Всего за 149 руб. Купить полную версию
Мдаа, вот сука непоняточки. Значит, они скорей всего к северу не пойдут, тут что-то другое. Закончили с колесами? Тогда по коням!
Команду на русском языке понимали уже все. Вскоре «пассажиры» устроились возле окон и внимательно осматривали окрестности.
Кто там? самым глазастым оказался Рез и указал в направлении северо-запад.
Свои, буркнул под нос мужик в песчаной «цифре» и отвлекся на разговор по рации. Такие висели у каждого из южан на разгрузке.
Аксель, пили вон туда, на холм с кустами! Викинг получил от Донахью «ЦУ» и отошел к ящику с пулеметом.
ПАЗик, натужно завывая, смог все-таки забраться самостоятельно на пологий склон и остановился на самом верху, за жидкой выгородкой местного кустарника. Мужчины гурьбой ссыпались из автобуса и начали его тут же маскировать, закрывая видимые части срубленными стволами и ветками. Рыжий в это время с крыши накидывал маскировочную сеть. Викинг вылез на крышу и внимательно осматривал окрестности. Минут через пять он радостно закричал:
Вижу, Рич, давай сюда. Гоу! Две легкие машинки, а это еще что за монстр такой? Шесть колес!
Донахью оторвался от бинокля и энергично зачастил по рации. Внизу, под холмом вопросительно застыли остальные участники засады.
Лендровер Перенти, объяснил позже он, энд ту багги.
Затем Донахью развернул карту, а Серый пальцем ткнул в отметку, выведенную красным.
К переправе идут, к гадалке не ходи! Сейчас как раз повернут к нам.
Неожиданно со стороны северо-востока раздались выстрелы, сначала одиночные, затем зачастили очередями.
Загоняют, мрачно констатировал Аксель и перехватил в руке СВТ, напряженно уставившись вдаль.
Донахью тут-же развернул бурную деятельность, одновременно с кем-то переругиваясь в радиоэфире, распределяя людей и чертя какие-то отметки на карте. Судя по всему, в армии он служил сержантом.
Он сам с Викингом и еще двумя ополченцами убежали на левый, восточный фланг. Мужик с М249 и еще три человека из добровольцев отошли на выступающий гребень холма к северу, у ПАЗика остался пенсионер со снайперкой, Аксель и Руди.
Минут двадцать ничего не происходило, затем неожиданно раздалась гулкая очередь из пулемета, прошелестели, характерные для американских винтовок коротко отсекаемые, очереди. С крыши автобуса также щелкнули два винтовочных выстрела. Аксель громко матюгнулся и быстро слез вниз.
Шериф на помощь пылит! Старикан у нас какой молотокснял пулеметчика на багги, и это на таком расстоянии!
Руди нервно сжимал в руках АКМ и вытирал со лба пот.
Это Викинг сейчас стрелял, я по звуку определить могу. Что там?
Пока не сообщают. Тихо!
Послышались чьи-то шаги и запыхавшееся дыхание. Вскоре из-за кустов показалась красное лицо пулеметчика и еще одного южанского мужичка. Пацаны облегченно вздохнули и оторвали взгляды от прицелов.
Ну, вы чего, мэны? Опознаться не могли? Счас бы пальнули, и мама не горюй!
О, айм сори! Гоу!
Поехали? Аксель зови снайпера вниз, сейчас тронемся.
По рации раздавался знакомый голос:
Это «Майями», вызывать «Коробочка», это «Майями».
«Майями», это «Коробочка», прием!
Ваш статус?
Живые, стреляли в старом русле, за кривым холмом, мы вас видим, двигайтесь на юго-запад.
Поняль «Коробочка». О, кей!
Спереди снова раздались выстрелы, но звуки стрельбы уже понемногу удалялась. Аксель неожиданно резко повернул руль налево и поддал газу, автобус безбожно подкидывало на кочках и выбоинах, он никогда, наверное, так и не летал вне дорог.
Колян, туда! Я их вижу! Тормози!
Из автобуса первыми выкатились молодые парни, в верхний люк неожиданно быстро для его комплекции высунулся пулеметчик и практически тут же начал частить короткими очередями. Руди уже на ходу снял предохранитель с Калаша и бежал между наплывов песка зигзагами.
Кто-то тут есть, Серый, обходи с той стороны!
За ними пыхтели остальные. Пожилым мужчинам было не угнаться за русскими парнями. Аксель осторожно выглянул из-за колючей, как проволока травы и вышел на открытое пространство.
Завалил-таки. Ай, молодца! Слушай, он на латиноса не похож, белый.
