Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
В тот период, который отец термина «Парадигма», Томас Кун, называет «Нормальной наукой», принятие «Перспектив успеха» происходит автоматически. То же самое, справедливо не только для научного сообщества, но и для социума вообще. Когда нет ни каких потрясений, а жизнь размеренна и понятна, «Перспективы» усваиваются автоматически. Они не только определяют направления и правила карьерного роста, но также формы и направления «Признания».
Критерии нематериального «Признания» или престижности, в рамках различных парадигм, могут отличаться очень сильно. Именно правила «Признания» говорят обществу, что вызывает уважение, а что является несолидным или презираемым. Что одобряется и приветствуется, а что осуждается обществом. О ком снимаются героические фильмы, а кто появляется на экране в качестве антигероя. Эти вещи для разных парадигмальных моделей могут разниться, с точностью до наоборот.
Например, в средневековой Европе профессия военачальника была одной из самых престижных. О героях слагали песни, барды и менестрели пели их всюду, прославляя рыцарские подвиги. И роль играло не только финансовое вознаграждение победителей. Огромную роль играло нематериальное признание, которое средневековое общество щедро дарило рыцарям. Поэтому, в те времена, тысячи молодых людей, мечтали о военной карьере. В их глазах это занятие выглядело престижным и благородным, поскольку давало наибольшее признание.
Сегодня, в постиндустриальном обществе, солдатэто одна из многих профессий, причём далеко не самая высокооплачиваемая, и не самая престижная. Солдат это тот, чья настоящая работа начинается во время войны. И после очередного военного конфликта общество так и норовит задать ему вопроса не излишне ли было применение силы на поле боя? Раньше говорили, что победителей не судят; а сегодня, средства массовой информации всё чаще заставляют оправдываться победителей, и это, явно не способствует поднятию престижа воинской службы. А главное, регулярные армии цивилизованных государств, не делят добычу после окончания военных действий, что существенно влияет на материальное положение военнослужащих.
В течение столетий, взгляды на престижность военной карьеры изменились кардинально, потому что коренным образом изменилась социально-экономическая Парадигма. Ведь именно она определяет критерии:
Во-первых: «Успеха и социального признания».
А во-вторых: Прописывает правила пользования социальным лифтом.
О «Лифте», мы поговорим в следующей главе, а сейчас сосредоточимся на правилах нематериального «Признания» и «Перспективах успеха».
Нематериальное «Признание», является мощным стимулом для трудовой, научной или бизнес активности, не менее важным, чем финансы. Конечно, люди учатся, работают и делают бизнес в первую очередь для того, чтобы заработать деньги. Однако опыт показывает, что в долгосрочной перспективе, одной материальной мотивации недостаточно. Для достижения масштабных целей, необходимо что-то большее.
Например, в руках толкового руководителя, умелое применение нематериального «Признания», даёт просто потрясающие результаты. Без особых затрат, без переоборудования и переоснащения, поднимается производительность труда и прибыль. Доски почёта и грамоты, подарки и публичные поздравления, корпоративные вечеринки и совместные выезды на природу, вымпелы и почетные звания, вот неполный перечень того, что может мотивировать наёмных работников. Если вы застали крах развитого социализма, то, возможно, грамоты и доски почёта, вызовут у вас улыбку, но я не думаю, что сегодня, вы бы отказались от профсоюзной путевки для ваших детей. Особенно по профсоюзной цене.
Выдающийся исследователь мотивации Фредерик Герцберг выделил две группы мотивирующих факторов. Всё что касается нематериальной мотивации, он условно разделил на две части: гигиенические факторы и мотивирующие факторы. Гигиеническими он назвал те факторы, которые определяют ту атмосферу, в которой осуществляется трудовая деятельность. И он имел в виду не только чистоту рабочего места, хотя это тоже важно, но в первую очередь атмосферу в коллективе, моральную гигиену, элементарную порядочность руководства, создание нормальной рабочей атмосферы.
Однако, говорит Герцберг, одного этого недостаточно. Создав людям нормальные условия труда, необходимо позаботится о том, что будет их действительно мотивировать. Чтобы работа шла с огоньком, Герцберг предлагает работодателям обратить внимание на мотивирующие факторы. Это как раз те корпоративные мероприятия, типа путёвок, призов и грамот, о которых я говорил выше. Их влияние просто огромно. Отец конвейера Генри Форд знал цену здоровой атмосфере в коллективе. Он говорил: «Я готов платить большие деньги за способность ладить с людьми».
Однако всегда следует помнить об одной тонкости. Есть люди, на которых нематериальное «Признание», практически не действует. Они очень слабо реагируют на всякого рода подарки, грамоты или призы. Они просто невосприимчивы к этому. Зато они прекрасно понимают язык бонусов и премий. И наоборот, есть люди исключительно восприимчивые к «Признанию», готовые ради него на настоящие трудовые подвиги, а денежно вознаграждение воспринимается ими как приятное дополнение к признанию.
Перспективы получения «Признания» играют огромную роль при смене парадигмы. Смена старой на новую, проходит тем легче, чем меньше вложено в старую. И чем ниже статус человека внутри старой системы, тем меньше он теряет, когда решается на окончательный разрыв. Именно поэтому пламя очередной научной революции обычно раздувает именно молодёжь. И дело здесь не в юношеском задоре, просто они элементарно не успели вложиться в существующую систему, не получили титулов, степеней и званий. Если же они были отвергнуты ею, тогда все вообще замечательно. Ведь отсутствие «перспектив успеха» очень хорошо мотивирует заняться поиском альтернативной парадигмы
Внутри каждой парадигмы критерии «Признания» задают совершенно разные представления об успехе. В недалёком советском прошлом, никто не желал своему ребёнку карьеры бизнесмена. В принципе, в то время, такого рода занятий вообще не было. Поскольку при той системе, это автоматически выталкивало его из социалистического правового поля, делало спекулянтом и приводило в тюрьму. Сегодня, сплошь и рядом можно услышатьсмотри, какой умный мальчик, наверно будет бизнесменом. Кстати, я лично, совсем, не против, чтобы мои дети продолжили мой бизнес. А лучше, пусть создают свой собственный, покрупнее родительского.
Каждая парадоксальная модель, задавая критерии успеха, побуждает людей ставить совершенно разные цели. Поэтому, неудивительно, что они добиваться абсолютно разных результатов. Самое обидное, что старые достижения вообще не воспринимаются носителями новых парадигм. На современную молодёжь не произведёт никакого впечатления слова: «Я был секретарём горкома». И если они пытаются вникнуть в тему, то обязательно спросят: «А сколько он зарабатывал»? И тут уже практически невозможно объяснить молодым людям, что зарплата дело десятое, и главное совсем не в этом. Ведь современная молодёжь, твёрдо усвоила другую парадигмувсё, что нужно, без проблем покупается за деньги. И как не рассказывай, им не понять, что такое спец паёк или дефицит; и как можно было стоять всю ночь в очереди за мебелью, с номерком, написанным на руке.
В моём советском детстве, меня постоянно спрашивали, кем я хочу быть, но почему-то, никто не спросил меня, как я хочу жить. Всех интересовала будущая профессия, и совершенно не волновал стиль жизни. Видимо, само собой подразумевалось, что он должен быть «как у всех». Странно, а может быть, вовсе не странно, но моих детей волнует совсем другое. Их интересует именно стиль жизни, и, отталкиваясь от этих запросов, они ищут то занятие, которое поможет им удовлетворить эти запросы. Они тычут пальцем в фотографию супер-яхты за 30 миллионов долларов и спрашивают, что надо сделать, чтобы кататься на такой к 30 годам. И это очень правильный вопрос. Он касается стиля жизни, а не выбора профессии.
А я, тихо благодарю Бога за то, что они не задают другой вопрос, кстати, вполне законный«Папа, а почему у тебя нет такой яхты». Я, конечно, смогу наплести им что-то, про трудное советское детство, но это будет неправдой, точнее не всей правдой. Я не могу нагло врать, что не хочу яхту. Дети меня быстро раскусят, спросив, что в моём доме делает яхтенный журнал? Так что мне придётся сознаться: Да, детки, я хочу, но, пока не имею. На самом деле, я точно знаю, что мне мешалолень, глупость, нежелание меняться, недостаток амбиций. Так что, если по-настоящему хочешь иметь что-то, мечты должна быть больше причин или отговорок.