Простите, что задержался, в гостиную вернулся барон, отчего-то воодушевлённый и улыбающийся. А где же госпожа Кифайр? Я попросил слуг потревожить её в библиотеке, но, похоже, книги ей гораздо интересней.
Очаровательная девушка, согласилась его супруга. Необычайно красивая, но вот платье она носит очень скромное. Я заказывала для младшей сестры несколько нарядов, когда была в Витории, но не успела подарить. Они очень похожи по фигуре. Может быть, Кифайр согласится принять одно из них в подарок? Нам с супругом было бы приятно.
Вы ей лучше книгу подарите, улыбнулся я. Она обрадуется гораздо сильнее.
Конечно, сколько угодно, сказала супруга барона. Наш сын к чтению равнодушен и больше интересуется торговыми сделками. Весь в отца. Клаудия, не поможете мне подобрать наряд для Кифайр? Я, к большому сожалению, не понимаю, что она говорит.
С удовольствием, Клаудия слегка улыбнулась, и они вышли из комнаты.
Заде́ржитесь у нас на несколько дней? спросил барон. Мне только что сообщили, что по реке поднимаются иноземные торговые галеры. Хороший повод устроить ярмарку и посмотреть на диковинные товары.
Не знаю. Вряд ли задержусь надолго. Я планировал уже завтра отправиться на запад. Военный наместник Фартариа вряд ли обрадуется такой задержке.
Всего лишь несколько дней. Я почти уверен, что герцогу Фартариа понадобится минимум неделя, чтобы навести порядок в Лекке. Мятеж, наконец, подавлен, и торговцы вновь спешат в наши порты. В прошлый раз иноземцы привезли немало удивительных и редких предметов.
Я подумаю. Лучше покажите золото. Надо бы отдать его на хранение асверам, пока в Ваш дом не вломился ещё кто-нибудь, жадный до чужого добра.
Стараниями Монны на втором этаже царил бардак и разгром. Слуги до сих пор убирали осколки мебели. Вломившись в окно гостиной, она вышибла дверь в коридор, затем пробежала по этажу и вломилась в небольшую комнату без окон, куда перенесли три одинаковых с виду сундука. Сейчас сундуков осталось ровно два, оба запечатаны эмблемой торговой гильдии. В принципе, не так уж и много золота для большого города. Надо будет спросить у Колина, на основе каких расчётов он получил подобную сумму. Барон же с этим золотом расставался легко, даже бровью не повёл. Отдал и как гора с плеч свалилась, он даже духом воспрянул и приободрился. Я почему-то думал, что с золотом как раз и возникнет сложность.
Супруге барона и Клаудии переодеть Кифайр так и не удалось. Они выбрали красивое бежевое платье, пошитое по старой моде, закрывающее плечи и шею до подбородка, но надевать его Кифа отказалась наотрез. В конце концов, её уговорили померить его позже, да и то в обмен на две книги со старыми сказками. Вот им она действительно обрадовалась, и, видя это, барон едва не подарил ей всю библиотеку. Пришлось серьёзно с ними поговорить, предупредить, что у нас не так много места, чтобы возить с собой телегу книг. У нас дома их целая комната.
Сегодня, после посещения барона, я планировал прогуляться по городу, посетить местные лавки и мастерские, а уже завтра отправляться в путь дальше. Но когда мы попрощались с бароном и отправились на постоялый двор, погода резко испортилась. Небо заволокло тяжёлыми тёмными тучами, поднялся холодный ветер. Мы едва успели добежать до постоялого двора, и на город обрушился ливень. Я такие крупные капли дождя не видел даже в столице, где ливнисамое обыденное явление. Спустя всего пару минут улицы превратились в небольшие реки.
Какой сильный дождь, сказала Клаудия, выглядывая в окно. Мы собрались в главном зале, решая, чем заняться дальше. Ой, кажется, град пошёл.
Действительно, шум на улице резко усилился, и по крыше застучало. Площадь перед постоялым двором начала быстро заполняться белым налётом, который неспешно тёк в сторону реки. Время от времени порывы ветра обрушивались на здание и в стёкла опасно били крупные градины. Со стороны кухни даже послышался звук разбивающегося стекла. Хозяин заведения гонял подчинённых, чтобы быстрее закрывали ставни на окнах, грозя вычесть стоимость стёкол из их жалования.
Град? заинтересовалась Кифайр. Она составила нам компанию, положив тело вокруг стола, поэтому любому, кто решит подсесть к нам, придётся переступать через неё.
Подавшись вперёд, Кифа выглянула в окно и заворожённо уставилась на льющуюся с неба воду вперемешку с белыми крупными градинами.
