Всего за 149 руб. Купить полную версию
Наш человек! Но пиво классное!
Парни, вас вечером приглашают на танцы. Стоп! Дресс код ноу, просто оденьте что-то чистое, будет молодежь и пиво. Руди, дефок не лапать.
А что сразу я? Серый, скажи ему.
Руди, это кантри, по-вашему
Знаем, деревня.
Йес, гуд, с полки пирошок! Если тебя застукают на дефке, придется делать свадьба. Андестенд?
А если не соглашусь?
Закопают где-нибудь, с флегматичным видом сплюнул на землю Джонсон и открыл новую бутылку.
Понял, понял! Веселья не будет. Тоталитарный у вас в Америке режим, Дон.
Все снова засмеялись, Джонсон вторил пацанам. Ему чем дальше, тем больше нравилась эта безумная компания русских парней. Не унывали они никогда и смотрели вперед с оптимизмом. Загадочная славянская душа.
17.05.34 года. Северные территории. Свободная территория Невада. Конверт-сити
О боже!
Не поминай всуе, отрок.
Да пошёл ты, Аксель! О, ёк макарёк, что мы вчера такое пили?
Многое.
Пацаны, как дела?
Как сажа бела!
Понятненько, пивка кому свежего холодного?
Оба корефана разом подскочили с брезентовой накидки, имитирующей им простыню, матрасы же вполне спокойно заменяло душистое сено.
Руди, так бы сразу и сказал. О, какой поистине божественный напиток! Ты сам-то будешь?
Не, я с утреца аперитивчика тяпнул, еще раз ей вдул и попрощался налегке.
Так ты
Лицо Конопатого сияло, как начищенный к празднику самовар. Только что не кипел от удовольствия.
Блин, Рыжий, нас же Дон предупреждал!
Ты чё! Я же с Самантой замутилОна была очень даже не прочь и без предъяв на будущее.
Уф, как хорошо! Викинг поднял все еще не протрезвевшие глаза. Да объясни толком, что было, не тяни кота за яйца.
С тобой все понятно, Руди присел на потертое временем кресло. Тут помню, тут не помню. Ну-ка, дай-ка гляну на тебя. Вроде ничего. Скула не болит?
Так, малёхо, Викинг потрогал обе скулы и скривился от боли. Дрался, что ли?
Ага, какая свадьба без драки? Там два местных ухажера на тебя тянули. Вы же с Марго все танцы друг от друга не отлипали. Сиська к сиське и рука на заднице. Запала она на тебя конкретно, Руди с ехидной ухмылкой наблюдал меняющиеся на лице друга эмоции. Да не боись, ничего у тебя с ней не было! Вроде
Драка-то чем кончилась?
Как чем? Дваноль в пользу России. Ты потом с этими парнями и забухал, да явно чем-то покрепче пива. Ну так всегда бывает в чужой деревне. Аксель сначала с местными пацанами тусил, потом всю дорогу с дедом, что с нами сюда ехал, базарил.
На каком это языке любопытно, тот же в русском ни в зуб ногой? хмуро поинтересовался Колян, выглядел он в целом не лучше своего товарища.
На английском, мой дорогой камрад, и так выразительно вы друг другу что-то втирали.
Сука, ты, рыжий коротко резюмировал товарищ и с ехидцей в голосе спросил. Сам-то что?
Меня Саманта, которая в том баре работает, короче, в гости позвала. Ну а я, как настоящий джентльмен, разве мог отказать даме в невинной просьбе?
Бля, у нас из-за тебя проблем потом не будет? подозрительно взглянул на товарища Рез.
Не, она вдова, и бар этот, кстати, её.
Хопа, какая завидная партия! Накормлен, оттрахан и зенки всегда залиты.
Э, не надо! Я свободный художник
Договорить ему не дали, все просто попадали со смеху. Отдышавшись, Конопатый встал и направился к автобусу.
Пацаны, в пятнадцать выезжаем. Везем стариков в церковь, потом на место гулянки. Форма одежды парадная.
Свадьба не здесь, что ли будет?
Не, но где-то рядом. Так что подъем, надо еще салон освежить! Серый, ты сиденья помыл? Я тогда покеда к Саманте сбегаю, бутылки и корзинку отдам.
Викинг посмотрел вслед шустрому товарищу и покачал головой.
Ну да, бутылки он сдаст. Шары опять подкатит. И откуда, скажите на милость, в этом мелкосраком столько энергии?
