Роберто кинул рубашку на пол и сбросил штаны, стоя передо мной высокий, великолепный и сексуальный, как никогда. Тысячи лет не притупили его грубое мужское великолепие и моё восхищение каждым твёрдым дюймом его тела, особенно толстым и длинным посохом. (Да, на этот раз я говорю о его пенисе). А вот его глаза изменились. Когда-то они мерцали жаждой господства и власти, но теперь светились чем-то, что шло из глубины души. Может уверенность в том, что мы созданы друг для друга, в чём он никогда не сомневался. А может, это чувство удовлетворения от того, что мы наконец-то преодолели все препятствия. Или, возможно, это мудрость, которую можно обрести в жизни только путём проб и ошибок. Мне жаль, что я пропустила это путешествие, потому что то, через что прошёл Роберто, сделало его сексуальнее, настоящим мужчиной, который заменил своё огромное эго тем, что гораздо сильнее.
Любовью.
Ты самая настоящая богиня, Симил. Он гордо осматривал моё тело.
«И я вся твоя».
Я развела ноги в молчаливом, откровенном приглашении. Большего поощрения ему и не требовалось. Его глаза потемнели, превратившись в чёрные шарыпризнак того, что Роберто охвачен похотью. Не успела я моргнуть, как он прижался ко мне бёдрами, а налитый член скользил в моё в тугое, горячее тело, вызывая восхитительную волну за волной удовольствия. Роберто не сводил с меня взгляда, и лишь он казался твёрдой скалой среди вихря эйфорических ощущений, переполнявших моё тело.
Ты намного лучше, чем я воображал. Такая горячая и влажная. Мне нужно больше. Он прикоснулся губами к пульсу на моей шее и прокусил кожу.
Я хотела запротестовать, решив, что мой свет поджарит его изнутри. Но когда Роберто начал энергично глотать, высасывая мою кровь, и толкаться в меня членом, лишь я горела от удовольствия. Мне казалось, что он превратил моё тело в один огромный центр наслаждения, жаждущий ласки его сильного тела.
О, боги! О, боги! Я не могла остановить то, что приближалось.
Чувствуя, как сердца бьются в унисон с эротическим глоткам и порочно-сладкими движениям бёдер; видя, как прекрасное, обнажённое тело Робертокаждый мускул выточен до совершенства и покрыт бисеринками потаизгибалось и напрягалось, вгоняя всё глубже и глубже член, я не могла сдержаться. Сильнейший оргазм сотряс моё тело. Роберто ещё раз толкнулся вперёд, вызвав новую лавину наслаждения, и застонал, как дикий зверь, пока изливался в меня. Тяжело дыша, будто только что пересёк полмира и вернулся обратно, Роберто рухнул на меня, уткнувшись лицом в изгиб шеи.
У меня кружилась голова.
Боги, Симил, ты восхитительна на вкус. Ничего подобного я ещё не пробовал. Насыщенный, дымный и сладкий вкус.
Я улыбнулась. Вероятно, у моей тьмы вкус шоколада.
Мы посмотрели друг другу в глаза. И опять. Начало, конец, свет, тьма, счастье, разрушение, вся судьба мира балансирует на кончике иглы. Роберто и я вместе. У него всё хорошо. Я делаю плохо, следовательно, хорошо.
Проклятье, протянула я, мы же гири, балансирующие на весах. Инь и Ян.
Он многозначительно пошевелил бровями.
Мой Инь хочет ещё твоего Ян.
Я запрокинула голову и поморщилась.
Роберто прищурил тёмные глаза.
Что теперь? Пожалуйста, не говори, что ты должна пойти сжечь церковь или ткнуть кого-то в глаз.
Я отрицательно покачала головой.
Нет. Это запланировано на завтра на семь утра. Но нам нужно поговорить
Он прервал меня поцелуем и вновь толкнулся в моё тело. Я задохнулась от грубого удовольствия его вторжения.
