Наташа Шторм - Убить зверя стр 5.

 Привет, Янка-хулиганка!  Машка отозвалась с первого гудка.  И кто тут у нас на экзамен не явился?

 Болела я, Марья Андреевна, ОРЗ. Пришлось потом в индивидуальном порядке.

 Да ладно, видела я твой «индивидуальный порядок». И как только Цербера на кафедру пустили?

Я тяжело вздохнула.

 Этот везде прорвётся.

 Допустим. Так чего звонишь?

 Тошно мне, Машка, ох, тошно! Поехали в Сочи на недельку? А?

Нужно было проверить вариант побега морем. Но теперь я услышала тяжёлый вздох подруги.

 Я б с радостью, да отец к бабке отправляет, на перевоспитание. Говорит, я трачу больше, чем сама стою. Решил приобщить к труду, так сказать, дать мне почувствовать, как деньги достаются.

 Круто! А где живёт бабка?

Машка задумалась.

 А фиг её знает, не помню. Не то Сосновка, не то Кедровка. Одним словом, глушь под Смоленском. Я там лет шестнадцать не появлялась.

Я взвизгнула от радости. Глухое село Если чтоможно будет перекантоваться. В голове созрел замечательный план. Возьму билеты на разные даты в разные стороны на поезда и самолёты, а сама в Кедровку, ну, или в Сосновку. Отсижусь чуток, а дальше автостопом до Туапсе, и в Турцию на корабле. Пересеку страну султана Сулеймана и А куда дальше? Я решила пока не заморачиваться. Там будет видно.

 Слушай, Машка, возьми меня с собой. Я тоже перевоспитываться хочу.

Подруга хмыкнула.

 Уверена?

 Да, да, уверена. Пусть твой папа моему позвонит!

 ОК! Вместе оно веселее будет, наверное

Распрощавшись с подругой, я кинулась собирать вещи.

Нет, нет и сто раз нет. Спорить бесполезно. Ты просто ситуацию немного не представляешь.  Отец ходил по холлу, дёргая узел галстука.  У меня неприятности, дочь, большие. Я бы заплатил любые деньги, чтобы всё порешать, но в данной ситуации это не поможет. Я боюсь, что они захотят пустить кровь.

 Кто они, папа?

Отец, наконец, развязал галстук и кинул его на спинку кресла.

 Не важно. Важно то, что я должен хорошенько тебя спрятать, пока всё не утрясётся. И мать тоже.

 И поэтому ты так спешишь выдать меня замуж?

В глазах отца я впервые увидела страх.

 Если со мной что-то случится, не хочу, чтобы ты осталась без средств к существованию. Славка, хоть и мерзавец, да парень с головой. Нуждаться не будешь.

Мы опять коснулись больной темы.

 Поэтому ты летишь на острова. В сентябре вернёшься. Вот, полюбуйся.

Я взяла яркий рекламный буклет. Пальмы, океан, яркое солнце и белоснежный песок. Осколок рая, упавший на грешную землю. Это путало все мои планы.

 Но я не намерена лететь на Бора-Бора, папа, да ещё на всё лето. Что я там буду делать?

Я была готова разрыдаться, прекрасно понимая, что все пререкания с отцом бесполезны.

 Это не обсуждается. Ты проведёшь всё лето, то есть оставшиеся два с половиной месяца на Бора-Бора. И никто, слышишь, никто об этом не узнает. Ни одна твоя любопытная подружка. Для всех ты отправляешься в Европу.

 Па! Нет! Я же там с ума сойду.

Одинокая слезинка скатилась по щеке. Раньше отец дрогнул бы, но не сегодня.

 Хватит реветь. Если тебе нужна компания, возьми Славика.

Я тут же промокнула салфеткой густо накрашенные ресницы.

 Только не Славика.

Меня трясло. Я могла взбрыкнуть, но прекрасно понимала, чем это закончится. Слово поперёки ты под домашним арестом, ещё однои можно отправиться на чёртов остров, связанной по рукам и ногам, с кляпом во рту. Дождавшись, когда за родителем закроется дверь, я забежала в свою комнату, быстро оделась, схватила сумочку и направилась к гаражам.

Весь день я грустила, а к вечеру поняла, что всё, что ни делается, делается к лучшему. Кто знает, может, с островов сбежать будет легче, чем из Москвы. Местное население паспорт спрашивать не будет и вносить моё имя в компьютер тоже. Как-нибудь отделаюсь от Цербера и аля-улю! Да здравствует свобода!

Отец вернулся около одиннадцати и вызвал меня на ковёр.

