Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
-Нет, мама,- запальчивокрикнул он и вырвался изее рук, -ты же
знаешь, я не могу к нему идти. К чему ломатьэту нелепую комедию? Он знает,
что я его ненавижу, да и он ненавидит меня, что бы ты об этом ни говорила.
- Ненавидит! - с едвазаметной строгостью в голосе воскликнула госпожа
Верагут. - Неупотребляйподобныеслова, онивсе представляютвложном
свете! Он твойотец, и было время, когда он тебя оченьлюбил.Язапрещаю
тебе так говорить.
Альберт остановился и посмотрел на нее горящим взглядом.
-Тыможешьзапрещать мнепроизносить слова, само собой, ночто от
этого изменится?Мнечто же - благодарить его?Он испортил тебе жизнь,а
меня лишил родины, наше прекрасное, веселое,великолепноеимение он сделал
неуютныминеприятным.Я здесьвырос, мама, случается, яночинапролет
мечтаю о старых комнатах икоридорах, о саде, о конюшне и голубятне. У меня
нетдругой родины, которуюямогбылюбить, о котороймог бы мечтать и
тосковать. Я вынужден жить на чужбине и даже в каникулы не могу пригласить к
себе друга- ни к чему ему видеть,какую жизнь мы здесь ведем! Ктобыни
познакомился со мной, кто бы ни услышалмоюфамилию, тут женачинает петь
хвалумоемуотцу. Ах, мама,лучше быу нас вообщене былониотца, ни
Росхальде, лучше бы мы были бедны и ты шила бы или давала уроки, а я помогал
бы тебе зарабатывать деньги.
ГоспожаВерагут силой усадила егов кресло, села к немуна колении
поправила растрепанные волосы сына.
- Вот, значит, - сказала она низким, спокойным голосом, который был для
негородиной и приютом, - вот, значит, ты и высказал все.Иногда не мешает
выложить то, что накипело. Надоотдавать себе отчет в том, что тебе суждено
вынестинасвоихплечах.Но нельзякопатьсяв том, что причиняет боль,
сынок. Ты уже одного роста со мной, скоро станешь мужчиной,и я рада этому.
Ты мое дитя ибудешь им всегда, но, видишь ли, я часто остаюсь одна, на мне
много забот, поэтому я нуждаюсь в дружбе настоящего мужчины, и этим мужчиной
будешьты.Мыбудемстобойигратьв четыреруки,гулятьв садуи
присматриватьза Пьером, вместе мыпрекрасно проведем каникулы. Тольконе
надо поднимать шум и еще больше осложнять мне жизнь, иначе я подумаю, что ты
еще подросток и что пройдет немало времени, пока у меня появится умный друг,
который мне так нужен.
-Да, мама, да. Но развеобязательновсе времямолчать отом,что
причиняет боль?
- Лучшевсегомолчать,Альберт.Это не легко,отдетейэтогоне
требуют. Но лучше всего молчать. Хочешь, сыграем что-нибудь?
- С удовольствием. Ты любишь Бетховена, вторую симфонию?
Едваониначалииграть,кактихооткрыласьдверьивкомнату
проскользнул Пьер. Он сел на табурет и стал слушать.При этом онзадумчиво
разглядывалсвоего брата, его шелковыйспортивныйворотник, видел,как в
ритме музыки движутся его руки и вихор на голове.