе и с шутовским поклоном вручил облитой сливками Кейти. Вторую поймал отец и преподнес маме, шепча ей что-то на ухо, так, что мама рассмеялась. Дальше игра пошла веселее сообразив, что все и так уже перемазались сливками, гости ловили ягоды, подставляли их под капающий с люстры крем и с аппетитом пробовали. Когда ягоды были уже у всех, я вдруг вспомнила про песочные корзинки с джемом, и они прилетели, закружились вокруг, поражая своими размерами. Лорд Дормиш смекнул первым: закинул пойманную ягоду в корзинку, а потом подхватил «блюдо» и подошел ко мне:
Угощайтесь, леди Фарина, в это время года такой вкусной клубники я еще не едал.
Поставив корзинку мне на колени, лорд быстро нарезал ягоду своим ножом, слуги уже принесли вилки, тарелки, салфетки и чаши с водой, так что большая часть гостей последовала нашему примеру. Поздний ужин оказался на диво веселым и сладким ягодный сок пачкал пальцы и платья, женщины смеялись, мужчины охотились на летающие корзинки, а слуги наблюдали за невиданным зрелищем сквозь приоткрытые двери. Последний мой вечер в родном доме стал незабываемым.
* * *
На рассвете меня разбудила мама. Помогла одеться в простое серое платье без украшений и отделки, расчесала волосы, распустив косы. Ничто не должно было мешать моей магии соединиться с силой Хранителя. После мы вместе дошли до небольшой комнаты, в которой готовилась церемония. Претенденты все были здесь. Стояли неровным полукругом, одетые только в рубахи и штаны. Я медленно вошла, поздоровалась, чувствуя, как дрожит мой голос, и ко мне тотчас подошел королевский маг:
Доброго дня, леди Фарина. Час настал.
Он повернулся к претендентам, окинув их взглядом:
Милорды, до того, как магия примет или отвергнет вас, вы можете отказаться сами
Соулсберри шагнул вперед, улыбнулся мне и сказал:
Я отказываюсь. Моя магия не сумела подружиться с магией леди Фарины.
От него потребовали клятву о неразглашении и отпустили. Он ушел, и вперед шагнул лорд Брейди:
Я отказываюсь. Я нашел женщину, которую хочу любить и защищать. Леди Фарина, прошу Вас не обижаться на меня.
Этому лорду я смогла улыбнуться, радуясь за кузину. Он также принес клятву и вышел. Больше никто отказываться не стал. Тогда маг прочитал заклинание «ясного взора» над моей головой, коснулся рукой макушки и прошептал:
Пора!
Я шагнула вперед, очень волнуясь, протянула руку, ловя тепло исходящее из сильных ладоней мужчин. Первым стоял лорд Кальрон. После воздействия заклинания я видела не только точеные черты лица и благородную осанку, я видела его суть. Хищник. Опасный ледяной волк с изумрудными глазами. Его холодная магия потянулась к моей, но моя, теплая и пушистая, как щенок, оттолкнула ледяной язычок, испуганно вжавшись в мои пальцы. Я прошла мимо, спиной чувствуя холодный взгляд. Следующим стоял лорд Бунаш. Его магия была горячей и жадной, она сразу потянула мою, и я с трудом оторвала ладонь, чтобы двинуться дальше. Теперь гневных взглядов было два.
Третьим стоял лорд Дормиш. К нему моя магия ластилась, точно котенок, а его ровное тепло грело и обволакивало, как бабушкина шаль. Я с трудом удержалась, чтобы не схватиться за широкую мужскую ладонь двумя руками. Ради справедливости нужно было подойти к лорду Дортего. Он призывно улыбнулся, поднося свою руку ближе
Я не заметила короткое лезвие, которое вылетело из его пальцев, зато ощутила резкую боль в затылке. Лорд Дормиш дернул меня за распущенные косы, роняя на пол. Клинок, который должен был вонзится мне в глаз, пролетел выше, воткнулся в стену и теперь мелко дрожал, издавая совершенно отвратительный звук. Я зажала уши, с потолка посыпались подушки, лорд Дортего одним ударом лишил нападающего сознания и склонился надо мной: