К чести моих спутников, ни один из них не позволил оторопи возобладать над здравым смыслом. Мгновения хватило обоим: Деметра глотнула сквозь ослабшие пальцы мучителя живительный воздух, Люсьен вскинул ладонь, выкрикивая заклинание.
Рыжеволосого отбросило назад, прочь от обрыва, и рука, ещё не отпустившая горло бруттской колдуньи, невольно потянула её за собой, дёрнув обратно на безопасную твердь. Там же Деметра и осталась, пережидая приступ сухого, надрывного кашля, в то время как Люсьен с перекошенным от напряжения лицом сделал несколько быстрых шагов вперёд.
Что делал молодой колдун, я не понимално то, как корчился от невидимых мук рыжий альд, сказало мне о многом. Но и я не позволил оторопи взять верх: выхватил двуручник из-за спины, раскрутил над головой
Нет! хрипло выкрикнула Деметра.
Меч, уже почти опустившийся на голову вражеского колдуна, дрогнул в моих руках, отклонился от цели, царапнув кромку шлема и разрубив плотную кирасу на плече. Рыжий повалился наземь, клацая зубами. Победить Люсьена самоуверенному альду оказалось не под силу, что бы тот ни говорил: гильдия воспитывала прекрасных адептов, будущих свободных магов бескрайних земель.
Он нам нужен живым, отстранённо пояснил молодой брутт, подбирая свой посох. Пока что
Пока вязали по-прежнему обездвиженного альда, который всё силился, но так и не мог произнести ни слова, меня вопросами не донимали. Когда отволокли пленного к деревьям, где уже стояла, пошатываясь на нетвёрдых ногах, Эллаэнис, и я для надёжности дал рыжему предводителю нелюдей по макушкезаклятие заклятием, но я доверял лишь собственным методамДеметра первой накинулась на меня, как рысь на близкую добычу:
Тымаг! Почему нам не говорил?
Я угрюмо молчал, лишь теперь осознавая случившееся. В тот момент продумать свои действия у меня не получилось: увидел врага, вспомнил нужные слова, сделал, как учил нахальный молодой брутт и поразился результату не меньше окружающих. Вот только в отличие от них, чуда в своих действиях не увидел, и поступка этого стыдился, как и положено всякому честному человеку. Замарать свои руки и мысли тёмными силамидо такого ты, Сибранд, ещё не опускался
Говорил жене такой он и деревянный! хмыкнул Люсьен. Поддаётся обучению! Хотя, по-честному, никогда бы не подумал
Быть не может! Я встречала самородков со стонгардской земли и почувствовала бы в нём искру! А он он просто
Источник просыпается, вдруг негромко, но так, что вокруг тотчас упала тишина, проговорила Элла. Возможно, поэтому наш друг легко овладел родной ему стихией. Сердце воздуха бьётся всё громче
И Деметра, и Люсьен мгновенно потеряли интерес к забавному недоразумению. Позабыв и про меня, и про альдского пленника, подошли к девушке, заглядывая ей в лицо. Эллаэнис стояла с закрытыми глазами и напряжённо хмурилась, кусая губы. Молчание затянулось; я заскучал. Сняв шлем, тряхнул головой, с благодарностью встречая холодный воздух: остудит горячие виски, взбодрит после жаркого боя.
Рыжий нелюдь в чувство приходить не собирался. Рука моя всегда была тяжёлой; в этот раз я силу свою и вовсе не рассчиталдвинул альда от души, не скупясь. Даже вражеский шлем для этого снять не поленилсячтобы удар уж точно цели не миновал. Отчего-то злился я на нелюдя больше, чем он того заслуживал; что-то возмущённое, гневное поднималось изнутри, когда я вспоминал высокомерного альда, едва не положившего обоих бруттских магов в одиночку И как по капле выдавливал жизнь из неприветливой дочери Сильнейшеготоже помнил.
В конце концов ждать мне надоело. Пока Эллаэнис колдовала, ни разу не шелохнувшись и не распахнув глаз, а двое её спутников что-то тихо обсуждали за девичьей спиной, я, не находя себе места, занялся делом: поймал испуганных коней, жмущихся у обрыва, привязал к обледеневшим деревцам. Альдские трупы перенёс подальше от Живых Ключей, за пределы равнины; обыскал да заложил камнями. Ни единого письма при нелюдях не оказалось; всё, что я нашёлнесколько самоцветов в карманах одного из них. Наших самоцветов, стонгардскихв альдских горах таких не сыщешь.