Потом поговорим. Он начал двигаться, и на этот раз я увидела звёзды.
***
Пять дней спустя
Мы с Роберто занимались любовью двадцать раз в каждой комнате поместья. Я была чрезвычайно счастлива, что бессмертному телу не нужна пища и что его тело воспринимало мою кровь как гигантский энергетический батончик. Ночи мы проводили за сексом, днём отдыхали, а в промежутках принимали долгие горячие ванны.
На шестой вечер Роберто вытянул длинное, упругое, обнажённое тело поперёк кровати и зевнул, когда солнце скрылось за горизонтом. Я с нетерпением ждала, когда он проснётся, чтобы рассказать несколько незначительных деталей, которые поняла за последние несколько дней.
Привет, милый, сказала я и поцеловала его в губы.
М-м-м-м, добрый вечер, моя богиня. Он перекатился на меня и тут же начал питаться из моей шеи, стонать и, ну, наливаться.
К-хм, вставила я. Милый?
Он зарычал, как дикий зверь, и начал раздвигать мне ноги.
«Держи ноги вместе, богиня. Не сдавайся».
Но он был слишком силён и развёл их, как спелый мандарин. Проклятье. Придётся начать тренировать бёдра. Если бы только уже придумали какое-нибудь приспособление для этого. Если я когда-нибудь найду его, то куплю два. Плюс несколько десятков резервных копий. Потому что, как только Роберто оказывался в колыбели моих бёдер, я становилась совершенно бесполезной.
Я почувствовала, как влажной головкой он скользит между моих складок, и напряглась. Секс и питание, поцелуи и поглаживания, вздохи и стоны начинались и не прекращались до восхода солнца. Я растворюсь в Роберто. Полностью.
«Ну, давай, Симил. Подключи мозг к губам».
Роберто, милый, простонала я. «Сопротивляйся оргазму, сопротивляйся наслаждению, сопротивляйся!» Я должна тебе кое-что сказать. Он застонал, но не отстранился ни от шеи, ни от тела. Слушай, Нармер Роберто. Знаю, это кажется неважным, но «Я» ещё не ушла. Думаю, тебе следует знатьмне кажется, она никогда не уйдёт.
Это правда. В последние дни я видела её несколько рази каждый раз в другой одежде. В более современной и кричащей. Я пришла к выводу, что она никогда не уйдёт. Какую бы цепь событий я ни спровоцировала, все действия только отсрочат конец.
Я сбит с толку этим заявлением, но говори быстро, выдохнул он мне в шею.
Ну, ты был прав насчёт того, что я помогаю Мааскаб и твоему брату Филиппу. И не смогу остановиться. Я знаю, как ты к ним относишься.
Он коротко вздохнул и замер на середине толчка.
Я поклялся стереть их с лица земли. Если ты не можешь творить добро, специально, конечно, я-то могу. Я не несу смерть.
Значит, ты не возражаешь?
Против чего?
Остаться со мной, даже если я буду подрывать все твои устои?
Он улыбнулся с любовью и признательностью.
Нет, любовь моя. Не буду возражать. Пока ты со мной.
Он накрыл мой рот своим и возобновил чувственный ритм, работая языком, членом, руками и телом в одном тщательно скоординированном танце, чтобы выудить каждую унцию удовольствия из моего смертного тела. Я вздохнула с облегчением и расслабилась в чувственном наслаждении, которого, как знала, жаждало это тело.
При условии, что ты согласишься выйти за меня замуж и родить детей, добавил он низким скрипучим голосом.
«Что?»
Он сумасшедший? Ни за что. Я не могу.
Брак это ведь постоянство, а я так молода. Всего-то семь тысяч лет плюс-минус несколько столетий. А дети? О, МОЙ БОГ! С какой стати мне соглашаться на это?
Нет. Я толкнула его, и он упал на спину рядом со мной, но тут же сел и посмотрел на меня.
Почему нет, чёрт возьми?
