Всего за 299 руб. Купить полную версию
Джон все еще держал бумаги в руках, не зная, куда их деть. Наконец он положил их на тумбочку, рядом с гонгом на подставке из слоновой кости, а потом сел за стол, нервно дергая ногой.
Пока профессор пытался совладать с собой, Роберт осматривал кабинет. Это была его любимая комната в доме. Окно в дубовой раме и остекленные шкафы напоминали о витринах в «Часовой лавке Таунсендов». В дальнем конце кабинета на каминной полке стояла маленькая медная урна, а над камином висел портрет в большой золоченой раме. Улыбчивой женщиной на портрете была мама Лили, Грейс Роуз Хартман. Она погибла, когда девочке было всего шесть лет. Роберту нравилось смотреть на ее доброе и понимающее лицо.
Папа Роберта так и не рассказал ему, почему мама их бросила. Она уехала, когда мальчику было три. Когда Роберт вырос, он был так зол на нее, что никогда не спрашивал о ней у Тадеуша, мальчику хватало и отцовской заботы. Но сейчас, после его смерти, Роберт остался совсем один.
Профессор наконец собрался с мыслями. Он подался вперед и внимательно посмотрел на Роберта.
Боюсь, начал он, мы не получили ответа по объявлению о поиске твоей мамы в «Механическом вестнике». Полиции тоже пока не улыбнулась удача. Я поспрашивал в деревне там все ужасные болтуны, но о Селене никто ничего не знает. Никто, кроме священника. Он помнит свадьбу твоих родителей, и я подумал, что смогу найти девичью фамилию твоей мамы в архивах церкви. Но, листая книгу регистрации браков, я обнаружил кое-что очень странное Там нет страницы, на которой должна была быть запись о свадьбе твоих родителей. Ее вырвали.
Роберт наклонился к нему:
И что же это значит?
Это значит, что кто-то нарушил закон, пытаясь скрыть девичью фамилию твоей матери.
Роберт глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла. Одно расстройство!
Как странно, сказал он наконец.
И я так думаю, согласился Джон. Может, ты помнишь о ней что-нибудь? Такое, за что можно зацепиться?
Мальчик глубоко задумался. Было кое-что.
Кажется, папа рассказывал, что, когда они познакомились, мама разговаривала с духами Играла в театре.
Как странно, сказал он наконец.
И я так думаю, согласился Джон. Может, ты помнишь о ней что-нибудь? Такое, за что можно зацепиться?
Мальчик глубоко задумался. Было кое-что.
Кажется, папа рассказывал, что, когда они познакомились, мама разговаривала с духами Играла в театре.
Какая-то дикость. Неужели папа мог такое сказать? Тем не менее Роберт ясно помнил эту деталь.
На самом деле, сказал он Джону, папа мало о ней вспоминал после того, как она ушла. Ну и правильно: чего о ней говорить это же она нас бросила, а не мы ее. Вот только почему он завещал ей лавку?
Не знаю, вздохнул профессор. Ну, по крайней мере, у нас появилась новая зацепка. Но, честно говоря, я не особо надеюсь распутать это дело. Видимо, Селена или ее сообщник уже давно скрывает свое местоположение. Он откашлялся. Забавно, конечно Я ведь и сам прячу свою семью. Может, с Селеной когда-то тоже приключились неприятности, из-за которых ей приходится скрываться.
История Селены казалась все более загадочной. Неужели Джон прав, и мама исчезла не случайно, а пыталась спрятаться от неизвестной беды? И как тут узнаешь правду
Так или иначе, Роберт, как бы мы ни старались, в отсутствие новой информации мы мало что можем сделать, заключил профессор.
Мальчик заерзал на кресле.
И что же это значит?
Полагаю, это значит, что ты стал сиротой, вздохнул Джон. Но у меня есть решение этой проблемы
Какое, сэр?
Профессор улыбнулся, и глаза за очками-полумесяцами заблестели.
Роберт, мой мальчик, прошу: никаких больше «сэров». Ты можешь называть меня Джоном или Он смущенно кашлянул. Или даже папой, если хочешь. Мы же почти семья. Об этом я и хотел поговорить С практической точки зрения То есть Я много думал о твоем положении с тех пор, как твой папа с тех пор, как погиб Тадеуш и пришел к выводу, что для всех нас, для Лили и для тебя, будет лучше если я если я тебя усыновлю. Что скажешь?
Усыновлю.
Роберт даже вздрогнул так неожиданно было это предложение. Он до сих пор еще не свыкся с новой жизнью в поместье Бракенбридж. А если его усыновят, ему придется всегда вести такую жизнь
Джон, Лили, да и все остальные так добры к нему. И дом у Хартманов замечательный Но, судя по тому, что с ними всеми приключилось, жизнь непредсказуема и может круто перемениться в любой момент Не разумнее ли будет оставить все как есть?
Роберт открыл рот, собираясь ответить, но Джон жестом остановил его.
Можешь не отвечать сразу. Я поговорю с юристом в Лондоне, и тогда, если ты решишь стать частью нашей семьи, мы подготовим нужные документы.
Профессор облегченно выдохнул, будто наконец сказал все, что хотел.
Роберт не знал, что ответить. Слова вертелись у него на языке, но он не мог их произнести, не мог заполнить звенящую тишину. Он очень любил профессора так же сильно, как и Лили. Они действительно почти семья. Но слишком уж заметна эта стена между ними это почти.
Понимаете, сэр начал Роберт и сразу же запнулся, вспомнив, что мог бы назвать его просто Джоном. Я Я бы хотел, чтобы вы меня усыновили, но Но я все еще не смирился с потерей папы. Я не хочу показаться неблагодарным, просто