Всего за 149 руб. Купить полную версию
Разрывая мёртвую тишину, по деревьям вокруг пробегает шелест. Волки отзываются рыком, на загривках вздыбливается шерсть. Они занимают вокруг нас круговую оборону. Скалятся. Но на кого?
Вцепившись в носильщика, разглядываю сумрак под деревьями. Вскоре там вспыхивают изумрудные искры глаз. Мелькают сумрачные тени. В лучах лунного света, пробившихся сквозь кроны деревьев, вспыхивает светлая шерсть.
Три пары глаз начинают подниматься, и из темноты выходят три блондина. Все как один зеленоглазые красавцы, только средний дядька в возрасте, я рядоммолодые парни. Как я понимаю, ещё одни кандидаты в мужья для одной внезапной лунной жрицы.
Свэл, седой выступает вперёд, давай без глупостей. Силы равны, наша драка ни к чему хорошему не приведёт.
Знаю, отвечает старший блондин. Как я вижу, жрица ни к кому не привязана. Я требую её отдать, так как моя стая должна получить следующую, а эта получается следующей после той, что назначили Лутгарду.
Очерёдность не всегда прямая. Седой касается моей лодыжки тёплыми жёсткими пальцами. Твои претензии безосновательны, на жрице метка моего сына, она под защитой нашей стаи. И если уж на то пошло, то мы в очереди сразу после вас.
На ней ещё метки Лутгарда и Тэмира. Свэл не двигается, даже не моргает, от его взгляда физически холодно, хотя смотрит он на Седого. Ваши права на неё не чисты. Я требую отдать жрицу нам как следующим в очереди.
А меня спросить не хотите? Крепче сжимаю камень. Если надо будети этого огрею.
Свэл и его сыновья не удостаивают меня взглядом.
Как видишь, жрица не хочет идти с вами. Седой закрывает меня собой. Мы её не отдадим.
Это твоё последнее слово, Златомир?
Да. Но я готов выплатить вам достойную компенсацию за то, что вы уйдёте без боя.
Свэл склоняет голову набок:
Нет такой компенсации, которая стоит лунной жрицы.
Влад приземляется на все четыре лапы, рычит. Седой Златомир медлит, да и блондины в волков не обращаются. Значит, есть возможность договориться?
У вас не хватит сил её отнять, предупреждает Златомир, волосы на его голове вытягиваются в шерсть.
Хоть бы меня кто спросил, что я хочу.
Согласен, у нас не хватит. Свэл молниеносно прокусывает запястье и вскидывает к сияющей луне окровавленную руку. Я требую справедливости лунного князя!
Интересно, этот их князь тоже меня покусает?
ГЛАВА 4
Меня и дальше несут по лесу, с одной стороныЗлатомир с Владом, с другойСвэл и один из его сыновей. Эти красавцы из-за светлой кожи, белых волос и сияющих глаз больше похожи на призраков, чем на живых существ. А когда оказываются на фоне разрывов пространства, ощущение нереальности усиливается в разы.
Идут в молчании и беззвучно.
Появление волков слева вызывает у Влада тихое рычание, но один короткий взгляд отцаи он умолкает. От той группы отделяются два волка и превращаются в кудрявых темноволосых юношей с жёлтыми глазами. Приближаются к центру странной процессиико мне.
Разглядывают внимательно, беззастенчиво, и я невольно прикрываю искусанное плечо ладонью. Чуть более высокий юноша, пристально глядя мне в лицо, вкрадчиво сообщает:
Мы можем взять вас под свою защиту и до конца дней выплачивать солидную компенсацию. Вам достаточно лишь укусить меня.
Пока новая жрица изъявляет желание только бить, ворчит Влад. Хотите попробовать?
Златомир недовольно косится на него. Тот умолкает. Но, может, просто сказать нечего.
Деревья редеют, постепенно переходят в поле. С сухостоем, о который некоторые яйца закаляют.
Спины многочисленных оборотней лоснятся в лунном свете.
Со всех сторон к нам приближаются группы волков. Их вожаки поднимаются, превращаясь в обнажённых крепких мужчин. И все эти мужчины скапливаются вокруг меня, предлагают деньги, драгоценности, много мяса. Догнавший нас Тэмир доверительно обещает:
Если останешься со мной, обещаю по первому же требованию хорошо удовлетворять тебя как женщину.
Кудрявый хмыкает:
А потянешь?
Несколько оборотней усмехаются, и у Тэмира гневно трепещут ноздри.
