По тяжелым удаляющимся шагам я поняла, что мужчина все-таки уходит.
Солнышко, ты меня слышишь? спросила женщина, поглаживая ладонью мою щеку.
Кто ты такая? я пытаюсь сосредоточиться на молодой блондинке, сидящей на краю моей кровати.
Она была одета в коричневую кожаную куртку, а ее волосы были зачесаны назад. Это были единственные детали, на которых я могла хоть как-то сосредоточиться.
Меня зовут Миа. Я свояченица Мака.
Миа из его рассказа?
Но то, что она и правда существует, не делает правдой остальную часть истории.
Что ты делаешь в моем доме?
Нам нужно найти Мака раньше, чем он встретится с тобой.
Чего?
Не поняла
Я знаю, что ты сейчас чувствуешь себя просто отвратительно, но нам нужно знать, виделись ли вы.
Виделись с кем? я решила включить «дурочку».
Повисло молчание.
Мак. Такой высокий блондин с типично американской внешностью, дурацкой улыбкой и множеством татуировок.
Мак, которого знала я, еще ни разу мне не улыбнулся.
Я не знакома с этим парнем, солгала я. Что ты делаешь в моем доме? повторила я.
Если мы не найдем его раньше тебя, то он умрет. И на этот раз окончательно, потому что мы в курсе того, что он снял свое ожерелье.
Что, черт возьми, это значит?
Пожалуйста, Теодора, скажи мне, виделись ли вы?
Я не знала, что ей ответить, поэтому просто решила держать рот на замке.
Возможно, это и были те люди, которых упоминал Мак, сказав, что кто-то его ищет.
В любом случае, это было как-то странно и бессмысленно. Ведь очевидно, что они не знают, что он находится в моем Центре, так с чего они связывают нас?
Почему ты решила, что я его знаю? спросила я. И почему я должна захотеть кого-то убить?
По словам моего супруга, вы знакомы с Маком уже более трех тысяч лет. Ты всегда его находишь, а потом пытаешься убить. О, и ты тоже в него влюблена.
Тоже? У меня опять галлюцинации?
Глава 11
Тедди
Я смотрела на то, как неприлично красивая блондинка по имени Миа (очень, кстати, похожая на Скарлет Йохансон) хозяйничала на моей кухне и ругалась на то, что у меня из еды нет «ничего человеческого». Подогрев консервированный суп и сделав несколько тостов, она стала уговаривать меня поесть, объясняя, что мое плохое самочувствие пройдет, как только я начну принимать правду.
«Принимать правду».
Пффф. Очевидно, эта девушка была под чем-то. Под каким-то хардкорным антипсихотическим средством. Для меня, например, таким средством всегда была текила.
Со мной происходило то же самое, Теодора. Я обещаю, что станет лучше.
В каком смысле то же самое? заинтересовалась я.
Я Провидец. И ты понятия не имеешь, как я рада, что нашла тебя, потому что мы, скорее всего, остались последними Провидцами на земле. Не могу дождаться, когда мы увидим, на что ты способна. О, когда ты начнешь видеть цвета, не бойся, а постарайся просто принять их.
Да, во время нашего сеанса с Маком я видела цвета, проступающие на стене, как на картинах Уорхола, но это был результат перегрузки моей нервной системы. Не видя смысла в споре с больным человеком, я просто кивнула. Вскоре она ушла, обещая вернуться, чтобы проверить мое самочувствие. Миа сказала, что я не должна бояться ее мужа, даже если этот здоровяк будет слоняться у моего дома.
Конечно же. Я ведь не должна испытывать тревогу по отношению к человеку, который всего лишь угрожал меня убить, да еще и говорил, что уже делал это несколько раз раньше, потому что считал меня реинкарнацией Оллы. К тому же он верил в то, что они с Маком были братьями не только в этом мире, но и три тысячи лет назад, в древней Греции.
«Окей».
Я глубоко вдохнула.
Пока одна часть моего мозга верила в то, что Кинг и Миа заслуживают быть запертыми в психушке, потому что они оба были сумасшедшими: онс желанием меня убить, а она, ну с желанием приготовить супдругая часть подкидывала темные и мрачные мысли в мою пульсирующую от боли голову.
В итоге я понимала, что вещам, которые со мной происходили, не найти рационального объяснения. Например, мои сны. Кинг был похож на того мужчину, от которого я убегала в этих снах. Вернее, он не был на него похож. Это и был он.
«Но как это возможно, черт возьми?!»
