Всего за 249 руб. Купить полную версию
Адам, ты вообще, о чем ты говоришь? спрашивает Марек, который терпеть не может недомолвок и всех этих таинственных и мрачных намеков.
Есть одно такое здание в Варшаве, говорит негромко Игнаций, неприятно так улыбаясь. Стоит на улице Раковецкой. Большое здание из серого камня, похожее на коробку. А в этом здании, чтобы ты знал, находится министерство общественной безопасности.
Да какое им дело до нашей болтовни?
Этим до всего есть дело, все так же улыбаясь, отвечает Игнаций.
А я слышала, что люди пропадают, говорит тихо Юлия. Их просто по ночам забирают из квартир. А квартиры потом опечатывают. Только я всегда считала, что это плохие люди, ну, саботажники или шпионы.
Адам зло смеется и вертит подстаканник по столешнице.
А Марек с досадой вспоминает, что и раньше слышал от Адама и от Игнация жуткие истории про министерство общественной безопасности, но всякий раз выбрасывал их из головы.
Кажется, я нашла одного шпика, сообщает всем Юлия. Вон тот, у стойки в черном пальто. По-моему, он только делает вид, что читает газету. И у него такое лицо
Где? спрашивает Адам, он поправляется очки, бросает быстрый взгляд в сторону стойки и тут же отводит глаза. Да, да, очень похоже. У агентов всегда такие неприметные лица, это удобно для слежки. Ты молодец, Юлия.
Кто-нибудь хочет еще чаю? спрашивает напряженным голосом Игнаций.
Нет, что-то не хочется, отвечает Адам. Да и потом мне пора. У отца сегодня вечеринка, мне нужно вернуться, пока все не разошлись. А то неудобно получится.
Мы тебя проводим, решает за всех Юлия.
Они выходят из «Сороки» и идут через площадь, через трамвайные пути в промозглой мгле, разреженной белым светом фонарей.
Совсем не похоже на март, жалуется Марек, кутаясь в свое тонкое изношенное пальто, и поднимая воротник. Когда же, наконец, потеплеет?
Никто из приятелей ему не отвечает. Адам идет по улице с высоко поднятой головой и обиженно поджатыми тонкими губами, и ветер треплет его светлые кудри. Рядом с Адамом, стараясь шагать с ним в ногу, идет Юлия в светло-серой шубке из овчины. В «Сороку» она пришла прямиком с последней пары в университете. На плече у Юлии на широком ремне висит кожаная сумка, расшитая бисером. В сумку напихано столько учебников, тетрадей и всякого разного, что клапан уже не закрывается. В руке Юлия несет тубус для чертежей. Осенью Марек частенько встречал Юлию возле университета и вечно таскал за ней эту сумку. Марек хорошо помнит, какая эта сумка тяжелая и догадывается, что у Юлии сейчас ноет плечо. Но Адаму и в голову не приходит помочь панночке. А Юлия никогда его не попросит.
Я совсем позабыла, говорит неожиданно Юлия звонким веселым голосом, останавливаясь посреди улицы.
Сперва она смотрит на Адама, а после оглядывается на Игнация и Марека.
Мальчики, давайте завтра вечером все вместе сходим в «Сирену». Мне подруга с курса уже все уши прожужжала.
А что будет в «Сирене»? спрашивает Марек.
В Варшаву приехала самая настоящая гуцульская колдунья, рассказывает Юлия. Последняя из мольфаров. Она дает всего три представления, я сразу хотела рассказать, но совсем из головы вылетело
Адам со скучливым лицом разглядывает горящие в темноте окна.
Адам, ты думаешь это все глупости? спрашивает Юлия. Думаешь, не стоит ходить?
Ну, это же Варшава, Вудстока здесь все равно не будет, сколько не жди, не совсем понятно отвечает Адам.
Ну, давайте сходим все вместе! говорит Юлия, заглядывая Адаму в лицо своими огромными восторженными серыми глазами. Мне говорили, что это самая настоящая магия! Такого больше нигде не увидишь! Пани Илина объехала всю Европу. Всего три представления в Варшаве, ну же, мальчики!
Юлия, магии не бывает, замечает Игнаций. Много чего бывает на свете, а вот магии точно не бывает.
А я бы сходил в «Сирену», говорит Марек. Может, оно и правда того стоит.
