- А ты вот сейчас поел... салат... и окрошку. Это как же из тебя выйдет? - я пыталась понять природу вампиров. Чертовски занятно.
- Ууум... - Иван прищелкнул языком. - Лучше тебе этого не знать.
- Ну... то есть, еда не переваривается?
- Нет.
- Мне этого достаточно, - заверила я мальчика.
Я отпила еще вина. Что ж, я сделала этот выбор - спасла Ваню... Ну или не спасла, но приютила. Значит, на мне ответственность за него. И если ко мне придут, я... А что я? Закурив, я довольно легкомысленно решила, что когда придут, тогда и подумаю, что делать. Но мальчика я им не отдам.
- Тебе 15 лет? - спросила я.
- Через месяц 16 исполнится, 16 января.
- Угу. А мне 25. Через год 26 будет.
Иван улыбнулся.
- А ты прикольная и не заморачиваешься. Мне это нравится. Если бы я не был болен, я бы с тобой переспал. Ты очень красивая.
Я одарила его убийственным взглядом.
- Ваня, если ты еще будешь пользоваться своим телом как валютой, подарком, благодарственной корзиной с фруктами - я буду другой, обещаю. И другая я тебе не понравлюсь. Или просто выгоню тебя, - помолчав, я добавила для пущей острастки:
- На мороз.
Иван смеялся. Очевидно, ему стало хорошо от выпитого, от ощущения безопасности. И так же очевидно, что его так любили представители обоих полов не только за белое лицо и что там далее по рифме, но и за открытость, искрящийся смех, очаровательность. Харизма. Он не утратил этого в той канализационной воде, что несла его по течению жизни.
- Гайя, - он впервые назвал меня по имени, - халява - это дело такое. Попробовав раз, уже не сможешь отказаться. Поэтому проститутки редко уходят с панели по своей воле. Как говорится - зарекался не е...ться, да зае...лся зарекаться. Поэтому даже такие босявки, как я, пользуются своим телом направо и налево, - он ухмылялся, забавляясь моим мрачным кривляниям.
Я машинально глянула на экран ноутбука, загуглила слово "босявка". Малолетняя опустившаяся проститутка.
- Пока ты тут, в этом нет необходимости.
Он глянул мне в глаза без тени улыбки.
- Зачем ты мне помогаешь?
- Я не могу назвать тебе ни одной причины. Хотя нет, могу назвать, но это так, скорее, половина причины. Мне просто так хочется.
Видно, Ване было этого достаточно.
В следующий час Иван смотрел телик, сидя на полу. Сесть на диван, кресло или пуф он наотрез отказался. Попросил перчатки, чтобы пользоваться пультом. Он не хотел разносить заразу. На вопрос, зачем перчатки, он ответил со свойственной ему простотой:
- Что мне, мыть руки хлоркой каждый раз, как я в туалете подержусь за свой ...?
Покраснев, я дала ему пару косметических перчаток, которые надевала, нанося на ночь питательные маски на руки.
По телику шел американский реслинг. На экране дрались здоровенный симпатяжка в шортах и не менее здоровый темнокожий парень в трусах. Я немного знаю реслинг, симпатяжку, вроде, звали Джон Сина. В ответ на мой вопрос, за кого он болеет, Иван рассеянно бросил:
- А я е...у Али-Бабу?
Это показалось мне очень смешным, и я прыснула. Мальчик опомнился и долго извинялся. Я немного поглядела реслинг, немного посидела в Интернете. Потом пошла в ванную. Надев перчатки, я вымыла хлоркой весь душ. Потом пол. Собрала одежду Ивана и спрятала в мусорный пакет, завязала его накрепко.
Было уже порядка одиннадцати часов вечера. Я, усталая как собака, помыла ноги прямо в раковине в ванной. Почистила зубы. Подумав, умылась. На этом я решила остановиться.
