Всего за 149 руб. Купить полную версию
Очень важно было разорвать их или разрезать: их упругость прямо-таки поражала. В середине тела, ближе к внешней поверхности было много вакуолей и вместе с тем не было ничего, что напоминало бы какие-либо органы.
Я упорно искал, но напрасно. Тем временем мои товарищи сделали важное открытие: анализ показал очень мало азота, углерода и водорода. Сами ткани состояли из сочетаний: кислородных, карбонатриевых, борнооксидных с незначительной добавкой кобальта, магния, мышьяка, кремния, кальция, фосфора. Были еще следы разных веществ и известных, и неизвестных.
Эти ужасные твари принадлежат полностью к другому миру, таков был вывод Жана.
Антуан, соглашаясь, кивнул головой, а я сказал:
Больше всего поражает то, что у них нет влаги. Видимо, у них не кровообращение, а газообращение.
Можно допустить, что не газообращение, а циркуляция твердых веществ, наподобие того, как перемещаются частицы внутри атома.
Во всяком случае, первый анатомический анализ ничего не дает.
А так как вы знаток гистологии, авторитетно заявил Антуан, то я делаю вывод, что тут много загадок.
Что теперь делать?
В первую очередь нужно продолжать исследование планеты. Летим в другие места!
Вот другое! закричал Жан.
Что другое?
Другое огромное животное Наверняка больше первого!
Обернувшись, мы увидели существо в пятьдесят метров длиной. Оно направлялось прямо к звездолету.
Взлетим вверх! сказал я.
Положив руку мне на плечо, Антуан не спускал глаз со зверя, а Жан точно остолбенел, и, казалось, никто из них не слышал меня.
Существо быстро приближалось к нашему прозрачному аппарату и, очевидно, видело его, так как остановилось прямо перед звездолетом.
Вспыхнуло ослепительное сияние, и я почувствовал неимоверный холод, который пронизывал до костей. Антуан затрепетал, посиневший Жан ухватился за стену. В их глазах был ужас
Снова вспыхнуло сияние, но на этот раз меньшее, и нас обдало морозом. Это было какое-то неописуемое ощущение, необычайно гнетущее, непохожее на что-либо нам известное. Что-то сжалось в груди, и, казалось, сердце остановилось.
Сколько времени продолжались наши мучения, а это были действительно мучения, не могу сказать. Может, тридцать секунд, а может, несколько минут. Когда мы пришли в себя, животного уже не было. Антуан, как обычно, первый овладел собой, и к нему вернулись вся его энергия и ясность ума.
Нам угрожала смерть! сказал он голосом, не выдававшим волнения. Если бы это случилось вне звездолета, то что осталось бы от нас?!
Я не мог удержаться и сказал с укором:
Вы же меня не послушались!
Мы сделали ошибку Особенно я, когда увлекся. А впрочем, нужно все испытать! Этой ночью мы уже не будем рисковать своей жизнью, как в минувшую. Достаточно было бы двух или трех таких созданий, и, действуя вместе, они убили бы нас во время сна. Не спасли бы и стены звездолета!
Если только эти твари имеют силу ночью! сказал Антуан. Очевидно, для таких ударов им приходится тратить много энергии.
Интересно знать, существо поступало так сознательно, или же попросту под влиянием раздражения, наткнувшись на необычный для него предмет?
Или необычных для него существ, дополнил я.
Я понимаю Видимых сквозь стену, что непроходима, но прозрачна.
Это ничего не значит. Может быть, и у них зрение подобно нашему.
Дело говоришь, согласился Антуан. Во всяком случае, нужно выяснить, имеют ли они органы чувств и могут ли воспринимать неизвестные колебания.
Разговаривая так, мы пустили вверх звездолет и остановили его на высоте примерно пятидесяти метров над поверхностью, мощностью двигателей уравновесив тяжесть.
Я думаю, что тут нам излучение не наделает беды И его лучи должны подлежать закону квадрата расстояния, сказал, усмехнувшись, Жан. Но Антуан был хмур.
Я тоже так думаю, но если эти существа могут концентрировать свои излучения, то нам не поможет и закон квадратов. Хотя это маловероятно.
А может, во время нашего перемещения по планете они нападут на нас?
Будем надеяться на радиоизлучатели и электрометы. Нам надо проверить, может быть, пучок лучей, соответственно подобранных, будет достаточен, чтобы держать их в отдалении.