Про себя Марек надеется, что Адам со своим снобизмом откажется идти на представление гуцульской колдуньи, и они с Юлией пойдут вдвоем. Марек представляет, что сидит с Юлией в темном зале и берет панночку за руку
Но Адам держит нос по ветру, наверное, от Игнация он знает, что Марек ухаживал за Юлией, и не собирается давать Мареку ни единого шанса.
Можно и сходить в конце концов, тоже развлечение, со скучливой миной на лице соглашается Адам.
А Юлия принимается прыгать по обледенелой мостовой, как девчонка, и кричит,
Ура! Мы завтра идем в «Сирену»!
Я только одного не пойму, как какой-то гуцульской колдунье разрешили выступать в Варшаве, ворчит Игнаций. Магия противоречит нашей прогрессивной идеологии. Тут дело нечисто.
Приятели идут по Маршалковской, переходят Королевскую и сворачивают в переулок, Марек не раз ходил этим маршрутом, так ближе всего добраться от Банковской площади до дома Адама.
В переулке ни души. Раскачивается на ветру фонарь под жестяным колпаком, по слепой потрескавшейся стене здания ходит туда-сюда пятно электрического света. Адам проходит под фонарем, останавливается в тени, стоит и всматривается в безлюдный переулок, словно чего-то ждет.
Адам, что случилось? спрашивает Юлия.
Давай немного подождем, говорит тихо Адам.
Игнаций только пожимает плечами. Он достает из кармана кожанки сигаретку без фильтра, щелкает зажигалкой и закуривает.
Адам?
Юлия, все хорошо, успокаивает панночку Адам. Просто пару минут подождем.
Прислонившись плечом к стене, Марек смотрит, как по переулку метет поземка, как ветерок треплет русые волосы Юлии. Марек уверен, что Адам ломает комедию и, признаться, ему это надоело.
Ну вот, тихо говорит Адам, Значит, мне не показалось. Этот пан идет за нами от самой «Сороки».
Ты уверен? недоверчиво Игнац.
Вверх по переулку быстрым шагом проходит мужчина средних лет в черном пальто и шляпе, сунув в карманы руки. У него невыразительное и усталое лицо. Пан проходит мимо, даже не взглянув в их сторону.
Это тот, который стоял у стойки? спрашивает Адам у Юлии.
Не знаю Ну да, наверное, он Ой, ребята, мне страшно!
Они стоят в темном переулке и смотрят вслед мужчине в черном пальто.
Вроде ушел, говорит Адам. Послушайте, друзья, у меня есть для вас один подарок. Я хотел показать в кафе, но Игнаций вовремя напомнил про шпиков.
Адам расстегивает пуговицу возле ворота и достает из-за пазухи прямоугольный сверток.
Вы знаете, отец много чего привозит с той стороны, в основном шмотки, ну там пластинки и всякую такую мелочь. Как я понял, таможенники смотрят на это сквозь пальцы. Главное не наглеть. Но в этот раз я попросил отца привести мне кое-что другое.
Игнаций опасливо оглядывается по сторонам, но в переулке никого кроме них нет.
Что это? спрашивает Юлия, голос у панночки взволнованно дрожит.
Это кусочек свободы, говорит Адам. Здесь часть той правды, которую от нас скрывают.
Адам обводит приятелей торжествующим взглядом, в стеклах его очках отражается мотающийся на ветру фонарь.
Никто его не перебивает, и Адам продолжает.
Есть книги, которые правительство считает опасными. Эти книги запрещено держать дома, запрещено читать. Существует список запрещенной литературы. Если у тебя найдут книгу из этого списка, это уже преступление.
Но что может быть такого опасного в книге? удивленно спрашивает Юлия.
Правда, отвечает Адам, та самая правда, которую правительство от нас прячет. Эта правда для них смертельно опасна, потому что весь их мир построен на лжи.
Марек топчется возле стены. К ночи подмораживает, а у его ботинок совсем тонкие подошвы.
Не хватало только простудиться и заболеть, думает про себя Марек.
Отец сильно рисковал, когда проносил эту книгу через таможню, Адам торжественно разворачивает серую оберточную бумагу.
Приятели стоят тесным кружком и разглядывают книгу в руках Адама. Обложка выполнена в черном, красном и желтом цветах и выглядит довольно мрачно. Это что-то вроде герба из колючей проволоки с двумя куриными головами сверху. Между куриных голов большими желтыми буквами написано название книгиANIMAL FARM. А ниже изображено черное поле с черной мельницей и пасущаяся на поле свинья, раскрашенная в красный цвет. А под этой свиньей в самом низу указано имя автораGEORGE ORWELL.