Тахира Мафи - Одолей меня стр 5.

А потом Назира скинула капюшон, и ее темные волосы, тяжелые и шелковистые, рассыпались по плечам. Она что-то произнесла, что я совершенно не услышал, мой мозг вскипел от непосильной задачи: должен ли я сказать ей, что вижу ее волосы? Понимает ли она, что я могу их видеть? Разрешает ли она мне на них смотреть? Рассердится она или нет, если скажу, что я их вижу? Притом на всякий случай я и не собирался смотреть на ее волосы, однако не хотел ей говорить, что их вижу, потому что боялся она опять их спрячет, а я, если честно, от всей души любовался ими.

Назира щелкнула пальцами перед моим лицом.

 Что?  моргнул я, а потом, понимая, что сегодня перестарался с этим словом, добавил:  М-м?

 Ты меня не слушаешь.

 Я вижу твои волосы,  решил я сказать.

Назира возмущенно вздохнула. Она определенно раздражена.

 Я не всегда закрываю волосы.

Я потряс головой.

 Я не знал.

 Я не могу, даже если бы хотела. Это незаконно, понимаешь?

Я хмурюсь.

 Тогда почему ты покрываешь голову? Что за ерунда?

Она скрестила руки на груди. Волосы у нее длинные. Темные. Глаза глубокие, цвета майского меда. Они ярко блестели на смуглом лице. Назира была пугающе красива.

 Я знаю многих женщин, которых лишили права так одеваться, когда к власти пришло Оздоровление. В Азии раньше жило много мусульман, ты знал?  Ответа она не ждала.  Я была вынуждена молча смотреть, как мой отец отдает приказы раздевать женщин. Солдаты гонялись за ними по улицам и срывали с них одежду. Рвали платки с их голов, позорили. Это было жестоко и бесчеловечно, и всему этому я свидетель. Мне исполнилось только одиннадцать лет,  прошептала Назира.  Я возненавидела отца за то, что он сделал. Я ненавидела его за то, что заставлял меня смотреть. Поэтому я, как могу, стараюсь отдать дань уважения этим женщинам. Для меня это символ протеста.

 А-а.

Назира вздохнула. Она выглядела расстроенной, а потом вдруг усмехнулась. Невесело как-то, скорее горестно, но я подумал, что это уже прогресс.

 Я только что рассказала тебе кое-что очень важное для меня, и все, что ты можешь сказать,  «а-а»?

Я подумал. Потом, с осторожностью:

 Нет.

Она внезапно улыбнулась, почему непонятно. Закатила глаза, но лицо ее просветлело, и она как-то сразу стала выглядеть моложе и симпатичнее, и я не мог отвести от нее взгляд. Я не понял, что сделал такого, чтобы заслужить ее улыбку. Возможно, и не заслужил. Просто она смеялась надо мной.

Все равно.

 Я, м-м, думаю, это реально круто,  проговорил я,  надо же было что-нибудь выдать по поводу важности того, что она мне рассказала.

 Ты думаешь, это круто?  удивилась Назира.

 Ты знаешь.  Я кивнул, указывая на ее волосы.  То, что делаешь. Твоя история. Ты знаешь.

Вот теперь она расхохоталась по-настоящему. Громко. Прерывая смех, закусила губу и покачала головой. Мягко сказала:

 Ты расстроился, да? Тебе совсем плохо от этого.

Я моргнул. Не понял ее вопроса.

 Тебе ужасно не нравится со мной разговаривать,  пояснила она.  Я заставляю тебя нервничать.

Я побледнел.

 Да. Нет. Я не то хотел сказать

 Наверное, я была немного жестока с тобой,  вздохнула Назира. Отвела взгляд. Опять закусила губу.  Мне показалось в первую нашу встречу,  показалось, что ты будешь вести себя как засранец.  Она посмотрела мне прямо в глаза.  Ну, думала, ты со мной заигрываешь. Чтобы подцепить меня. Поиграть и бросить.

 Что?  Моему удивлению не было предела.  Я? Никогда!

 Да, теперь, кажется, я понимаю,  ответила она мягко.  Большинство знакомых мне парней, в том числе мой брат, самые настоящие придурки, без стыда и совести, и я не ожидала, что ты такой порядочный.

Я только охнул. Не знал, считать ли это комплиментом.

 Э-э, спасибо?

Она снова рассмеялась.

 Предлагаю начать все сначала,  протянула она руку.  Я Назира. Приятно познакомиться.

Я осторожно взял ее руку. Задержал дыхание. Мягкая, нежная по сравнению с моей мозолистой ладонью.

 Привет. Я Кенджи.

Она улыбнулась. Счастливой, искренней улыбкой. Я почувствовал, что эта улыбка меня доконает. Вообще я был абсолютно уверен, что вся ситуация меня точно доконает.

 Замечательное имя,  сказала она, пожав мне руку.  Ты японец, да?

Я кивнул.

 По-японски говоришь?

Я качнул головой.

 А-а. Сложный язык. Красивый, но сложный. Я учила японский несколько лет,  объяснила она,  но очень трудно выучить в совершенстве. Овладела только на элементарном уровне. Я на самом деле месяц жила в Японии ну, что раньше было Японией. Вообще-то у меня был длительный тур по перекроенному азиатскому континенту.