Разумеется, готов. Джо, расписывая ручку, начертал на бумаге незатейливую закорючку.
Лопухин не спеша прочистил горло и изобразил на лице самодовольную улыбочку человека, полностью уверенного в своей победе.
Оригинал это название фильма, экранизации одноимённого романа. Оба и фильм, и роман были созданы на родном вам языке, сообщил он именно то, что и требовали сначала сообщать правила, разработанные ими самими, кучкой людей, разбросанных по всему земному шару, ютящихся в тесных квартирках, занимающих ничтожные должности, ни к чему конкретно не стремящихся и ни о чём, в общем-то, не заботящихся; у каждого имелись свои личные причины для ненависти к окружающему их безликому коллективному бытию, но всех их объединяло стремление хотя бы на время, пусть даже и с помощью Игры-иллюзии, всё же вырваться из его цепких, порядком уже опостылевших объятий.
А фильм-то хоть известный? не особо надеясь на успех, всё же попытал счастья Джо. Или хотя бы книга?
Вводной информации вам предоставлено больше, чем необходимо, отрезал Лопухин и, не теряя более времени, прочитал с бумажки: «Самка трофейного омара».
Может, трофейная самка омара? в недоумении переспросил Джо.
Нет, именно «самка трофейного омара».
«Трофейный омар», «трофейный омар» принялся вслух размышлять Джо. Омар это такое членистоногое, он же морской рак. Ладно, пока отложим. Он рассеянно почесал пером лоб. Что же такое «трофейная»? Может, «премиальная»? Переведено в Кобе? Тогда, скорее всего, «призовая». Джо стремительно сделал пометку на листке. О, вроде бы нащупал. «Приз» плюс «рак», получается «призрак»! Ну а «самка», она самка и есть, но здесь она, очевидно, зовётся «леди». Вот оно! Он, торжествуя, подбросил над головой ручку. «Леди-призрак»! Это вам и роман, и поставленный по нему фильм![2]
«Трофейный омар», «трофейный омар» принялся вслух размышлять Джо. Омар это такое членистоногое, он же морской рак. Ладно, пока отложим. Он рассеянно почесал пером лоб. Что же такое «трофейная»? Может, «премиальная»? Переведено в Кобе? Тогда, скорее всего, «призовая». Джо стремительно сделал пометку на листке. О, вроде бы нащупал. «Приз» плюс «рак», получается «призрак»! Ну а «самка», она самка и есть, но здесь она, очевидно, зовётся «леди». Вот оно! Он, торжествуя, подбросил над головой ручку. «Леди-призрак»! Это вам и роман, и поставленный по нему фильм![2]
Десять баллов ваши. Лопухин ухмыльнулся и, молниеносно произведя подсчёт, сообщил: Теперь вы наравне с Хиршмейером из Берлина и слегка даже опережаете Смита из Нью-Йорка. Сыграем ещё разок?
А у меня для вас тоже кое-что припасено.
Отлично! обрадовался Лопухин. Итак, я внимаю.
Джо поспешно достал из кармана сложенный листок и, разложив его на столе, про-читал:
«Самка внутри боровика». Подсказка: речь идёт о названии книги, написанной на английском.
Он встретился с Лопухиным взглядом и ощутил разлившуюся по телу волну блаженного тепла. Тепло было вызвано только что одержанной победой и предчувствием того, что этот русский потерпит ещё одно поражение. Разумеется, потерпит, ведь эта чепуховина, а именно так меж собой называли игроки свои шарады-задания, была составлена не абы как, а с помощью большого компьютера-переводчика из Токио.
У вас тоже «самка». Но уж ваша-то «самка» точно не «леди». Что ж, поищем синоним. «Женщина» «Дама» Ага, понял! «Женщина в белом»! Записываю на свой счёт очередные десять баллов. Он небрежным движением руки сделал пометку в блокноте на своём столе. Давайте, коли у вас найдётся, следующую.
Джо, нахмурившись, приступил ко второй своей чепуховине:
«Месячный валун». Опять же, название английской книги.
Месяц он же неполная луна, а валун несомненно, камень. Вот и получается «Лунный камень». Лопухин улыбался во все свои тридцать два. Опять у вас Шестлуп.
Шестлуп? в недоумении переспросил Джо. О чём это вы?
Кол-линз. Уилки Коллинз.
С меня на сегодня довольно. Джо обречённо вздохнул.
За коротенький промежуток времени он вдруг оказался измотан, и виной тому, несомненно, был русский, который в очередной раз, да к тому же ещё и без малейших видимых усилий, обставил его в Игре.
Может, всё же ещё разок? вкрадчиво предложил Лопухин. У меня для вас имеется совсем несложная чепуховина.
Ну, разве если только ещё одну чепуховину разгадаю, слегка поколебавшись, всё же решился Джо.
«Резня в неевропейской бывшей печати», немедля изрёк Лопухин. Чепуховина и впрямь простенькая, поскольку она название широко известной книги и даже нескольких снятых на её основе фильмов.
Ничего себе, простенькая, пролепетал полностью сбитый с толку Джо и принялся бормотать себе под нос: «Резня» «Бойня», «геноцид», «массовые убийства». Неевропейская значит, азиатская Ещё может быть восточная. Но что такое «бывшая печать»? Джо старался вовсю, но в голову ему ничего путного не шло. «Экс-штемпель». «Экс-газета». С минуту он молча медитировал, но затем всё же признался: Что-то совсем не клеится. Сдаюсь
Так быстро? Лопухин делано приподнял брови.
Ну, не до конца же дня мне сидеть с одной-единственной чепуховиной. Да и вообще, играть впредь я больше не желаю.