Лежа в кровати и уставившись в потолок, я не могла перестать думать об этом.
Часы на тумбочке показывали час ночи, и, несмотря на то, что у меня не было под рукой машины, мне просто необходимо было увидеть Мака.
Я встала с кровати и, подойдя к шкафу, вытащила из него длинный темный свитер и черные джинсы. Если у моего дома и правда дежурил тот злобный мужик, единственным шансом улизнуть было проскользнуть через заднюю дверь. Я просто надеялась, что никто не следит за той частью дома, потому что они увереныв таком состоянии я не стану предпринимать попыток куда-нибудь уйти.
Чувствуя себя подобно собаке в раскачивающейся лодке, я побрела в ванную, кое-как вставила контактные линзы, затем схватила свой кошелек и направилась к раздвижным стеклянным дверям. Пока я спускалась по деревянной лестнице к пляжу, мое дрожащее тело бросало в пот.
«Просто дыши, дыши. Все будет хорошо!»
Чтобы вызвать такси, мне придется пройти около полумили, а эта ночь выдалась особенно темной и холодной, не говоря уже о ледяном дожде, капли которого были похожи скорее на иглы. Вытащив телефон из кармана куртки, я вызвала такси:
К парковке у парка Карпинтериа, пожалуйста.
Женщина на том конце провода наверняка решила, что это шутка, потому что парк вечером закрывается. Она еще раз переспросила про время и место.
Да, я знаю, что сейчас двадцать минут второго. Что я могу сказать? Свидание прошло просто ужасно.
Диспетчер сразу же сменила тон на сочувствующий. Мне было стыдно, что я вру и взываю к ее чувству женской солидарности, но отчаянные времена требовали отчаянных мер.
В ожидании такси я начала жалеть, что мой эмоциональный тумблер включился. Я чувствовала страх, замешательство и сотни других вещей, которые вводили меня в ступор. Как люди могут так жить?
Такси подъехало спустя минут пять, а еще через семь я была на пороге Центра. Зайдя внутрь, мне захотелось рухнуть на колени. Если бы не нужно было скрывать свое состояние от ночных охранников, я бы, наверное, доползла до Мака на карачках. Весь запас моей энергии как будто растворялся по мере того, как я достигала цели.
Нагородив кучу нелепых отмазок ночному охраннику о том, как я волнуюсь за одну пациентку, я постаралась пройти остаток коридора с поднятой головой, но, как только мужчина скрылся из виду, мои силы покинули меня, утонув, как камень в воде. Добравшись до палаты Мака, я почувствовала, что только здесь могу сейчас найти убежище. В той палате хранились ответы, в которых я нуждалась. В той палате был Мак, и все дороги вели меня к нему.
Я толкнула дверь, и меня бросило в холодный пот. Палата оказалась пуста.
«Он пропал. Его здесь нет. Вот блядь!»
Потерянная, я все же рухнула на колени, потому что мне было больнее, чем это можно было выразить словами.
«Должно быть, они нашли его. Забрали».
В моей голове как будто прозвучал щелчок, и моя взаимосвязь со здравомыслием и миром, который я знала до сих пор, стала исчезать.
Я убью их! почти что прорычала я. Они будут наблюдать за тем, как я вырезаю их проклятые сердца!
«Господи!»осеклась я.
Никогда раньше я не испытывала таких эмоций. Ярость, ненависть. Внутри меня расцвело осознание того, что я в силах убить любого, кто встанет на моем пути.
Поднявшись на ноги, я сжала кулаки. Все мое тело вновь наполнилось силой и необузданной волей. Волей к тому, чтобы все преодолеть и, если понадобится, крушить все, что встанет на моем пути. И на этот раз меня никто не остановит. Никто, даже гребаный Кинг. Конечно, это было нерационально, но казалось мне более разумным, чем мир, который теперь я видела перед своими глазами.
Зайдя в свой кабинет, я забрала сумочку и ключи от машины, которые пришлось оставить здесь в понедельник, когда мне стало плохо. Я хотела поехать домой. Припарковавшись за несколько кварталов от дома, я бы прокралась к себе и, взяв вещи, отправилась бы искать Мака. Я бы обязательно его нашла. Не знаю как, но я знала, что смогу найти его. Как будто я была магнитом, а он металлом, который неизбежно притянется. Все происходило именно так, как говорила Миа. За исключением моего желания навредить Маку. Потому что мне хотелось обратного. Я хотела его защитить.