Сиди уже с нами, остановил я её. Ничего в этом интересного нет. К тому же там холодно.
А почему эти белые камни падают с неба?
Это не камни, а кусочки льда.
Сидевшая за соседним столиком Виера умчалась в сторону кухни и почти сразу вернулась, неся полные ладони градин, размером с виноградину. Высыпала их в руки Кифы.
Какие холодные, удивилась та, даже принюхалась.
Только есть их не надо
В этот момент двери на постоялый двор распахнулись, и на пороге появился Вигор. Промокший до последней нитки, он сжимал в руках свёрток с мокрой светлой одеждой. Перехватив любимый посох и убрав его под мышку, он недовольно потёр ушибы на макушке и на лбу. Последний заметно припух и наливался небольшим синяком.
Я думал, что ты уже помыться успел и спишь давно, пришлось вставать и идти навстречу.
Проповедь читал, сказал он, сильнее сжав свёрток с одеждой жреца, отчего на пол полилась вода. Не успел
Так, давай одежду, я забрал свёрток. Увидел, что Вигор остался без одной сандалии. Иди в ту дверь, там банная комната. Я пока попробую одежду просушить. Постой, дай руку, синяк уберу. Шишка уже с перепелиное яйцо.
Пришлось его проводить и попутно поговорить с хозяином, чтобы принёс полотенце. Пока он отмокал в тёплой воде, я уговорил Клаудию высушить одеяние жреца магией. Было у неё в арсенале такое удобное и полезное в дороге заклинание. Погода тем временем продолжала портиться, и следом за градом разразилась гроза, а на улице потемнело ещё сильнее. Над нами загромыхало так сильно, что окна задрожали. Хорошо, что постоялый двор имел высокий фундамент и лестницу, поэтому дождевая вода не затопила зал, но вот соседнее здание и конюшни понемногу тонули. Вспомнив про Аш, я выбежал на задний двор, но, как оказалось, она умудрилась забраться на чердак конюшен, где хранили солому и сено. Лошадям прибывающая вода нравилась не больше, но, в отличие от Аш, забраться повыше они не могли.
Там же меня перехватила Рикарда.
Что жрец Зиралла хочет от тебя? спросила она в лоб.
Вроде бы ничего.
Сначала он обрушивает на город гнев бога, пытается извести гадину-нагу, а теперь пришёл на тот же постоялый двор, где она остановилась. Тебе это странным не кажется?
Пока Вы об этом не сказали, я даже не задумывался. Попрошу Бальсу, чтобы её подчинённые Кифу из поля зрения не выпускали.
Не нравится мне его визит. Подумай, как его барону сплавить. Пусть у себя в поместье комнату выделит для такой важной персоны.
Мы же завтра планировали на запад отправиться, какой смысл сейчас об этом думать?
По такой погоде лучше никуда не ехать. Надо ждать, пока вода уйдёт.
Я прикинул, что с ответом на эти вопросы можно и не затягивать, но, заглянув в банную комнату, обнаружил Вигора спящего прямо в бочке с тёплой водой. Вместе с помощницей хозяина постоялого двора вытащили его и перенесли в последнюю незанятую комнату. Учитывая, какое безобразие творилось на улице, удивительно, что у него хватило сил прочесть проповедь и не свалиться без сил в храме. Ну, пусть спит и набирается сил, завтра поговорим.
Жрец Пресветлого бога Зиралла, город Лейфтри, раннее утро
Проснулся Вигор от неприятного дребезжания ставней. На секунду всё стихло, затем на дом налетел очередной порыв ветра, и ставни застучали ещё сильней. К шуму добавился звук дождя, барабанившего по крыше, голоса и громкие шаги в коридоре.
Простонав, Вигор повернулся набок, не собираясь вставать так рано. Несколько минут он ворочался, пытаясь устроиться поудобнее. После ночёвок в амбарах на сене, в маленьких комнатках на лавках или на жёстком полу, вставать с мягкой и удобной кровати не хотелось. А ещё под толстым одеялом было уютно и тепло. Он вновь провалился в сон, но почти сразу проснулся, разбуженный дребезжанием ставней. Взгляд Вигора упал на одеяния жреца, лежащие на небольшом сундучке рядом с кроватью. К сундуку кто-то прислонил высокий деревянный посох, с неаккуратно вырезанными рунами по всей длине. Почти каждый день перед сном он тратил полчаса, чтобы вырезать новый символ или немного подправить старый. И с каждой очередной руной управлять силой, заключённой в посохе, становилось всё тяжелее.