- Дилан, что, - Ора залетела и замолчала, - Мия, - крикнула она и подлетела ко мне, - боже, боже, столько крови. Вызывай скорую.
- Уже. Мы упали, я не знаю, как так получилось.
- Ора, - произнесла я, пытаясь сглотнуть, но не смогла.
Её руки тряслись, она достала телефон и набрала номер. Я закрыла глаза, мне хотелось спать, мне стало очень холодно.
- Мия, открой глаза, да, вот так, знаешь, как я люблю тебя, не закрывай глаза, смотри на меня и говори, тебя не тошнит? - Дилан пытался не давать мне отключиться, но мой организм не слушался.
- Нет, - сказала я и закрыла глаза.
- Не закрывай, - он уже кричал, - смотри на меня, - он взял мою руку и поцеловал мою ладонь.
- Холодно, - хрипела я.
- Брендон, она умирает, - плакала в трубку Ора, - тут много крови, у нее в животе с двух сторон стекла и ещё по всему телу. Приезжай, Брендон, - она уже кричала, срываясь на плач, - я не знаю, она белая, и кровь идет отовсюду.
- Брендон, - прошептала я.
«Я умираю? Во мне стекло? Поэтому так больно, я умираю снова. Я уже умирала, тогда боль просто разрывала тело, а сейчас я как будто куда-то плыву. Начинается шум, какие-то люди говорят, за моими закрытыми глазами происходят активные действия, но мне так не хочется туда».
- Её зовут Амелия ДельРосс, - сказал Дилан и отпустил мою руку.
- Амелия, вы меня слышите? - спросил кто-то слишком громко.
Я пыталась кивнуть, мне под голову что-то положили, а затем и вовсе перенесли куда-то. Они говорили и говорили, а я хотела, чтобы они замолчали, голова раскалывалась, мое тело было свинцовым, пошевелить чем-то было слишком больно.
- Любимая моя, - я услышала такой родной и знакомый голос.
- Брендон...
Я попыталась открыть глаза и посмотреть на него, но мое зрение все еще было нечетким, я видела его силуэт, он был рядом. На меня что-то надели.
- Всё будет хорошо, - шептал он, - только живи, не дай снова тебя потерять.
- У неё большая потеря крови и повреждено легкое, помимо этого многочисленные порезы и сотрясение, - говорил кто-то рядом.
- Ора, как это произошло? - допытывался Брендон.
- Я не знаю, - плакала она, - не знаю, мне он позвонил, и она уже была такая. Она умрет?
- Нет, - он взял меня за руку, - нет, она не умрет.
Я хотела сказать, что я рада видеть его, что я больше не испытываю ненависти к нему. Я хотела попросить прощение у Оры, я хотела позвонить тете. Я старалась дышать, но с каждым вдохом становилось все сложнее, сердцебиение замедлилось, я увидела свет. Мама и папа стояли, залитые этим светом, и качали головами, они не пускали меня к себе. Но меня ничего не держало больше в этой земной жизни, я не хотела возвращаться.
Глава 13
POV Брендон
- Остановка сердца, - крикнул врач скорой, пока машина мчалась в больницу.
Я не мог поверить в это, я оставил ее, а теперь она умирала. Без меня. Она была фениксом, она должна возродиться, но я не был уверен в этом, и не мог дать сейчас своей крови. Поздно.
Я был мысленно на связи со всем советом, все переживали, как и я. Мы не знали, что будет дальше. Я знал только одно, что моя любимая сейчас умирает, и мне было плевать, кто она, и насколько феникс опасен. Моя единственная снова умирала, и неважно рядом я или далеко. Но больше я никогда её не оставлю.
- Раз, два, три, разряд, - отдал команду врач, пытаясь вернуть её к жизни.
Манипуляции с дефибриллятором успеха не принесли, сердцебиение не восстанавливалось.
«Любимая, нет, не уходи. Я тут, я рядом, я буду рядом. Мия, черт возьми, ты не можешь снова так поступить! - мысленно кричал ей. - Давай, заставь свое сердце биться, ради меня, ради нас!»
- Разряд, - кричал снова врач, увеличив напряжение до 6000 В.
Сердце начало стучать.
«Спасибо», - благодарил я Мию.
Мы подъехали к больнице, и бригада скорой увезла ее в реанимацию. Уже знакомый доктор Питс встречал нас на крыльце.
- Что произошло? - спросил он меня.
- Не знаю, меня не было рядом, мне сообщили.
- Хорошо.
- Эндрю, - обратился я к нему, - не дай ей умереть.