Там разные бывают, оружие у него забери. Тихо! За мной! Конопатый уверенно вломился в кусты и вскоре заорал. Лежать, сука, лежать!
Аксель и двое южан тут же понеслись в его сторону и вскоре стояли над лежащим человеком. Бандит, одетый в песчаный камуфляж, отчаянно озирался, жалобно скуля и подвывая. Он держался за набрякшую кровью штанину.
Не убивайте меня, не убивайте!
Бля, наш, что ли?
Какой наш, не видишь чуркабес!
Точно!
Брат, не убивай! Это не я, мамой клянусь, это не я резал. Я простой водитель! Помоги, а, брат?
Не брат ты мнехотел повторить известную фразу Аксель, но осекся, заметив жесткие взгляды американцев. Сука, и сюда приперлись. Что, на Кавказе мало дел было?
Чечен? нехорошо осклабился Руди.
Нет, я аварец! Мамой клянусь. Все расскажу, только не убивайте! Ради Аллаха!
Рич! Говорить хочет, понимаешь?
Донахью коротко кивнул и что-то мрачно пробурчал в рацию. Вскоре на площадке появился старикан-снайпер и достал из холщовой сумки перевязочный материал. Судя по его ловким движениям, в медицине он толк понимал.
И чего же ты тут потерял, даг? Как зовут-то?
Махмуд, пленному уже стянули руки пластиковой затяжкой и ждали шерифа.
Зачем девок украли, к мексиканцам везти хотели?
Нет, я не оттуда.
Колись давай, расскажи все. Ну а мы за тебя слово скажем. На, попей и говори.
Точно скажете?
Базара нет!
Я из Лас-Вегаса, мы там работали.
Работали?
Ну, дела всякие проворачивали, бизнес, имели. Игры, девочки, дурь.
Понятно, Руди и Аксель переглянулись.
Не, мы людей не крали, это в первый раз! Мамой клянусь! Грузин один нам заказ дал. Деньги хорошие давал, очень хорошие!
Что, за женщин так много платят?
Не, за девочек. Им только девочки нужны.
Вот, сука!
Не бей! Мамой клянусь, я не знал, пока сюда не приехали. Здесь людей меньше, уйти легче, узнали про свадьбу, план составили. Не убивай, я скажу, где их спрятали.
Рич, шерифа сюда, быстро. Шнеллер, гоу! Мать его за ногу.
Автобус, осторожно переваливаясь на неровностях, спустился в сухое русло и остановился около группы мужчин, стоявших рядом с пикапом. Впереди раскорячилась разбитая в пух и прах легкая машина, напоминающая багги-переросток, с большими зубастыми колесами и пулеметом на широкой дуге. Позади неё дымился шестиколесный монстр, рядом с ним лежали два трупа, залитых кровью. Два человека в песчаной форме возились с ними, рассматривая и переворачивая убитых бандитов.
Дон, Викинг где?
Джонсон, запыленный с ног до головы, с лихорадочно горящими глазами, обернулся к парням.
О, пацаны, как я рад вас видеть! Вы даже не представляете, какие вы молодцы. Гангстеры, затем он добавил несколько ругательств на разных языках, решили разделиться. Эти пошли на прорыв, он кивнул в сторону разбитых машин, остальные укрылись в ущелье с похищенными людьми.
Как там?
Все закончилось, сейчас едут сюда, Дон помрачнел лицом. Одну женщину из заложниц все-таки убили. Женой была очень хорошего человека.
Бляди! Аксель зло сплюнул.
Если бы не вы, пацаны, жертв было бы больше.
Руди молча подал фляжку, все сделали по глотку, солнце выползло на самый верх и жарило неимоверно. Песок и камни вокруг нагревали воздух еще сильнее. Человек чувствовал себя в этой треклятой пустыне, как уж на сковородке.
Вот чего-то я не пойму. На профи они ни разу непохожи, просто повелись на богатый заказ. Но зачем в Нью-Рино дети?
Что ты сказал? Джонсон слишком резко развернулся, его лицо перекосило.
Да баклан этот аварский нам поведал, что им заказ был именно на детишек, теток взяли, видать, до кучи. Я слышал, что по ту сторону Залива рабство процветает, иногда люди и на этом берегу пропадают, но
Блядство, смачно выругался по-русски Дон. Дочкам Фила шестнадцать и пятнадцать, двум из остальных так же. Одной из работниц семнадцать, она из Гватемалы. Это снова началось.
Что началось? Не темни, Дон!
Американец снова выругался, сделал глоток и сиплым голосом поведал: