Я поговорю с отцом, сказал Рейн, возможно, он сам сможет найти что-то полезное. Или выхлопочет разрешение для нас с Ланом.
И тогда принц будет знать все то же, что и мы, проговорил в пространство Кэл.
У нас нет другого выхода, пожала плечами я, судя по всему, наши преподаватели и сами-то не особо знают, как «вырастить» звезду. А я боюсь вам навредить по незнанию! Ну будем мы должны принцу еще одну услугу
Тогда решено, кивнул Рейн, в первый же выходной обсужу этот вопрос с отцом.
Рейн, Лан, а объясните мне одну вещь: в каких отношениях находятся королевский дом Каэрии и Академия? спросил Кэл.
Внешнесоюзники, ответил Лан, да и по сути в основном тоже. Вот только тот же Тирриан как-то обмолвился, что предпочел бы иметь в стране магов, не подчиненных Академии. Ты боишься, что мы окажемся в роли желанного приза для тех и других?
Кэл кивнул, затем пожал плечами:
Хотя у нас и выхода-то нет! А раз такдействуйте!
Оставшееся до вечера время мы провели весело: Рейн с Ланом в лицах изображали представителей породы «охотница за женихом великосветская обыкновенная» и то, как они от них отбивались. Я же смотрела и слушала, поражаясь тому, как изменился Лан после того разговора месяц назад, и думала о том, как мало я его до этого знала. Оказалось, что у него острый язык, отличное чувство юмора, удивительно теплая и искренняя улыбка, и ни капли вельможного чванства.
Время летело незаметно, и наконец настала пора идти к куратору. В назначенное время мы стояли перед дверями кабинета магистра Бренана. Постучав, услышали его усталый голос:
Входите уже!
Магистр встретил нас нетерпеливым кивком и резким:
Садитесь!
Мы расселись на стульях, стоящих вдоль стены. Он посмотрел на нас, покачал головой и сказал:
Да уж, студенты, задали вы нам задачку! Впрочем, не позавидуешь в первую очередь вам! Ладно, приступим!
Мы все обратились в слух. Итак, из прежних предметов нам убрали только этикет и словесность, добавив что-то вроде спецкурса по правилам составления магических клятв. Курс страноведения сократили до, как сказал куратор, абсолютно необходимого минимумадва тома страниц на тысячу каждый. А вот курс математики и теории магии, как выяснилось, нам придется пройти в полном объеметри курса за год! М-да, если мы это переживем, нам будут не страшны ни драконы, ни твари! К тому же нам добавили основы алхимии и артефакторики, которые проходят на четвертом курсе. Развитием дара и обучением контролю над магией с нами любезно согласилась заниматься магистр Данадва часа ежедневно только для нашей шестерки. Боевка осталась в полном объеме, и притом вместе с четвертым курсом
Словом, к концу речи куратора мы все выглядели откровенно пришибленными грандиозностью задачи. Помимо объемов предстоящей работы страшило то, что заниматься ей придется практически полностью самостоятельно. Впрочем, магистр Бренан пообещал, что он и магистр Граяр будут готовы уделить нам по два часа дважды в седмицу каждый, для объяснения оставшихся не понятыми вопросов.
Из кабинета мы вышли в полном молчании. Такая нагрузка не могла присниться нам и в страшном сне! Учиться придется целыми днями без выходных и праздников, и что хуже всегоникакой гарантии, что это даст свои результаты! Я посмотрела на список литературы и вздохнула.
В библиотеку? полуутвердительно, полувопросительно произнес Кэл.
Ответом ему были тяжелые вздохи со всех сторон. Впрочем, выбора у нас не было, так что мы направились к библиотеке, сопровождаемые заинтересованными взглядами встреченных сокурсников. Или правильнее говорить «бывших сокурсников»?
В библиотеке не было посетителей: в такой час здесь редко кто появлялся. Как ни странно, на месте не было и никого из библиотекарей, хотя обычно с шести до девяти вечера в ней оставался дежурный. Впрочем, через минуту после того, как мы зашли, в зал через заднюю дверь стремительным шагом вошел высокий сухощавый мужчина в строгом сером камзоле. Увидев его, мы склонились в поклоне: Главный библиотекарь тар Фрейн был магом Воздуха, по статусу равен магистру, и являлся одним из старейших магов, работающих ныне в Академииему было сто восемьдесят лет. Раньше мы видели его только раз, Рейн показал на Зимнем балу. Интересно, и что он делает в нашей части библиотеки? Как-то я разговорилась с одним из простых библиотекарей, который поведал мне, что тар Фрейн практически все время проводит в той части библиотеки, которая недоступна для студентов, а здесь появляется раз-два в год, с инспекцией. Не похоже это на инспекцию, а где тогда запуганные и вздрагивающие от любого резкого слова подчиненные?