Из меня ужасная мать. Только представь! Мне постоянно придётся всё делать наоборот. Конечно, малыш, потрогай огонёк! Хочешь поиграть с острым ножом? Окейси.
Симил, не говори глупостей. Я ни на секунду не поверю, что Вселенная захочет, чтобы ты подвергла опасности невинное дитя.
Я бросила на него осуждающий взгляд.
Правда? Но она согласится на конец света? А там погибнут и младенцы и щенки!
Он смотрел прямо перед собой, явно обдумывая вопрос.
Возможно, ты права: Вселенная может быть жестокой, но мы найдём способ всё исправить.
Зная, как сильно Роберто этого хочет, я не могла смотреть на него.
Нет. Я не могу. Это неправильно.
Он лёг рядом и повернул моё лицо к себе.
Тогда, согласно твоим правилам, это именно то, что ты должна сделать, любовь моя. У тебя должна быть своя жизнь. Полноценная жизнь. Со мной.
Я встала и накинула халат.
Я не могу, Роберто. Как бы сильно я тебя ни любила, не могу.
Несколько мгновений он молчал.
Ты боишься. Я чувствую.
ДА! Боюсь.
Именно это я и пытаюсь сказать. Наконец-то я собрала все кусочки воедино. Ты, я, мои видения «Я». Предотвращение апокалипсиса никогда не прекратится. Мы всегда будем на острие иглы, пытаясь удержать равновесие. Один промах, я щёлкнула пальцами, и всё закончится. Мы никогда не познаем мира
Тогда я найду способ, как сложить карты в нашу пользу. Он встал с кровати и обхватил моё лицо руками. Я всё исправлю. А теперь возвращайся в постель, Симил. Всегда такой самоуверенный и самонадеянный. Неужели Роберто всерьёз считает, что может перехитрить Вселенную?
Мы никогда не победим, проворчала я.
Я вампир, и всегда выигрываю. Прошу, произнёс он глубоким, многозначительным тоном. Мой взгляд переместился на мягкие простыни, смятые от постельных игр. Ну же, ласково настоял он. Детей и спасение мира мы можем обсудить позже.
У меня не будет детей
Он оттащил меня к кровати и бросил халат в кучу на полу.
«Коварный фараон».
Хорошо, но мы можем поиграть в простиТутанхамон?
Он усмехнулся.
Предпочитаю хоронить саркофаг.
Отличный выбор, мой фараон.
Эпилог
Перенесёмся на триста лет вперёд, пропустив кучу действительно весёлых и захватывающих деталей в канун Нового 2012 года в Седон, штат Аризона. Поместье Кинича Ахау, бывшего Бога Солнца (Подсказка: действие происходит сразу после того, как вышеупомянутый Бог Солнца находит своего суррогата, и перед тем, как одна Богиня самоубийц встретит своего аппетитного испанца).
Это был очень грязный трюк, сказала я Роберто, когда он запихнул меня на заднее сиденье машины, ожидавшей у дома моего брата.
Он сел рядом.
Вот тот?
Я скрестила руки на груди.
Да.
Но ты же поклялась выйти за меня и нарожать детей
Вынуждена признать, что горжусь своим коварным фараоном. Он знал, как играть грязно. Да, у него ушло три столетия, но он сумел перехитрить меня и загнать в угол. Я поклялась, чтобы спасти брата.
Ты чуть не убил Кинича, запротестовала я.
Он просиял от гордости.
Твой брат всегда хотел стать вампиром. С ним всё будет хорошо. Я дал ему более чем достаточно моейсамого сильного, самого старого вампиракрови.
А ещё самого сексуального и красивого, неохотно признала я.
Верно. И самый сексуальный, самый красивый вампир не может дождаться, чтобы уложить тебя в постель. Я скучал по тебе. Он схватил меня за руку и начал целовать её, поднимаясь всё выше.
Роберто. Я закатила глаза. Мы не можем заняться этим сейчас. Вокруг такой беспорядок.