Пока я раздумывал над тем, как мне поступить дальше, и какие планы у моих бравых спутниковуже вечерело, и тени бросили свои краски на истоптанный за время боя снег и обледенелые скалыЭллаэнис вдруг шумно вздохнула.
Здесь, с тихой уверенностью произнесла она, открывая глаза. Как мы и думали. Это здесь
Альдка, пошатываясь, прошла на середину ледяной глади озера, ступая по возможности мягко и осторожно, и раскинула руки, щёлкая пальцами. Тотчас заплясали весёлые огоньки на меховых рукавах, перебрались на плечи
Тхае, невнятно выплюнул вдруг связанный альд. Я глянул на пленника с нескрываемым удивлением: после моего удара нелюдь пришёл в себя слишком быстро. Долго же ты будешь взывать к сердцу стихии! Мы старались двое сутоксколько уйдёт у тебя, прежде чем понять?
Как бы ты ни плевал ядом, почтеннейший Нуарэ, отозвалась вместо альдки Деметра, а только не сумел добыть сердце воздуха. Знатный род да древняя кровь оказались бессильны против простейшей головоломки? Так и не сумел найти верный путь?
Сумел, дражайшая Деметра, осклабился рыжий, просто ключ долго подбирал
Я из их разговора понимал примерно половину. Оба говорили на альдском, и у дочери Сильнейшего он оказался превосходнымбеглым, уверенным, с дивными гортанными звуками и переливчатыми слогами, без мало-мальски различимого акцента. Даже сам Нуарэ подбирал слова чуть дольшехотя, возможно, всё ещё сказывался крепкий удар по голове.
Не говорите с ним, подала голос от озера Эллаэнис, не глядя на пленника. Он путает вас нарочно. Не мешайте
Бездарность, лениво бросил рыжий, окинув тонкую фигуру альдки мимолётным взглядом, постигшая в полной мере лишь воровскую науку. Выучилась нескольким простейшим трюкам, какими ярмарочные колдуны зарабатывают свои медякикакой позор для представительницы одного из древнейших альдских кланов
Элла вспыхнула от нелестных слов, и яркие блики, охватившие девичью фигурку, разом погасли. Впрочем, отвечать сородичу она не сталавновь напрягла последние силы, щёлкнула пальцами, нахмурила серый лоб, быстро шевеля побледневшими губами
Вы потеряете здесь не меньше суток, пытаясь понять, вновь подал голос альд. И всё равно не успеете в срок. Сами знаете сказание: в день встречи зимы с весною, когда тают стонгардские льды
Заткните его, быстро! крикнула от озера Эллаэнис, теряя последние силы.
Я покорно размахнулся, непонятно отчего поспешив выполнить приказ прекрасной альдки, но моё запястье перехватила крепкая рука. Отстранив меня, как досадную помеху, Люсьен спокойно присел напротив пленника.
Не сбивай её, почти дружелюбно попросил молодой брутт, не сводя с рыжего Нуарэ неподвижного взгляда чёрных, как ночь, глаз. Видишь, как старается. Лучше скажи, почему вы потеряли столько времени? Что вас задержало?
Говорю же: ключа не было, медленно, словно нехотя, проговорил альд, в свою очередь не отводя от адепта гильдии немигающих глаз.
Что есть ключ? так же мягко спросил Люсьен, и Деметра вдруг подпрыгнула за моей спиной, нетерпеливо хлопнула по плечу: подвинься, мол. Я чуть провернулся, пропуская нервную предводительницу колдовского отряда, и та юркнула вперёд, едва не наткнувшись на сидевшего у моих ног Люсьена.
Кровь, помедлив, невнятно выговорил пленник.
Всего-то? удивился молодой колдун. Жертвенная кровь?
Нет.
Чтонет?! не выдержала Деметра, тут же прикрыв себе рот ладонью.
Чтонет? повторил Люсьен, не отрывая от Нуарэ чёрных глаз. Чья кровь требуется?
Того, кто рождён под сердцем этой стихии, мучительно скривился альд. Лоб его прорезали глубокие морщины, на висках выступили крупные капли пота, но он по-прежнему смотрел в бездонные глаза Люсьена. Кровь Стонгарда. Но не жертвенная. Тот, кто отдаст её, должен это сделать добровольно
Нуарэ вдруг вскрикнул, дёрнулся всем телом, и Люсьен поспешно отпрянул, прикрывая глаза рукавом. От резкого движения парень едва не повалился мне под ноги, и я молча вздёрнул его за отворот мехового плаща, подождав, пока тот не утвердится на скользких камнях как следует.