Подойдя к нам, тар Фрейн резко спросил, чего мы хотим, и лишь изумленно поднял брови, увидев наш список литературы. Внимательно перечитав его, он спросил только:
Три курса за один, верно? Неудивительно, учитывая размер ваших всплесков. Ждите, сейчас принесу!
Вернулся назад он через четверть часа, сопровождаемый огромными стопками книг, что летели за ним по воздуху. Жестом поместив книги на стол, он скомандовал:
Разбирайте!
Пока мужчины разбирали стопки, я спросила:
Тар Фрейн, скажите, а о принципах сложения магии в боевых группах что-нибудь есть?
Есть кое-что, но это не самое простое чтение, покачал головой тот, будете брать?
Тар, а как скоро я буду должна вернуть эту книгу? вопросом на вопрос ответила я.
В конце учебного года.
Тогда да, прошу вас.
Протягивая мне книгу, он вдруг как-то странно прищурился и чему-то кивнул, заставив меня вопросительно уставиться на него. Заметив мой взгляд, он пояснил:
Боевые группы вообще редкость, а звезды с истинным сердцем
Тар, вы сказали «с истинным»?
Это скорее легенда, но Нари, вы чувствуете вашу собственную магию?
Почти нет, тар. Простите Это что-то значит?
Только то, студентка, что вам придется очень тяжко. Ваше свойство как сердца будет мешать вам в получении контроля над магией. Связь сердца с лучами идет от чувств, для овладения же собственной магией вам придется от них отрешиться. Так что контроль достанется вам скорее всего через боль!
Благодарю вас за информацию, тар Фрейн, поклонилась я, вы первый, кто хоть что-то мне объяснил! И простите, есть ли в библиотеке книги об этом?
Тот покачал головой:
Нет, я читал об этом в одном свитке далеко отсюда и очень давно. Кстати, хотите совет? У вас слишком много предметов, чтобы учить их одновременно. Выучите страноведение, правила составления магических клятв и основы алхимии, а затем попросите устроить вам экзамен, отказать вам не должны!
Позвольте спросить, тар Фрейн, обратился к тому некоторое время прислушивающийся к разговору Рейн, а почему вы нам помогаете?
Может, мне любопытно посмотреть, что из вас может получиться, усмехнулся тот, все, студенты, книги вы получили, идите и занимайтесь!
Поклонившись Главному библиотекарю, который смотрел нам вслед с легкой насмешкой, мы вышли из здания. Мужчины решили проявить себя галантными кавалерами, так что Сигни и я шли с пустыми руками, а им пришлось тащить немалые стопки. Разнеся учебники по комнатам, мы снова собрались в парке: необходимо было выработать план действий.
Посовещавшись, мы решили вернуться к магистру Бренану и спросить о возможности досрочной сдачи экзаменов, а заодноо выделении нам места для занятий. То, что лучше учиться всем вместе, не вызывало сомнений ни у кого. Куратор встретил наше появление с удивлением, однако, выслушав вопрос, кивнул и заявил, что и досрочная сдача экзаменов по мере изучения курса, и выделение помещения не является проблемой. По поводу последнего магистр предложил обратиться к одному из комендантов общежитий. Заодно он поинтересовался, кто дал нам совет насчет экзаменов и слегка изменился в лице, услышав про Главного библиотекаря. Интересно, с чего бы?
Именно о таре Фрейне я спросила Рейна, стоило нам закрыть за собой дверь кабинета куратора. Друг пожал плечами и сообщил, что Главный библиотекарьодна из самых загадочных фигур Академии и двора. Принадлежащий к одному из самых знатных родов Каэрииего предки были родственниками королейтар Фрейн в тридцать лет отказался от титула и наследства и уехал странствовать по миру. Вернулся он, если верить той информации, которой располагал наш друг, лет через пятьдесят, и сразу же занял должность Главного библиотекаря Академии, каковой бессменно и занимал вот уже сотню лет. При этом ему раз семь предлагали пост ректора, но тар Фрейн каждый раз отказывался, заявляя, что его это абсолютно не интересует. Его личная жизнь, цели и занятия вне руководства Библиотекой оставались тайной за семью печатями. Словом, интерес такой персоны к нам мог быть вызван чем угодно: от банальной скуки до стремления как-то использовать нас в собственных целях. Хотя учитывая его отношение к власти как к скучной обузе, последний вариант был маловероятен, что не могло не радовать: и без того появилось немало желающих привязать звезду к себе.