Воспоминания фрагментами поплыли перед глазами. В эту бровь его ударила оторванная у чучела-рыцаря латная рука. Ударила стальным шестопёром семнадцатого века в музее. Этим самым шестопёром рука замахнулась на девушку, которая висела над полом в другой руке чучела. А в этот самый момент в них стреляла охотница из стального арбалета. И слишком медленно, как в кино, летела на пол дверь. А в клубах осыпающейся штукатурки висела золотозубая улыбка великана-бородача.
Олег закачался на постели, как от боли. Закрыл глаза, и прижал ладони к лицу. Конец. Никто уже не поможет ему. Ни один врач на этой планете. Полный бред. Бессвязный и больной.
Если проследить события вчерашнего дня в обратном порядке, отмотать, словно на кинопленке, то, абсурдными и невероятными были не только события в музее. Олег должен был бежать к психиатру гораздо раньше. Когда ему привиделась прекрасная девушка, которая сама почему-то подошла к нему. И самое невероятное, что вчера случилось согласилась пойти с ним на свидание.
С ним! На свидание! Как он мог поверить в это?
Это шизофрения. Последнее, что он прочитал на планшете вчера, пока болезнь окончательно не взялась за него, были именно эти самые симптомы: «Больной живёт в придуманном мире, разговаривает с несуществующими людьми». Остаётся добавить: сражается с чучелами рыцарей и ходит на свидание с красавицами.
А ведь он мог остановиться вчера, вовремя обратиться в больницу! Ведь был тот самый первый тревожный звоночек, предупреждение, когда по дороге в школу видел воображаемую девочку, благодарившую его за спасение от рогатого мужичка в шубе Рогатый мужичок в шубе. Только подумать, что за дурацкое сочетание слов рогатый мужичок и в шубе!
И Олег громко засмеялся, понимая, что пропал. Стоит только рассказать кому-нибудь, и его упрячут в психушку. Насовсем.
На маленьком диванчике в углу пошевелилось одеяло и пробормотало:
Я ммм ещё немножечко посплю, ладно
Волосы поднялись дыбом на голове Олега. Там кто-то был!
Он бросился к двери и тут же остановился. Что, если это снова ему только кажется? Сейчас он выскочит, закричит, переполошит весь дом, а на диванчике никого? И что скажет? В моей комнате говорящее одеяло?
Тогда точно психушка. Мама сама вызовет.
Олег со страхом шагнул от двери и коснулся пальцами уголка одеяла. Сжал осторожно, словно живое существо, которое в любое мгновение может вырваться и улететь. Потянул на себя. Сердце замерло. Край одеяла, скользя, послушно, открыл волнистые спутанные темные волосы, ясный лоб, изящные брови, тонкую полоску закрытых глаз, задорный носик, и вдруг тонкая ладошка дернула полог, укрывая голову. Послышалось приглушенно:
М-м-м ну ещё немножечко
Ага, машинально произнёс Олег и замер.
В его комнате спала та самая красавица, за которую он вчера дрался с чучелом рыцаря. Болезнь прогрессировала!
В этот момент снова запищал будильник. И, как обычно, мама постучала в двери:
Олежка! Олежка, вставай!
А? только и смог выдохнуть он.
Одеяло пошевелилось, и над его кромкой появились синие, моргающие спросонья глаза.
Встава-ай! повторила мама. В школу опоздаешь!
Ага, прохрипел он.
С ужасом он увидел, что девушка собралась что-то сказать. Быстро прижал палец к своим губам, умоляя молчать. Люба закивала понимающе.
Олежка! снова послышался голос мамы. Ты в порядке?
Да-а-а, протянул он певуче, а ка-ак же! В полном!
Что-то мне твой голос не нравится, озабоченно проговорила мама. Дай-ка я на тебя посмотрю
И ручка дверного замка поползла вниз.
Нет!
Он ухватился обеими руками за ручку со своей стороны.
Я в порядке! Правда!
Мама пыталась открыть дверь, но скоро передумала:
Хорошо. Завтрак на столе, я побежала.
Удаляющиеся шаги.
И проверь замок в свою комнату, туго открывается! сказала мама уже из коридора и захлопнула дверь.
Дважды провернулся замок. Олег сел в кресло и обхватил голову ладонями.
Доброе утро, улыбнулась ему галлюцинация девушки.
Доброе, подтвердил он, хотя был совершенно уверен в обратном.