- Я сделаю все, что смогу.
Я остался стоять и смотреть на закрытые двери, за которыми скрылись врачи и моя Мия.
- Ора, - обратился я бледной девушке, в которой уже не осталось слез, - мне надо узнать, что было, и ещё известить Энн, будь тут, если что звони. Она будет жить, - уверил ее я.
- Брендон, я боюсь, я люблю её как сестру, почему с ней такое случается?
- Не знаю, я тоже её люблю, поэтому, Ора, ты должна быть сильной, когда она очнется.
- Хорошо, - она кивнула и села.
- Вот, - я передал ей свою карточку, - если нужно будет, воспользуйся и при оформлении документов тоже. Пройди к стойке тебе, всё объяснят.
- Хорошо,- тихо проговорила она, встав и взяв холодными руками банковскую карту, через секунду она удалилась.
Я не знал, куда ехать, к Энн или этому ублюдку. Все-таки я решил, что сначала я убью его, а потом к Энн. И я, применив свои способности, в считанные секунды оказался у его двери. Через дверь я почувствовал его страх, скорбь и раскаяние. Я просто толкнул дверь, и она с легкостью открылась. Парень сидел на полу и напивался, по его щекам текли слезы.
- Я знал, что ты придешь, - сказал он, - она... она... жива?
- Пока да, - я подошел к нему, пытаясь держать себя в руках.
Я прочел его мысли, и мне стало ясно, что произошло. «Сукин сын». Я подлетел к нему и взял за грудки, подняв и прижав к стене.
- Как ты смог это сделать? - рычал я, - у неё была остановка сердца, но они заставили её жить, урод.
- Я не знаю, - он начал плакать как ребенок, - не знаю, я пытался её поймать, такое чувство, что в меня кто-то вселился, во мне была ярость, и меня просто трясло, и мы упали. И потом кровь, много крови. Так много... а она белая... крови слишком много...
Я отпустил его, и он осел на пол.
- Я не хотел, я люблю её, - страдал он, - я не знаю, как так вышло, я не ожидал.
- Ты не ожидал? То она из-за тебя ударяется об стенку, то теперь ты пошёл дальше, и вместо того, чтобы наслаждаться обычной жизнью, ты решил долбануть её об стол и убить, - со злостью выпалил ему, - теперь ожидай, потому что это будет рвать тебя на части, Дилан, воспоминания и время. Она сама решит, что с тобой делать. Я марать об тебя руки не буду, сейчас посмотри на меня.
Он поднял глаза, и я сверлил его взглядом, заставляя делать то, что мне надо.
- Ты ничего с собой не сделаешь, ты будешь тут, ты будешь ждать, а теперь ты идёшь спать, - приказал ему и вылетел оттуда.
Я стоял уже у знакомого дома, постучал в дверь.
- Я открою, - крикнул Алик.
- Добрый вечер, Алик, - сказал ему.
- Что ты тут делаешь? - он смотрел на меня испуганно.
- Выйди, есть разговор.
- Что произошло? Мия? - спросил он меня, прокручивая в голове события вчерашнего вечера: звонок Мии, истерика Энн, успокоительные.
Я прочитал эти мысли, картина происшедшего стала вырисовываться.
- Да, и у меня плохие новости, - ответил ему, - она упала на стеклянный стол, у нее сотрясение и обильная потеря крови, повреждены органы, сейчас она в операционной в больнице.
- О, господи, как? Это был ты?
- Нет, Алик, я послушал твою жену, я послушал себя и оставил её, и зря, - с упреком сказал ему, - это был не я, если бы я был рядом, ничего бы не случилось, её сердце бы не остановилось в машине скорой помощи, и не ожило снова. И сейчас, Алик, я говорю тебе четко и ясно, больше никогда я её не оставлю.
- Брендон, но кто? Она же не могла просто упасть? Или она пыталась? - он не закончил фразу, и этого и не требовалось.
- Нет, это был другой парень, который пытался ее, скажем так, принудить, - сказал я.
- Господи, господи, это убьет Энн, это убьёт малыша, - прошептал он.
- Поэтому я говорю тебе, пока Энн не нужно знать, я буду докладывать о её состоянии, а сейчас я должен идти, - я развернулся и пошел.
- Прости нас, Брендон, - сказал он тихо, и я, не поворачиваясь, кивнул головой.
Войдя в больничный зал ожидания, я заметил всех старейшин. Не было одного Лироя, он улетел в Америку решать вопросы с морганиями, с ведьмами в простонародье. Они хотели видеть феникса в качестве королевы. Но пока у нас её не было.