На этот раз Эл поднял взгляд. На нем не было очков, а волосы свисали до самых глаз. Без очков его глаза выглядели слабыми, лишенными фокусировки; он поглазел туда и сюда полуслепым взглядом, а затем вернулся к торгам. Размашисто и неестественно двигая пальцами, он разорвал чек, разбросал клочки, достал бумажник и начал выписывать новый чек вместо старого.
Старик, хихикая, повернулся обратно к стойке и взял свое пиво. Что за бизнес для Эла Миллера, думал он. Идеальный бизнес. Пес, тычущий носом цветные шарики в барах; а Эл мог бы ходить вслед за ним со шляпой в руках. Значит, подумал он, пес может пойти в колледж вместо Эла.
Эй! крикнул он, снова поворачиваясь. Но его голос затерялся в общем шуме. Он может ходить в колледж вместо тебя и получить ту самую степень.
На этот раз Эл его услышал; он увидел старика и приветственно помахал ему рукой.
Соскользнув со своего места у стойки, старик стал осторожно пробираться через толпу народа, направляясь к кабинке. Расслышать чтолибо и впрямь было трудно; даже достигнув кабинки, он не мог разобрать слов Эла. Держась рукой за стенку кабинки, он наклонился, приблизив свое лицо к лицу Эла.
Я тебя не расслышал! крикнул Эл.
Отправь этого пса в колледж! сказал старик, хихикая над тем, что говорит, над тем, что придумал. Вместо себя! Он подмигнул Джули, но та смотрела мимо него.
Эл сказал:
Черт, я покупаю его, чтобы его убить. Ненавижу эту проклятую тварь. Он омерзителен.
Вот тактак, сказал старик, продолжая смеяться. Он топтался рядом с ними какоето время, но никто не обращал на него внимания; они были слишком увлечены своей сделкой.
Это Тути Дулитл, вскоре сказал Эл, представляя ему негра, который на мгновение поднял взгляд и сдержанно кивнул. Мой родственник.
Старик чтото пробормотал, но руки не протянул.
Я, пожалуй, пойду, сказал он.
Они не пригласили его присесть. Теперь его смех улетучился. Все это не казалось таким уж забавным, и он чувствовал усталость. Мне еще надо пойти в мастерскую и поработать, вспомнил он. Нечего мне здесь торчать, да и какого черта, если они не предложили мне сесть.
Пока, сказал он.
Эл кивнул, и старик пошел прочь.
Я все равно не стал бы садиться, подумал он, толкая дверь и ступая на холодный тротуар. Когда он шагал к своей припаркованной машине, его овевал свежий воздух. Он сделал несколько глубоких вдохов, и голова у него сразу же прояснилась. Черт, подумал он, когда это я садился с неграми?
Он завел машину и, проехав квартал или около того, остановился у своего гаража.
Вскоре он лежал под «Студебеккером», один в сыром полуосвещенном здании, где тишину нарушало только радио на полке. Что такое я здесь делаю, подумал он, начиная снимать поддон картера. Лежа на спине, под машиной один в мастерской, и никто даже не знает, где я. Для чего все это?
Но он продолжал откручивать болты. Трудясь на износ. Это чтобы тот парень смог забрать свою машину завтра? спросил он у самого себя. Чувство долга по отношению к моим старым клиентам? Может, и так. Он не знал. Знал он только одно: у него не было другого места, куда бы он мог пойти, где бы мог находиться. Фактически никакого вопроса и не было, потому что он явился сюда непреднамеренно: он приехал сюда потому, что всегда сюда приезжал. Когда нечего было смотреть по телевизору, или когда Лидии не было дома и не с кем было поговорить, или когда в клубе «ДиньДон» было довольнотаки скучно.
Поработаю с часок, решил он. А потом позвоню домой, проверю, вернулась ли Лидия. Много времени эта работа не займет.
Глава 4
Элу Миллеру казалось совершенно очевидным, что вскоре ему придется распроститься со своей стоянкой. Его участком завладеют с какойнибудь грандиозной целью: новый хозяин снесет автомастерскую и воздвигнет супермаркет, или мебельный салон, или многоквартирный дом. Уже несколько лет в Окленде и Беркли действовали по такому шаблону. Сносили старые здания, даже церкви. Уж если старые церкви пускали под снос, то, конечно, не миновать этого и мастерской Фергессона. И «Распродаже машин Эла».