Я притащила Ване подушку и постельное белье в зал. Постелила ему на диване. Опустила все жалюзи на окнах и плотно запахнула шторы, скрепив их булавками посередине. Мальчик смотрел какой-то канал для взрослых.
- А ты больше девочек любишь или мальчиков? - спросила я.
Что греха таить, мне Иван казался очень интересным и даже любопытным. Выросшему в коконе ребенку, который даже новости не смотрел, чтобы не расстраиваться, такой человек был сродни Бэтмену.
- Девочек.
- А почему?
- Да поприятнее как-то...
На этом я остановилась. Чувствуя усталость и желание поскорее прилечь, я бросила на диван синтепоновое одеяло. Мне его на день рождения подарила девушка, которую я лишь приблизительно могу назвать подругой, поэтому не жалко.
- Знаешь, Вань, я пойду баиньки, пожалуй...
Иван поглядел на меня масляными от созерцания голых красоток глазами и помахал рукой, мол, вали.
- День был насыщенный... - дежурно заметил он.
И тут раздался звонок в дверь. Судя по всему, насыщенный день и не собирался заканчиваться.
Глава 3.
У вампиров есть что-то вроде иерархии, они преклоняются перед сильнейшими...
Б.Олшеври
Говорить о смерти со знанием дела могут только покойники.
Лешек Кумор
Я застыла посреди зала. Иван застыл перед телевизором. Я, впрочем, опомнилась довольно быстро. В коридоре под одной из мраморных плиток, покрывающих пол, я хранила боевое огнестрельное оружие - ПММ, доставшееся мне практически за бесценок. Особенно учитывая тот факт, что подобное оружие нелегально в нашей стране.
Но едва я двинулась в прихожую, как Иван налетел на меня и обхватил поперек.
- Нет, нет, нет, нет, нет, - горячо зачастил он, оттаскивая меня назад. - Не открывай, не открывай, пожалуйста, ты не знаешь...
- Да успокойся ты, может, это соседка пришла или... или...
- Нет! Там ОНИ! Я их чую!
Я в свою очередь почуяла, как мороз пробежал по спине.
- Они не смогут войти, если я их не приглашу.
- А люди? Если с ними люди?!
- С ними есть люди?
- Нет, - он немного расслабился, и железный захват его рук смягчился. Я вдохнула.
Позвонили еще раз.
- К тому же, у меня есть боевой пистолет. А еще я довольно неплохо дерусь. И у меня есть ты, - я похлопала Ивана по руке ободряюще. - Ты очень сильный, не слабее их. А открыть придется, понимаешь? Не открыть им дверь куда опаснее.
Он помедлил и отпустил меня. Я достала пистолет.
- Не смотри им в глаза, - прошептал Иван. Он стоял, привалившись к косяку. С лица мальчика сползли все эмоции. - Гипноз...
- О, спасибо, что предупредил, - я щелкнула предохранителем. Курок стал на взвод.
Подойдя к двери, я спросила, стараясь владеть голосом:
- Кто там?
- Откройте.
Человек по ту сторону двери был очень спокоен. Я положила руку на замок. Иван подошел и встал за моей спиной. Он очень боялся.
Я щелкнула одним замком, затем вторым. Открыла. Рука Вани при этом вцепилась в мое плечо.
На пороге стоял молодой человек примерно моего возраста. За его спиной стояли еще двое. Итак, значит, разговаривать будем с этим - высоким темноволосым мужчиной в черном шерстяном пальто. Не слишком длинные волосы заправлены за уши, унизанные серьгами разного размера. У него было привлекательное лицо - может, из-за того, что уголки его крупного пухлого рта были приподняты, словно в полуулыбке, а яркие, почти неестественные зеленые глаза завораживали. Ой, не смотреть!.. Я уставилась на его переносицу.
- Добрый вечер, - как можно холоднее сказала я. - Что вам нужно?
- Добрый вечер. Меня зовут Мана. Привет, Иван, - Мана был так неожиданно любезен, что я решила даже не спрашивать о его странном имени.