Это мама твоя? просто спросила галлюцинация.
Мама, подтвердил он снова, лихорадочно соображая, как быть дальше.
Болит бровь?
Олег моргнул непослушным веком:
Болит.
Спасибо, что спас меня, проговорила галлюцинация благодарно.
Олег неопределённо махнул рукой. Мол, пустяки.
Нет, правда, проникновенно сказала она. Положение было самое безвыходное. Наверное, сам Сивоус бы не сладил.
Олег только пожал плечами. Вздохнул рассеянно. В голове роились тысячи вопросов, но разговаривать с галлюцинацией вообще было достаточно глупо. А уж спрашивать о собственных странностях и подавно.
Но не выдержал. Кашлянул в кулак и поинтересовался:
А как ты тут вот оказалась?
Синие глаза удивлённо моргнули в ответ:
Ты меня привёл.
Ах да, кивнул он.
Подумал, как же они прошли мимо мамы, и уточнил:
В смысле э-э, через дверь, по лестнице там да?
Протокой, ответила она односложно и непонятно.
А глаза её приглядывались к нему, и выглядело так, будто он шутит над какими-то очень понятными вещами.
Точно, щелкнул он пальцами. Само собой. Протокой, как же ещё!
И хихикнул глупо.
Ты не помнишь, да? участливо спросила галлюцинация.
Да нет, что ты. Как ты могла подумать только, ответил Олег со всей возможной серьёзностью. Помню, конечно.
Почесал затылок, вздохнул и добавил:
Но не всё.
А что помнишь? приподнялась она на локте.
Сначала начинать? задумался Олег.
Давай с конца, подсказала галлюцинация мудро. Быстрее будет.
Снег снега очень много, крепость за лесом. Кружится, кружится и всё
Верно! Ты меня вывел почти к дому, к летнему стану. А потом снова протока. И мы здесь.
Он указал пальцем на пол:
Прямо здесь?
В этой комнате, подтвердила она.
«Значит, мама ее не видела, с облегчением подумал он. Впрочем, вряд ли мама вообще может видеть мои персональные галлюцинации».
А потом что? спросил быстро.
Что? переспросила непонимающе.
Ну что тут было?
Ты уснул.
Сразу?
Сразу. Рухнул на кровать.
Похоже на правду. Хотя, какая тут может быть правда!
Выстоять против двух охотников и самого Кукольника непросто. Они Мастера, и каждый держал нас. Ты, наверное, совсем потерял силы, проговорила галлюцинация понимающе.
Он только кивнул. Ему стало совершенно ясно Люба уверена, что ему хорошо известно, что такое «протока» и кто такие «охотники». И, хотя он совершенно искренне считал её галлюцинацией, потерять уважение и доверие в её, пусть и воображаемых, но таких прекрасных глазах, ему не хотелось. Хотелось, чтобы она всегда так на него смотрела. И не исчезла никогда.
Посмотрел мельком на будильник и ахнул первый урок начинался через полчаса.
Вскочил.
Завтрак на кухне, принял неожиданно решение, туалет-ванная у коридора. До пяти никого не будет. А если кто вдруг придёт прячься.
Куда прятаться? округлила глаза.
В шкаф прячься. Только тихо сиди, ладно?
Я с тобой! села, прикрываясь одеялом.
Он упреждающе поднял ладонь:
Не надо! Там ведь охотники. И этот Кукошник. Забыла?
Она закивала серьёзно и вновь вскинула на него глаза:
А ты куда?
Мне нужно, поднял с пола портфель, застегнул. Протоки проверю. И вообще. Обстановку разведаю.
Она смотрела на него, как на героя. И он вышел тяжёлой мужественной поступью и оглянулся только в дверях, чтобы ещё раз увидеть восхищённый взгляд прекрасной галлюцинации.
Глава 9. В которой герой ищет улики
Олег понял, что на первый урок опоздал и уже не торопился. Брёл задумчиво, помахивая портфелем. Глядел под ноги.
С точки зрения обычного человека всё выглядело ужасно. Произошедшее было настолько невероятным, что кроме психических отклонений ничем иным не объяснялось. И всё же Олег, как и всякий, наверное, кто заподозрил у себя серьёзную болезнь, сопротивлялся, стараясь найти какие-то доказательства своей нормальности.
А доказательства, как он решил после недолгих размышлений, могли быть только независящими от него. То есть такими, которые могут подтвердить другие люди. Кроме вымышленных людей, разумеется.