Навряд ли! Но нужно попробовать, согласился Антуан.
Мы наметили как жертву одного из животных среднего размера и направили на него лучи разных частот, постепенно увеличивая их мощность. Зверь почти не чувствовал длинных волн, волн видимого спектра и коротких ультрафиолетовых. Но волны Рама уже немного побеспокоили его, а когда мы перешли к волнам Бюссо, оно опрометью бросилось прочь.
Еще несколько раз мы направляли волны на второе, третье, четвертое животное, и всегда с таким же успехом.
Кажется, теперь наша возьмет, сделал я вывод. Но я успокоюсь только тогда, когда нам так же повезет и с громадными Если не ошибаюсь, вон ползет один
Действительно, из-за скал вылезал гигант. Он был далеко, поэтому мы приблизились и обдали его пучком лучей Бюссо. Сначала животное словно колебалось, а затем все же продолжило путь почти к центру излучения.
Увеличить мощность!
Результат появился сразу же: животное остановилось, потом начало отступать. Постепенно концентрируя лучи и перемещая звездолет, мы убедились, что тут не могло быть ошибки
Вот и хорошо! весело крикнул Антуан. Мы выиграли дело, да еще и легко, с малой тратой энергии. Должен признаться, что я опасался. Не то чтобы я не верил в силу нашего вооружения, но я думал, что на это потребуется много энергии, а если так, то это недурно!
Погоди, возможны и другие опасности!
Погоди, погоди нечего каркать! Пересилим все! А теперь в путь, к другим краям!
Мы медленно передвигались, чтобы тщательно исследовать интересные места, и сворачивали то в одну, то в другую сторону, расширяя поле исследования.
В течение часа с четвертью мы прошли не более ста километров параллельно экватору и пять или шесть раз сворачивали с курса.
Абсолютно пустынные места чередовались с такими, где было много живности. Нетерпеливый Жан, жадный до новых открытий, потребовал сделать рейд на большой скорости.
А потом можно будет опять идти таким черепашьим ходом.
Ты хочешь лететь прямо?
Нет, сделаем несколько полетов правее и левее от основного направления.
Звездолет помчался со скоростью сто километров в час. При этом мы делали остановки, тщательно изучая местность.
Много времени прошло без всяких происшествий, и мы уже снова хотели перейти на медленный полет, когда Жан обратил наше внимание:
Кажется, похоже на воду!
Действительно! подтвердил я.
Большая ровная поверхность светло-коричневого цвета едва-едва поблескивала, словно покрытая какой-то не совсем прозрачной пленкой. Движущиеся всплески показывали, что это жидкость. Блестящая поверхность была такой же величины, как озеро Онеси.
Вода? Сомнительно. Странный какой-то цвет, промолвил Антуан.
Мне доводилось видеть болота такого цвета.
Может, и такого, но очень редко. А все же это жидкость, и на этой негостеприимной планете мы видим ее в первый раз. Нужно посмотреть вблизи.
Нужно теперь быть в пределах видимости.
Конечно, и мы теперь не выйдем все вместе из корабля!
Приблизившись к озеру, мы разглядели, что коричневый цвет был естественным цветом жидкости.
Приятное и вместе с тем глубокое волнение охватило нас. Ведь этот мир, хотя и очень неприветлив, но все же хоть в чем-то похож на наш. Гибкая растительность волнами покрывала долину и без сомнения напоминала наши растения. Несколько минут мы смотрели глубоко взволнованные, а на глазах Жана даже заблестели слезы.
Хотя ни одно из этих растений не было полностью похоже на наши, все же они напоминали и земные травы, и плющ, и кусты, и деревья, и грибы, и мох, и водоросли. Только мох был выше наших верб, грибыот семи до десяти метров, а самые высокие деревья не превосходили наших кустов, но были гораздо развесистее. Некоторые из них, хотя и низкие, походили внешне на баобабы. Они казались пнями громадного дерева, низко срезанными и покрытыми множеством молодых побегов. Тон растений был неодинаков и в целом напоминал разнообразную смесь цветов наших лесов осенью, когда деревья похожи на огромные яркие букеты. Приятное чувство, что мы находимся на планете, хоть немного похожей на нашу, не покинуло нас, а последующие открытияусилили его еще больше: мы увидели животных.