Давайте жить дружно? улыбнулась я. А, ваше величество?
Давайте, кивнул он, ещё больше поражая присутствующих.
И давайте не кричать друг другу через пятиметровый стол, чтобы связки не сорвать. Мы пересядем поближе к вам, а?
Пожалуйте, согласился король.
Я отодвинула стул и села по его левую руку. Иррандо ничего не оставалось, как пересесть по правую. И Дорризоэн Второй Справедливый вдруг улыбнулся.
Что ты себе позволяешь, Аня?! гневно сверкнул глазами Иррандо, стоило нам вернуться в свои палаты. Тебя не воспитали согласно этикету, я понимаю! Но это не кузнец из Эррадеи, и даже не я, это король! Ты должна понимать!
Я поджала губы.
А чего ты на меня голос повышаешь?
Так не подобает! не успокаивался Иррандо. Так нельзя! Невозможно!
Король, между прочим, тоже человек. И я человек, и наш будущий малыш! И я не буду кивать на всё согласно. Я не инкубатор и не бесправная молчаливая прислужница! я тоже не сдержалась и заговорила громче. Говорить надо всегда! Нам языки даны не просто чтобы целоваться!
Я знал, что с тобой будут проблемы
Ага, ты знал, зачем же женился? насупилась я. Ну да, ну да, выбора не было.
Женился, потому что люблю, грозно и совсем не ласково буркнул Иррандо. Но не собираюсь из-за тебя краснеть. И так уже весь двор говорит о твоей невоспитанности невесть что! Я молчал, но ты решила добраться со своими феминистскими штучками до самого короля!
Ах так? Какая есть, я тебя не устраиваю?! Тебе стыдно? возмущение вскипело во мне. Так имей в виду, тебе самому надо быть достойным короля, чтобы короля воспитать. А королю не бывает стыдно! Он устанавливает законы и тенденции, понял? И не расшаркивается перед сильными мира сего: как скажете, чего угодно Фу таким быть!
Анна!
Офигеть, он меня впервые так меня назвал с того самого дня, когда мы победили первого Маркатарра! Негодование било по вискам и требовало выплеска. Я схватила первую попавшуюся фарфоровую безделушку и швырнула об стену. В Иррандо не целилась, ещё порежется, но тот отскочил, побагровев:
Да как ты?!
Смею. Я принцесса, сказала я и, взлетев, понеслась в сад. Подальше от Иррандо. Пусть побудет сам. Тоже мне, дракон Коро! Опустилась за колючие кусты с красными ягодами. Дышать было трудно. И тошнило почему-то. Я нервно освободилась от платья и осталась в одной нижней сорочке. Всё равно сад только наш, и здесь никто меня не увидит, кролики не в счёт. Выдохнула глубоко. Услышав треск и шелест за плечами, обернулась и бросила в сердцах:
Уйди, Иррандо!
Да так и не закрыла рта: из кустов выступил Маркатаррский колдун со сверкающим голубым ошейником на шее. Позади него в ветвях стояли две фигуры в голубых хламидах маги. Кажется, старый, один из одиннадцати Сауронов, и молодой, безбородый совсем.
Что, ведьма, не ожидала?! расхохотался чернолицый колдун в защищающем от солнца плаще.
Скорей! У нас мало времени! крикнул громким, испуганным шёпотом молодой маг.
Колдун выставил руки с растопыренными пальцами, маги по бокам зажгли жезлы, и меня закрутило сине-зелёным вихрем, отрывая от земли. Ой
Глава 2
Сад, замок, лица, кролики всё исчезло перед глазами, замелькало, забулькало, будто я попала в воронку безумного фейерверка. Вокруг меня сыпались искры, взрывались огни, превращаясь в едкий дым. По стенкам головы эхом разносился жуткий, рычащий голос маркатаррского колдуна:
Прррроклятье Чрррево Убирррайся, ведьма Не бывать наследника в Дрриэррре Никогда не вернёшься в этот миррр и почему-то адрес нашего сочинского партнёра.
Я схожу с ума? Тьфу, он же был на флэшке в реквизитах договора, на той самой, что проглотил Маркатарр.
Не в состоянии пошевелиться, я сквозь зубы послала колдуна очень ненормативно как раз перед словами «навечно прррроклята». Говорят, русский мат защищает от всяких гадостей. Надеюсь Мамочки!!! Не помогает Тело скрутило и выгнуло, словно в агонии, унося дальше и дальше с безумной скоростью по дымному тоннелю. Ай, больно как! И плохо К самому горлу подступил обед. Из дыма донеслось раскатисто:
Да пррристанет к тебе печа-а-ать забвения
И я отключилась.
Усталый, мятый и явно плохо спавший ночь мужчина лет сорока пяти отложил папку и поднёс бренчащую трубку к уху:
Исаев у телефона.
Максимыч, нашлась! заорал в ответ Смолянский. Аня твоя нашлась!!!
Где? хрипло произнес полковник Исаев и тут же добавил, с трудом справляясь с внезапной сухостью в горле: Живая?
Живая, и по ходу целая. Не волнуйся, Максимыч, сам страшно волнуясь, орал Смолянский из дежурки. Сидит в участке в Сочи. Немного неадекватная была сначала, сориентироваться не могла. Как оказалась у Олимпийского огня, не помнит. Без документов, без денег. В одной ночной рубашке. Только кольцо золотое с головой дракона на среднем пальце. Но опосля в участке вспомнила и имя, и фамилию! И тебя! Ребята её как раз по базе пропавших пробили, всё совпало! Она!
Слава Богу! Только не ори так, выдохнул Исаев, но сердце тут же сжалось.
В ночной рубашке Сволочи! Кто посмел?!
Полковник глянул на фото дочери в рамке на столе. Маленькая ещё тут, смеётся с шариками в парке. Не уберёг Как и Нину, маму её. В горле встал ком.