Но мы были влюблены друг в друга продолжил он, и с помощью своих даров ты связала наши души, пообещав найти и спасти меня.
Дары. Да, я наделена дарами. Раньше я могла избавить человека от страшных болезней, поэтому люди думали, что я своего рода полубог.
Начав задыхаться, я привстала с кровати и села.
Я помню. Я все помню.
Это хорошо. Потому что мне нужно, чтобы ты избавила меня от этого проклятья, Эвелин. У меня больше нет сил терпеть эти мучения.
Господи! В одно мгновение на меня обрушилось понимание его страданий. Наши поиски друг друга в течение этих тысячелетий.
Я не уверена, что знаю, как это сделать тихо произнесла я, но знала, что хочу спасти его всей душой.
Макариус снова навис надо мной и поцеловал.
Тебе просто нужно напомнить.
Я ощущала, как мое тело реагирует на его поцелуи, уступая потребности почувствовать его в себе. Мы провели ночь, наверстывая упущенное, и я чувствовала, что безгранично счастлива. Мне нужно было найти способ спасти этого прекрасного мужчину.
С первыми лучами солнца я постаралась игнорировать великолепие лежащего на кровати мужчины и его обнаженного тела и, тихо одевшись, вышла из его дома. Мой дом располагался на другом конце города, и пешком пришлось бы идти очень долго, но, к счастью, мне встретился частный извозчик. Мужчина неуважительно долго рассматривал меня, наверное, думая, что я какая-нибудь шлюха, но деньги сделали свое дело, и он отвез меня домой.
В свой дом, выдержанный в викторианском стиле, я не стала заходить через парадные двери, а проскользнула через вход для слуг, игнорируя перешептывания и хихиканье персонала. Мне плевать на сплетни.
Скажи лакеюпусть готовит карету! приказала я своей горничной Бетси, которая сейчас смотрела на меня осуждающе.
Я знала, о чем она думает. Сейчас было раннее утро, я вернулась без компаньонки, и это грозит проблемами. В этом она, конечно, была права. Я поднялась в свою комнату и переоделась в повседневное синее платье с белыми кружевами. Сверху я надела черное шерстяное пальто и черную шляпку, не желая быть замеченной на улице.
Я достала спрятанный под комодом мешочек с золотыми монетами, осознавая, что мои планы просто безумны. Я собиралась заключить сделку с дьяволом, но я сделала бы что угодно для того, чтобы спасти Макариуса.
Выбежав из дома, я села в ожидающий меня экипаж и приоткрыла окошко, чтобы увидеть кучера.
Отвезите меня в Темный дом.
Каждый, кто живет в Сан-Франциско, знал об этом доме. Он стоял на холме с видом на залив и был окружён туманом вне зависимости от времени года. Слуги этого дома поговаривали о том, что работают на призрака. Купцы считали хозяина сумасшедшим, но добавляли, что он всегда достойно оплачивает их товар. Джентльмены из нашего общества считали, что этот человек опасен, но может отыскать все что угодно и кого угодно. Но за определённую цену.
Карета остановилась перед большим трехэтажным темно-синим домом с белыми ставнями. Через кованые железные ворота был виден неопрятный передний двор, полный опавших листьев, что придавало этому месту зловещий вид. Но теперь, вспомнив прошлые жизни, я знала, кем являюсь, и видела, что это место пропитано энергией и силой. И если уж кто-то мог мне помочь найти то, что я ищу, так это хозяин этого дома.
Я велела кучеру подождать и вошла в ворота. Приблизившись к огромной разноцветной витражной двери, я почувствовала, как по моему телу пробежали мурашки. Из всего вокруг: дверей, земли, деревьевпросачивалась очень плохая энергия.
На мой стук никто не открыл дверь, но я чувствовала, что хозяин в доме. Он как будто читал меня. Наконец, с глухим скрипом дверь открылась, и я зашла внутрь.
Эй?
Внутри было темно, но я видела цветаотпечатки, если хотите, тех, кто входил в этот дом до меня. Некоторые люди встретили здесь свою судьбу, и, возможно, меня ждет та же участь. Но единственное, что сейчас имеет значение, это помощь Макариусу.
Я чувствовала, что в этом темном фойе я не одна, и внезапно заметила движение. В темном углу, наблюдая за мной, сидел человек, лица которого мне не было видно.
Пройдемте в гостиную, вдруг предложил зловещий голос. Что ты ищешь здесь, женщина?
Я закашлялась.
