Всего за 149 руб. Купить полную версию
На меня не обращают внимания. Осторожно ощупываю землю вокруг. Это лес, должна здесь быть какая-нибудь палка, камень, хоть что-нибудь, что можно использовать как оружие.
Не боитесь, что в следующем распределении вам за это убийство жрицы не перепадёт? Седой не шевелится, его голос тоже спокоен, словно они о пустяках говорят.
Только волки рычат.
Пальцы натыкаются на что-то продолговатое и холодное. Камень. Так, у собак уязвимы глаза, но камень туповат, да и промахнуться легко. Ещё вроде нос чувствительный
Нам в ближайшие годы новую жрицу и так не получить, отвечает коварная брюнетка. А ко времени нашей очереди лунный князь уже успокоится.
Стиснув камень, ударяю чёрного волчару в нос. Клыки проскальзывают по обслюнявленной шее, клацают. Чёрного волка сметает бурый, оцарапав мои колени когтями. С рыком и визгом оборотни катятся по земле. Я отползаю от вскинувшей когтистые руки брюнетки, но её валят два мохнатых тела, застывают с оскаленными зубами. Жутко выглядит. Теперь на неё тоже капает слюна.
Жду, что другие волки вмешаются, но они лишь окружают сражающихся. Седой спокойно наблюдает, как бурый волк дерёт чёрного. Сжимаю камень до боли в суставах. С таким «оружием» не повоюешь, но всё же
Бурый волк выворачивается из клубка с чёрным и, подпрыгнув, наваливается на врага, хватает зубами за шею.
Хватит! гремит голос седого. Отпусти его, Влад.
Фыркнув, бурый волчище царственно сходит с помятого соперника и вышагивает ко мне. Готовлюсь бить в чувствительный нос, но зверь поднимается на задние лапы и быстро превращается в молодого дерзко красивого шатена.
Голого, да. Зато сразу можно оценить и солидную мускулатуру и все прочие достоинства.
Опустившись передо мной на колено, шатен протягивает руку. Его глаза гипнотически фосфоресцируют. Он пахнет зверем.
Приветствую вас, прекрасная дева, на землях моего нейтральных землях. Моё имя Владислав, почту за честь считать вас своей гостьей.
Больше всего хочу рвануть в лес, но от стаи волкова их тут десятка трине убежать.
А у вас принято гостий кусать? нервно уточняю я.
Влад стремительным движением притискивает меня к себе, впивается зубами в многострадальное плечо. Прежде, чем вспышка боли парализует меня, успеваю треснуть Влада камнем в висок.
Падаю вместе с ним и, вот честно, хочу в обморок, но просто лежу на травке под голой тушкой очередного кусателя. Придавленная двумя волками брюнетка начинает хохотать.
Седой нависает надо мной грозной тенью со сверкающими глазами. Ожидаю рыка, но он задумчиво изрекает:
А человеческие девушки за последнюю сотню лет изменились
Смех брюнетки заразительный, я тоже начинаю подхохатывать. Истерический смех распирает изнутри.
Судорожно вздохнувший Влад приподнимается, растерянно смотрит на меня, на седого, снова на меня. И потом так возмущённо уточняет:
Она меня ударила? Человеческая девушка? Меня?
Истерика окончательно берёт верх, и я хохочу до боли в животе.
***
Брюнета с брюнеткой оставляют в лесу. А меня берёт на руки очередной голыш и под присмотром седого и Влада несёт дальше. Этому я уже сопротивляться не могу. Хотя до этого, когда чуть успокоилась и сидевший рядом Влада приказал:
Кусай.
Ответила твёрдое:
Нет.
Почему? нахмурился он. Разве я не непреодолимо привлекательный мужчина?
А вдруг меня кто-нибудь более привлекательный спасёт? Хочу рассмотреть все доступные варианты.
Не умею я маньяков в заблуждение своей кротостью вводить.
Седой тогда засмеялся, буркнул:
Волчица.
Человек, сварливо напомнил Влад.
Может, домой отпустите? я жалобно заглядывала в их светящиеся глаза.
Нет, ответил седой так, что сразу стало ясно: просить бессмысленно.
И вот теперь меня несут через лес неизвестно куда. Новых спасителей пока не видно. Может, появятся, когда меня к очередной койке прикуют?
Расслабиться и уснуть не удаётся.