Сама церемония пацанов особо не впечатлила. В любой русской деревенской церквушке выходило намного тожественней. Золоченый иконостас, бас приходского батюшки, общая торжественность момента. Набегающая внезапно откуда-то из глубины души посконная религиозность, заставляющая совершенно искренне отбивать поклоны и креститься, не переставая. Почему-то именно в такой момент ощущаешь себя русским, тем, кто жил всегда на этой земле, работал и умирал на ней. Жаль все это продолжалось мгновения, уступая место общей циничности жизни.
Тут же вышел вперед какой-то невзрачный мужичок, как оказалось позже, вовсе и не священник, сказал пару слов. Невесту в офигенно дорогом платье, наверняка привезенном «из-за ленточки», вывел к амвону папа. Жених был заметно старше её, но крепкий и очень даже симпатичный. Затем крики, поздравления, все, короче, как у всех.
Уже на улице к Резу подошли два высоких блондина и весело его поприветствовали, у одного из них на левом глазу сиял тщательно замазанный кремом синяк. Видимо, это и были те парни, с которыми он ночью подрался, а затем с ними же надрался. Южанские пацаны тут же предложили новоиспеченному корешу тяпнуть чего-то опохмелительного, но Серый как-то сумел отнекаться.
Столы с угощениями были выставлены прямо на деревенской улице, в тени садовых деревьев и натянутых между ними матерчатых пологов. Тут уже пацанов взяла в свои крепкие руки Дона Мария. Похоже, что она и была здесь самой главной Доной. Во всяком случае, все мужчины с ней весьма почтительно здоровались, некоторые даже были милостиво подпущены к ручке. Дона тщательно следила, чтобы у ребят всегда что-то лежало на тарелках, в бокалах ничего крепче вина налито не было, знакомила их со своими многочисленными родственниками и знакомыми. То есть изображала настоящую южную хозяйку.
Чудесным образом за столом прямо напротив Викинга оказалась Марго. Тетушка Мария тут же представила их друг другу и очень сильно нахваливала девушку. «Красавица, умница, спортсменка, комсомолка, или что у них было вместо этого?». В конце своего спича Дона глубокомысленно добавила, что через год Марго может уже выйти замуж и за нее дают неплохое приданое. Викинг сидел, красный как рак, Руди же не смог упустить момента постебаться.
Все, попал ты, Серый! Станешь у тетушки любимым родственником. Как там у них обзывают мужа внучатой племянницы? Эй, Дон!
Вечером, когда стало заметно прохладней, начались танцы и песни. Приглашенный на свадьбу ансамбль «Народных невадских инструментов» выдавал на-гора нечто весьма забойное, пару раз даже классические рок-н-роллы сыграли. Аксель и Руди учили всех желающих русских народным песням, почему-то присовокупив к ним кроме классического «Ой, мороз, мороз», «Батяню комбат» и хит девяностых «Как надену портупею, так тупею и тупею».
Викинга же весь вечер от себя не отпускала Марго. Девушка была в необычайно красивом платье красного цвета, в черные волнистые волосы вплетены алые розы, губы также подчеркнуты неяркой помадой, темные с поволокой глаза оттенены грамотно наложенными синими тенями. Девушка явно любила себя и умела показать во всей красе. Блондин часто краснел даже сквозь загорелую кожу, а его штаны временами подозрительно оттопыривались. Вот на хрена ему этот спектакль?
Затем за густыми кустами они долго целовались. Парень чувствовал под руками желанную мягкость свежего девичьего тела, и если бы поцелуи продолжились немного дольше, то вряд ли он выдержал натиск знойной южанки. Хорошо, что девушку кто-то настойчиво позвал к столу, да и Сереге вспомнился красноречивый жест Джонсона, когда тот показывал, что ему отрежут, случись что. Чтобы немного выплеснуть пар, и остудить тело пришлось пойти на площадку и научиться танцевать нечто ковбойское и замысловатое. Оказалось, что и в Саутвесте полным-полно собственных танцев и песен. Народное тварчество!
19.05.34 года. Свободная территория Невада. Предместья городка Конверт-сити
Где-то на чердаке вспорхнула потревоженная птица, если можно было так назвать новопланетное зубастое чудище подобием таковой. Сверху посыпалась труха, поднялась пыль, тут же демаскировав пучки солнечных лучей, пробивавшихся сквозь стены старого сеновала.
О-хо-хо! Аксель перевернулся со спины набок и попытался продрать глаза. Пацаны, где это мы?
Просыпайся, соня, кофе будешь? донеслось откуда-то с улицы.