Сэр, мне сказали, что вы можете найти то, что ищут люди.
И что же вы хотите найти? Мужа? Потерянную туфельку? в его голосе звучали сарказм и веселье, но я их проигнорировала.
Я хочу найти то, что поможет мне снять проклятье. У меня есть золото.
Какого рода проклятье? спросил он, явно заинтересовавшись.
Проклятье разгневанного отца.
Мужчина усмехнулся, и я ощутила болезненные покалывания в своем позвоночнике.
Дай угадаю. Он недоволен твоим любовным выбором?
Вроде того, кивнула я.
Девочка, послушай, я не нахожу то, что спрятано в задницах недовольных отцов. Но уверяю, что его неодобрениеэто не проклятье, это просто временное неудобство. Прошу тебя уйти.
«Как он смеет?»
Я вам не какая-то наивная девчонка, ищущая способ умаслить своего отца! И если вы так сильны, как о вас говорят, то уже должны были это понять!
Понимая, что напрасно трачу здесь свое время, я повернулась, чтобы уйти, надеясь самой придумать способ спасти человека, который мне дороже всех на свете.
Подожди! уже у входной двери меня остановил хозяин дома. Вернись!
Я вернулась обратно, но мужчина уже не сидел в затененном углу комнаты, а стоял в мягком свете, падающем на его лицо через щель в задернутых занавесках.
«Господи, я знаю его!»
Он выглядел так же, как когда-то Макариус. В моей голове всплыло еще множество воспоминаний о том, как этот мужчина охотился на меня с мечом и как я умоляла сохранить мне жизнь. Я вспомнила, что он брат-близнец Макариуса. Что он порочен и жесток. В нем нет ни единого грамма доброты и света, несмотря на внешнюю красоту и богатство.
«Вот это поворот судьбы!»
И вдруг я поняла, что передо мной призрак. Душа, которая держится за этот мир только благодаря ненависти и злобе. Он так яростно цеплялся за мир живых, что способен становиться видимым для других. Я же видела его во всех смыслах.
Инстинктивно я закрыла свой разум, уверенная, что пришла сюда зря. Я совершила серьезнейшую ошибку, и он убьет меня, как только поймет, кто я.
Я я передумала
Я развернулась, чтобы уйти.
Жаль, ведь у меня есть ответ на твой вопрос.
Я остановилась перед входной дверью, разрываясь между своим спасением и спасением Макариуса. Логика подсказывала мне, что если бы его брат знал, как его спасти, то уже сделал бы это. Только если ключ к его спасению не во мне.
Я повернулась и посмотрела на мужчину, который стоял всего в паре метров от меня и поняла, что узнать менядля него дело пары секунд.
Сколько это будет стоить? спросила я, стараясь не нервничать.
За мой счет, ведь это будет чертовски неприятно.
«Что и следовало ожидать».
Смертьединственный способ покончить с этим проклятьем.
А если проклята душа?
Тогда душа тоже должна умереть. Она должна покинуть этот мир, отпустив все, что, по сути, ей не принадлежит. Но ты и так это уже знаешь, не так ли, Олла?
«Черт, он понял!»
Прежде чем еще хоть слово смогло сорваться с моих губ, мужчина испарился и, появившись прямо за мной, свернул мне шею. Моей последней мыслью перед смертью было то, что я не поцеловала Макариуса на прощание.
«Увижу ли я его в следующей жизни?»
***
«Черт!»
Я резко села, схватившись рукой за шею, снова оказавшись в лесной хижине в пустыне.
«Это всего лишь сон?»
Нет! Уверена, что это воспоминания. Я на самом деле прожила каждую секунду той жизни, дышала этими эмоциями. Они были такими же реальными, как пульсация в моей голове прямо сейчас.
Я осмотрела свои руки, а затем и остальное тело, с которого исчезли даже синяки. Пока пребывала в отключке, я исцелилась.
«Я могу исцелять!»
Именно этот факт из моих воспоминаний запомнился мне больше всего. Я медленно поднялась на ноги, уставившись на лужи крови на полу. Миа и Кинг забрали тела Мака и той женщины. Осознание того, что я убила Мака, обрушилось на меня со всей своей болью. То, что я сделала это нечаянно, никак не оправдывает меня и не уменьшит моих страданий. А когда мне показалось, что в этом смертельном торте не хватает глазури, я убила еще и женщину. Конечно, у меня были на то причины, но черт Я, Теодора Валентайн, своими собственными руками убила двух человек.