Кругом голые, но это ни капли не похоже на нудистский пляж, скорее уж на кастинг порноактёров. От них исходят флюиды сексуальности. И запахзвериный запах становится удушающим.
Мужчины вышагивают, косятся друг на друга недовольно, некоторые скалят зубы.
А у нас в стае женщинам разрешены отношения с несколькими мужчинами, вдруг пронзительно смотрит на меня желтоглазый шатен. Любой может стать твоим на ночь или на несколько лет, а яна всю жизнь.
Похоже, лунные жрицы очень ценные. «Домой не отпустят», вздыхаю я.
Смотрю на тёмный выступ на горизонтето ли холм, то ли скала наподобие той, где сидел Акелла. А яженская версия Маугли, только не сожрать хотят, а в жёны взять.
Тихий ропот подобен дуновению ветра. Сбоку какое-то шевеление: это серые волки вливаются в поток оборотней. Самый большой из них идёт к нам, превращаясь в Лутгарда. У него такой взгляд, что даже окружающие меня голые качки надёжной защитой не кажутся.
Яйца битые, а походка гордая, замечает кто-то.
И серьёзные брутальные оборотни неожиданно звонко и легко смеются. Лутгард чуть не спотыкается, но продолжает шагать к нам.
А что случилось-то? шепчет кто-то, и ему шёпотом отвечают:
Его эта человеческая девчонка избила. Развесил перед ней муди и получил так, что доктора вызывать пришлось.
И даже не стыдно, нет.
Лутгард, встав на нашем пути, загораживает тёмную скалу:
Она моя.
Это решит князь, ледяным тоном извещает Свэл. Ему выскажешь притязания. В том числе и на компенсацию за физический ущерб.
На этот раз все эти серьёзные страшные мужчины откровенно ржут, да и некоторые волки по бокам подозрительно пофыркивают.
Краем глаза вижу, как Лутгард стискивает кулаки, а от его взгляда становится настолько не по себе, что вжимаюсь в носильщика. Скорее бы уже этот князь показался и что-нибудь решил.
***
Над угольно-чёрной трапецией скалы луна сияет ярче, мерцает в белом материале венчающего скалу трона с круглой спинкой. Пространство у подножьяутоптанная земля. Волки культурно сидят секторами, разделёнными узкими проходами. В некоторых секторах шкуры у всех однотонные, в некоторыхпестрят и чёрным, и белым, и бурым, и серым.
А я стою впереди них, как конвоем окружённая голыми мужчинами, самый низкий из которых на голову выше меня. Их близость давит физически, пусть они и отступили на пару шагов.
Ждём. Наверное, прошло полчаса. Может, больше.
Я уже трепещу. Звериный запах не пугает, пугают вопросы: не попробует ли убийца жрицы от меня избавиться? А вдруг сам лунный князь решит, что меня надо не замуж, а убить, чтобы не портила оборотням кровь?
И вроде прохладно, а от страха бросает в жар.
Ну где же князь? Понимаю, начальство не опаздывает, оно задерживается, но скорее бы узнать свою судьбу. Неизвестность мучительна. И не только для меня: матёрые волчары тоже дёргаются.
Взгляд Лутгарда обжигает. Смотрю на круглый трон, но кожей чувствую жгучую ненависть избитого оборотня.
Только бы лунный князь не отдал меня ему.
Когда же он появится?
У меня ноги затекли.
И Лутгард снова испепеляет взглядом. На меня волной накатывает жар и тревога, сердце учащённо стучит.
Шумный вздох-шелест пробегает по стаям, и мир замирает. Только по моей спине ползают мурашки. Тяжело сглатываю, и этот звук кажется оглушительным.
А потом над скалой начинает всходить вторая луна.
Серебристо-белое сияние пронизывает полупрозрачный трон, и он усиливает это сияние.
Луна всходит, отступает в сторону, обходя трон.
Источник яркого света усаживается на сидение.
Вверхуогромная луна.
На скалелуна поменьше.
А внизу мыжалкие и маленькие. Конвоиры стоят на коленях, а волки позади нас лежат, уткнув морды в вытоптанную землю.
Мне тоже надо поклониться? Кажется, да, но не могу оторвать взгляд от сияющего существа. Как у него так получается?
Вдруг осознаю, что пальцы у меня дрожат и колени тоже. Так тревожно. И хорошо. Шквал невообразимых противоречивых чувств накрывает меня, пронизывает каждый нерв, заставляя стискивать камушек, моё единственное оружие. Хочется смеяться и плакать, упасть ниц и плясать от радости.