- Привет, - буркнул Ваня.
- Меня зовут Гайя.
- Чрезвычайно приятно, - сказал гость и тут же спросил:
- Мы можем войти?
"Нет!", сказанное хором мной и Иваном, вызвало у него сдержанную, но обидную улыбку.
- Что ж, тогда я попрошу Ивана выйти и следовать за мной, - заложив руки за спину, мужчина выжидающе смотрел на нас.
- Понимаете, его одежда в негодности, а в этих пижамных штанах, согласитесь, он будет выглядеть очень глупо, - сказала я.
Мана уставился на меня.
- Это совершенно все равно, - заметил он ровно. - Понимаете?
- На улице холодно. Это точно не все равно.
- Мы на машине, - сказал Мана.
- Босиком он не пойдет, а подходящей обуви у меня нет.
- Я понесу его на руках.
Я рассмеялась.
- Да полно вам, Иван никуда с вами не пойдет.
Мана еще пристальнее уставился на меня. Я вдруг отчетливо ощутила чужую эмоцию, эмоцию этого вампира. И стало очень страшно.
- Гайя, - вкрадчивый голос резанул ухо, - вы же понимаете, что вам рано или поздно придется выйти из квартиры?
- Понимаю.
- Вы также понимаете, что мы не имеем права рисковать и позволять зараженному инфицировать людей?
- Он не будет ходить по городу и не будет никого инфицировать, обещаю.
- А понимаете ли вы, какому риску подвергаете свою жизнь?
Я молча кивнула.
- И чем дольше это будет тянуться, тем быстрее лопнет наше терпение. Мы предлагаем решить все полюбовно, чтобы нам не пришлось применять... крайние меры.
При этих его словах Иван вдруг сорвался с места и бросился в туалет. Мы провели его удивленными взглядами. Из уборной послышались характерные звуки. Ваню тошнило. Так вот куда девается съеденная вампиром еда...
Решив вернуться к разговору, я несколько наигранно вскрикнула:
- Что? Вы угрожаете мне в моем доме? - да, дипломатия не была моей сильной стороной. Все, что я могла, - вот так вот фальшиво, даже снобски, возмутиться.
- А разве похоже, что я угрожаю? - он спокойно улыбнулся. Волна страха отпустила меня в тот же момент.
- Иван не переступит порог этой квартиры, пока не будет в безопасности. Он же не виноват в том, что с ним произошло. Почему бы вам не наказать вашего коллегу, - я понизила голос, чтоб соседи точно ничего не услышали, - который обратил Ивана, будучи под действием веществ?..
- Он будет наказан. Месяца через три, когда выйдет из комы.
Я изумилась. Надо же, вампиры так тяжело переживают эту болезнь...
- Но он будет жив.
- Да.
- А Иван нет.
- Молодые вампиры неконтролируемы, - голос Маны стал очень тихим. - Мы рискуем получить массу трупов и еще большую массу больных людей, которые, если ему хватит ума загипнотизировать их, в лучшем случае не будут помнить о его укусах. Будут жить своей жизнью и заражать своих половых партнеров и близких. С учетом современных нравов ситуация может стать угрожающей. Скажите, Гайя, хотели бы вы в один прекрасный день узнать, что у вас ВИЧ и не понимать, откуда взялась эта чума?
- Хороший вопрос, даже не знаю... Конечно, нет, - сказала я, когда поняла, что Ману мой бездарный стеб не веселит.
- Недавно у нас был такой новичок.
Мана умолк. Мне стало неуютно. Что ж, не могу сказать, что не принимаю политику вампиров в этом случае. Дверь туалета скрипнула. Я не обернулась.
- И все же Иван еще побудет здесь, - твердо, но вежливо сказала я.
- Вот как? Что ж... Мы вас предупредили, - вампир учтиво кивнул мне со сдержанной улыбкой. - Возможно, мы вернемся позже. Когда Иван вас убьет. Всего доброго, - и Мана ушел.