В подавленном настроении поехал он на следующий день по СанПабло в риелторскую контору, к женщине, с которой имел дело в прошлом. Миссис Лейн была негритянка: он познакомился с ней через Дулитлов. Это она раздобыла для миссис Дулитл несколько ее доходных домов. Она специализировалась на недвижимости в не предназначенной только для белыхи, добавил он мысленно, захудалойчасти Окленда. Он понимал, что не может рассчитывать на нечто лучшее. Чем была стоянка для подержанных автомобилей, как не олицетворением той части Окленда, что не «только для белых»?
С такими мыслями он вошел в «Недвижимость Лейн» и приблизился к лакированному дубовому прилавку. Справа от него, на столе, располагался горшок с каучуконосом, повязанным шафрановым бантом. Рядом с горшком лежала стопка газет «Сатердей ивнинг пост» и стояла пепельница. Все оборудование конторы составляли письменный стол, пишущая машинка и висевшая на стене карта ИстБэя. Миссис Лейн сидела за столом и печатала, но, как только заметила его, встала и подошла, улыбаясь, к прилавку.
Доброе утро, мистер Миллер, сказала она.
Доброе, сказал он.
Чем могу вам помочь?
У миссис Лейн был низкий бархатистый голос. Она была одета в черное платье, а на пальце у нее красовалось большое золотое кольцо. Волосы у нее были зачесаны кверху, и на лице было много косметики; она, как всегда, выглядела очень впечатляюще. Ей, по его прикидкам, было около сорока пяти или пятидесяти лет. Она могла бы быть успешной администраторшей или клубной активисткой где угодно, подумал он, если бы, конечно, не была цветной. И если бы еще не то обстоятельство, что, улыбаясь, она обнаруживала большие золотые коронки на передних зубах: тоже, как и кольцо, драгоценности, на левой из которых была выгравирована бубна, а на правойтрефа.
Я ищу новое место, сказал Эл.
Понимаю, сказала миссис Лейн. На СанПабло? У меня есть участок на Телеграфной авеню.
Она окинула его изучающим взглядом, желая разобраться, чего он хочет.
Мне все равно, где это, сказал Эл. Лишь бы место было хорошим.
Он не мог придумать, как лучше изъяснить свою мысль; напрягал мозг, но более вразумительного выражения не находил. Женщина сочувственно ему улыбнулась; она, вне всякого сомнения, хотела ему помочь. Ее работа в этом и состояла. И она вкладывала в свою работу всю душу. Он это чувствовал.
Думаю, вы не хотите заходить слишком уж высоко, сказала миссис Лейн. В отношении стоимости аренды.
Так и есть, согласился он.
Я могла бы отвезти вас к тому участку на Телеграфной, сказала миссис Лейн. Чтобы вы на него взглянули.
Он мне не нужен сию же минуту, сказал он. У меня около двух месяцев. Спешить не надо. Я хочу быть уверенным, что беру чтото подобающее.
Да, это важно, согласилась миссис Лейн.
Бизнес с подержанными машинами приносит не оченьто большой доход, сказал он.
Должно быть, он похож на бизнес с недвижимостью, сказала миссис Лейн, улыбнувшись.
Может, и так, подумал Эл. Мы с ней в одной лодке. Или, может, я обхожусь с тобой несправедливо, помещая тебя рядом с собой? Такую привлекательную женщину, как ты. Кем бы ты была, если бы родилась белой? Председательницей местного отделения Республиканской партии? Женой какогонибудь промышленника? А кем был бы я, если бы родился негром? Просто ничтожеством. Еще одним ничтожеством без какихлибо перспектив.
Мистер Миллер, сказала миссис Лейн своим глубоким бархатистым голосом, вы сегодня выглядите таким печальным
Так и есть, подтвердил он.
Не печальтесь, сказала она. Взгляните на яркую сторону. Она отступила к своему письменному столу и достала из выдвижного ящика связку автомобильных ключей. Почему бы мне не отвезти вас к участку, о котором я говорила? Я буду рада вам его показать.
Может быть, позже, сказал он.
Почему не сейчас?
Не знаю, сказал он со смирением, слышным ему самому. Мне надо вернуться на свою стоянку.
Вы можете упустить хорошую возможность, сказала она.