 Ладно, дочь, тут Андрей Васильевич звонил В общем, пакуй чемодан. С Машкой его в деревню поедешь, на неделю. Правильный мужик. Девок нужно приучать к труду. Если уж картошку окучивать не пожелаете, так хоть щи какие научитесь варить. А тебе, как будущей жене, это обязательно пригодится.

Я подкатила глаза, представив вытянутую физиономию повара семейства Калининых, который прибыл «аж из городу Парижу», когда я ворвусь в кухню, чтобы сварганить деревенские щи. В моей голове всё перемешалось. Ехать в деревню смысла уже не было. Но не бросать же теперь Машку. Может, больше никогда не свидимся Я шаркнула ножкой и побежала возвращать в чемодан вещи, которые уже успела разложить по полкам.

Глава 7

Мы ехали в комфортабельном микроавтобусе с огромным сопровождением. Подруга без конца щёлкала пультами. То ей кондиционер работал слабо, то музыка играла тихо. В салоне мы были одни, если не считать десятка чемоданов. В отличие от меня, Машка была настоящей принцессой. К поездке она подошла со всей ответственностью и даже сейчас перелистывала огромный список, чтобы убедиться, ничего ли не забыла.

 А сапоги резиновые взяла?

Подруга удивлённо уставилась сначала на меня, потом на свои изящные босоножки и пару раз хлопнула ресницами.

 Это зачем?

Зачем? Вот дура!

 А как ты по огороду ходить будешь? На шпильках? А в курятнике?

 Ой, точно. Если измазаться в курячьих лепёшках, педикюр уже не отмоешь!

Я пыталась быть терпеливой.

 Маш, ты что, на Марсе живёшь? Это у коров лепёшки, а у курпомёт.

Я злорадно улыбнулась, вытащив из пакета резиновый сапожок изумительной красоты, который купила в дизайнерском салоне вместе с целлофановым плащом. Машка завистливо уставилась на эксклюзивную вещь.

 Ничего. Папа сказал, что спецодеждой меня баба Маня обеспечит.

Папа принцессы был ювелирным королём. А вот бабушка, в честь которой Машку и назвали, жила в селе и лишь изредка навещала столицу.

 Слушай, а классно, что Цербер с нами не увязался!

Я кивнула. Алексей куда-то улетел с отцом. Но и без него охраны нам хватало. Машина перед нами и две сзади.

 Ян! А ты в Европу потом?

 Ага.

 А мы с мамой в Индию решили. Никогда там не была.

 Здорово.

 Ян! А это правда, что ты замуж собралась за этого противного Калинина?

 И откуда ты узнала?  я насторожилась.

 Да родители Славика вчера заезжали. Кольца эксклюзивные заказать хотели.

Я чуть не разрыдалась, а Машка подкатила глаза и продолжила:

 Ой, мне такие, как Славка, не нравятся. Я вообще брюнетов люблю с голубыми-голубыми глазами.

Да. Я тоже предпочитала брюнетов с голубыми глазами, в которых плясали озорные чёртики, широкоплечих, высоких, подтянутых лет тридцати-пяти. Чертыхнувшись, я прогнала наваждение. Зачем мечтать о несбыточном? Естественно, мой таинственный знакомый, точнее незнакомый, был женат. А как иначе? Такие красавчики долго не холостякуют. На них круглогодично открыт сезон охоты, расставлены силки и капканы. Мужчина не бедствовал. Достаточно было взглянуть на его машину и на часы. А это только увеличивало шансы оказаться в западне хитрой охотницы. Возможно, у него и дети есть Как он меня назвал? Ребёнком? В двадцать лет это был весьма сомнительный комплемент. Тяжело вздохнув, я взглянула в окно.

 Кажется, приехали, Маш.

Не веря своим глазам, мы прилипли к стеклу.

 А где деревня? Ну, грязь непролазная, избы под камышом, поля пшеницы?  своими познаниями подруга сразила меня наповал.

 Долго готовилась? Книжки какого века читала?

Отдать должное Марии, книжки девочка любила, обычные, бумажные, пахнущие типографской краской, а в интернете сидела мало, исключительно для того, чтобы покрасоваться в Инстаграм.

Полосатый шлагбаум поднялся вверх, и мы въехали на широкую асфальтированную дорогу. Моя подруга скисла окончательно, когда машины помчались по центральной улице, с добротными деревянными домами.

 А где экзотика? Что я на страничке выложу? Я же собиралась и с ухватом, и с коромыслом

 Ага, и на сеновале со свинопасом.

 Злая ты, Янка, так и норовишь всё испортить. Эх, блин, ни одной изюминки.