Следом за ним пошли и его подручные.
Я закрыла дверь за ними на замки. От последних слов Маны мне стало нехорошо. Иван стоял в проеме двери, ведущей в зал, и смотрел на меня виновато.
- Мне нужна кровь. Если у меня будет кровь, я не стану ни на кого набрасываться.
Я подняла свой топ до груди. На ребрах уже проступили синяки.
- Да и силушку молодецкую надо учиться контролировать, - констатировала я. - Так. Я приму успокаивающее и все же попробую отправиться спать. Завтра будет сложный день. А, и еще одно.
Я принесла шкатулку со своими украшениями, взяла оттуда серебряное колечко и приложила к коже Ивана. Он вскрикнул и отдернул руку. Кожа в месте соприкосновения с серебром почернела.
- Прости, мне надо было удостовериться...
Иван потирал руку с несчастным видом.
- Что делать, Гайя? - жалобно спросил он.
Я лишь вздохнула, прижимая к себе шкатулку. Потрепала Ивана по щеке.
- Я подумаю об этом завтра, - машинально ответила я.
Выпив лошадиную дозу успокаивающих капель, я легла в постель, предварительно надев на себя все серебряные украшения. Все же страшновато ночевать под одной крышей с вампиром. Не книжным, не киношным. Настоящим.
Поспав часов семь, я встала уже на рассвете. Иван уснул, не выключив телевизор. Я тихонько позвала его. Потом потолкала. Бесполезно. Вампирский сон крепок.
Итак, мне предстояло разрешить несколько вопросов, один из которых был в принципе неразрешим. Как мне спасти Ивана?..
Среди других вопросов, которые мне предстояло решить, был самый насущный - кровь. Вряд ли я смогу прокормить собой Ваню так, чтоб он был сыт и благодушен.
Поискав в Интернете, где я смогу приобрести пару литров человеческой крови, пришлось забить на это гиблое дело и позвонить доктору Ирине Васильевне Костенко. То есть, конечно, я называла ее Иришкой, она была лучшей подругой моей подруги и одногруппницы Кати Жарких, мы даже несколько раз напивались текилой в одной девичьей компании, но также она была очень известным хирургом... Короче, я позвонила Иришке.
- Гайя, зачем тебе столько крови? - подозрительно спросила Иришка.
- Понимаешь, у меня есть товарищ, у которого туберкулез в начальной стадии. Он вбил себе в голову, что умрет непременно. И тут кто-то ему рассказал, что у Дюма в "Даме с камелиями" эта самая дама болела чахоткой и пила, собственно, кровь. Мой друг и решил, что сдохнет, но кровь найдет, попросил помочь... Вот. Я и подумала, что только ты мне можешь помочь, Ириш...
- Ой, Гаечка! - засмеялась жрица Эскулапа. - Во-первых, это не самый действенный способ, хотя имеет право на существование. Во-вторых, пить надо бычью кровь, в-третьих, свежую. Дымящуюся еще...
- Фу, - не удержалась я. - В принципе, я так и думала, но ему нужна именно человеческая. Может, ему поможет эффект плацебо?..
Моя ложь выглядела столь неубедительно, что даже стыдно было врать.
- Даже не знаю... У нас не то чтобы острая, но все же нехватка донорской крови, - голос Иришки звучал так, что мне стало еще стыднее. - Может, пусть лучше она останется для человека, которому поможет на самом деле?..
В итоге мне пришлось спустя час бесплодных попыток купить человеческую кровь в Интернете (нашелся один паренек, запросивший несколько тысяч гривен за литр) ехать за свиной кровью. Я проехала куда-то за Боярку, где на свиноферме прикупила два пакета крови по 2 литра (мне это обошлось в 7 гривень). Еще я купила очень свежий кусок балыка на отбивные. Ехала домой и думала о том, что давно хотела стать вегетарианкой, а вместо этого жру стейки, да еще и вампира подсаживаю на кровь бедных кабанчиков.