По пути несколько раз замечаю в земле и даже в самом воздухе рваные дыры во тьму, расцвеченную спиралями и завихрениями галактик. Возле особенно крупного разрыва, отсёкшего верхушку громадного холма от его основания, не выдерживаю молчания:
Скажите, пожалуйста, а что это такое?
Влад выше вздёргивает подбородок, всем видом демонстрируя нежелание общаться со всякими там человеческими женщинами, не оценившими его дивной привлекательности. А вот седой, заметив эту реакцию, улыбается и спокойно поясняет:
Когда-то давно, когда Землю населяли Высшие сущности, которых вы именуете языческими богами, им стало тесно, и они решили удвоить владения, но что-то пошло не так, Земля раскололась на три мира. Вы родились и жили в Сумеречном мире, самом целом, но лишённом магии. Мы сейчас в Лунном мире. Здесь всегда ночь, всегда луна. И обитают те, кого принято называть созданиями тьмы. Существует и обратная сторонаСолнечный мир, там живут существа света, всякие там сильфы, эльфы, ящерицы крылатые.
Соображаю. Хмурюсь:
Но если здесь всегда ночь, а там, в Солнечном, свет, то как здесь и там может что-то расти? Там, наверное, жарища страшная. А здесь должно быть холодно. И пустыня. Тут и там должна быть пустыня, а здесь трава, деревья, но они не могут без солнца, без процесса фотосинтеза.
Совершенно верно, кивает Седой. И Лунный мир и Солнечный получает ресурсы от вашего Сумеречного. Эти деревья и трава растут здесь только потому, что получают солнечный свет, существуя и в Сумеречном мире, и в Солнечном. Лунные и Солнечные правители и их верные жрицы соединяют три мира, позволяя им жить, а нам путешествовать между ними.
Отец. Влад недовольно коситься на него, но Седой слегка вскидывает руку, и тот опускает голову, гневно раздувает ноздри.
Я думаю, имеет смысл всё рассказать. Впервые за два столетия было совершено самое страшное преступление: убита лунная жрица. Она должна была стать женой Лутгардатого, которого вы так кроватью обработалии уйти в его стаю.
А быстро у них новости распространятся
Но она убита, её сила оказалась у вас. Поэтому Лутгард считает вас своей собственностью. Седой отводит низко склонившуюся ветку тополя и пропускает несущего меня оборотня. Не в ваших интересах оставаться с ним: его стая очень патриархальна, позволяет надевать на волчиц ошейники. К тому же одна из самых нетерпимых к простым людям и полукровкам, для них вы нечто вроде мебели. Дорогая вещь.
Ну Отношение ко мне там и впрямь было не очень.
Мы вас отняли у Тэмира и его сестры Кары. В их стае у женщин больше воли, но сама стая маленькая и недостаточно состоятельная, чтобы обеспечить достойную жизнь. И к людям они относятся крайне пренебрежительно.
А сейчас он начнёт рекламировать свою стаю
Мы намного богаче. Сотрудничаем с Сумеречным миром, поэтому отношение к людям у нас лояльнее, чем в любой из подлунных стай. У меня трое свободных сыновей, не только Влад.
Влад отзывается утробным рыком. Не обращая внимания, Седой продолжает:
Можете выбрать в мужья любого, кто придётся по нраву. Уважительное обращение гарантирую.
А почему сразу замуж?
Пока жрица свободна, её можно украсть и браком вне очереди связать с любой стаей. По закону супругами жриц становятся только представители правящего рода. Вы должны понять: в отличие от других стай, мы готовы воспринимать вас как полноценную жрицу. И мы достаточно состоятельны, чтобы холить вас и лелеять.
Ну-ну. Это вы сейчас так говорите, а потом привяжете браком, запрёте в подвале и забудете о своих прекрасных обещаниях. И ещё вопрос, действительно ли эта стая самая продвинутая. Может, у них там патриархат цветёт и пахнет.
Как же мне вся эта ситуация не нравится. Хоть бы ещё кто «спасать» начал, чтобы появилось время подумать.
А почему не принуждаете к браку силой? Мой голос звенит в мёртвой тишине леса. Оборотни шагают беззвучно. Почему подкупаете, когда можно заставить?
Согласие, данное под действием боли, можно оспорить, улыбается одним уголком губ Седой. Особенно если дело касается лунной жрицы.
Надеюсь, что так. Нет у меня желания с этими нудистами связываться.
Седой резко останавливается, как и вся его стая.