Он ухмыльнулся с тем высокомерием, которое мне так нравилось, и которого опасалась.
Ты всегда так говоришь, но, в конце концов, всё всегда получается.
Я почесала затылок.
Нет. На этот раз всё иначе.
И это ты всегда говоришь. Он подался вперёд. Поезжай, приказал он шофёру.
О, но на этот раз я говорила очень-очень серьёзно. Что-то пошло совсем не так. Я совершила неверный шаг, сделала то, чего не должна была делать. И не знала, что именно.
Я хочу жениться на тебе, сказал он. Хочу ребёнка. Ты сказала, что такое возможно, если поможет твоя сестра Акна.
Да, но
Симил, я гонялся за тобой три столетия, и время игр закончилось.
Может, и так, холодно ответила я.
Даже не смей передумывать, сказал он. Сделка есть сделка.
Я не собираюсь передумывать. Просто
К сожалению, новость была весьма горькой, и именно поэтому я долго бегала от Роберто.
Скажи ему, Симил! проскрежетала «Я».
В чём дело, голубка? Ты злишься, потому что я снова тебя обманул? Знаю, что моя победа может тебя утомить, но, как ты предрасположена к разрушению, я предрасположен к победе.
Нет! Ты идиот! рявкнула я.
Тогда в чём дело? спросил он.
Скажи ему! крикнула «Я».
Я так и сделаю. Просто заткни свою клоунскую дырку! крикнула я в сторону переднего сиденья.
Роберто с силой стиснул мою руку.
Симил? Проклятье! Верблюжье дерьмо! У меня случилось видение. Менее чем через восемь месяцев боги обернуться против человечества. Я вздохнула. Прости, любовь моя. Мы потерпели неудачу. Каким-то образом я всё равно несу миру разрушение.
Но я думал, что ты отлично продвигаешься в поисках возлюбленных. Кинич, Чаам, Вотан и вскоре Иш Таб.
Я медлила. Нужно ещё девять.
Уверена? спросил он.
Я покачала головой.
Роберто смотрел прямо перед собой на тёмную дорогу. По тому, как ходили желваки на его челюсти, я поняла, что он что-то серьёзно обдумывает.
Не бойся, моя дорогая богиня. Он погладил меня по затылку. Я что-нибудь придумаю. Я спасу нас.
Почему ты всегда так уверен в себе? спросила я.
Мне удалось, наконец, избавить планету от Филиппа и Обскурос, сделав очень глубокую брешь в населении Мааскаб. Почему бы мне не быть уверенным в том, что я сумею предотвратить твоё предательство? Верная мысль. Роберто великолепно разыграл карты. Он знал, что я недавно уговаривала Мааскаб объединиться с Обскуросистинно злобный союз. Как только Мааскаб «вампиризировали» большую часть людей, Роберто выследил Филиппа. И в момент, когда тот умер, все его создания отправились следом, включая большинство Обкабов (Обскурос и Мааскаб)
Я покачала головой.
Я переживаю о Вселенной. Все мои поступкихорошие, значит плохие и наоборотбыли бессмысленными. Она так и хотела крови.
Она мне не соперница, смело заявил он.
Ты сильно в этом уверен?
Очень. В противном случае я бы так не говорил. Я не верю в подставу.
Я хочу тебе верить. И верю. Но это всё намного больше. Как слон с тремя головами, которого мы однажды видели в цирке. Я вздохнула. Этот слон был таким волшебным. Напоминал Минки. Но твои слова не изменят судьбу.
На мгновение задумавшись, он перевёл взгляд на тёмную дорогу.
Хорошо, тогда я не буду говорить, пока не исполню своё обещание. Не буду говорить, пока это всё не закончится.
Ого. Он действительно предан делу. Потому что молчащий мужчина, подобен рыбе, которая не плавает. Или морская черепаха, не читающая запрещённые, порочные стихи о блестяшках. (Не спрашивайте).