Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Держа в рукахжурнал,он сидел в
освещенной солнцем беседке, расположеннойна западотмастерской, курил и
читал;рядом нанизенькомскладном стульчике примостился перед мольбертом
Верагут. На холсте была набросана фигура читающего, большие живописные пятна
ужебыли нанесены, художник работал над лицом, и всякартина ликующе сияла
светлыми, легкими, солнечными, но отнюдь некричащими тонами.Остропахло
масляной краской и гаванскойсигарой, спрятавшиеся в листве птицыиздавали
тонкие, приглушенныеполуденным зноем крики ипели свои мечтательно-сонные
беззаботныепесенки. Наполусидел, склонившись,Пьер и задумчивоводил
тонким пальчиком по большой географической карте.
- Не спать! - громко напомнил художник. Буркхардт зажмурился, улыбнулся
и покачал головой.
- Ты где сейчас находишься, Пьер? - спросил он мальчика.
- Погоди,ясначала прочитаю, - живо отозвался Пьер истал читать по
слогам. -В Лю... Люцер... в Люцерне. Там есть озеро или море. Скажи, дядя,
оно больше, чем наше озеро?
- Много больше! Раз этак в двадцать! Тебе бы надо там побывать.
-Разумеется.Когда у менябудет автомобиль,я поедувВену, ив
Люцерн, и к Северному морю, и в Индию, где ты живешь. Ты будешь дома?
- Конечно, Пьер.Я всегдадома,когда у меня гости.Мы навестим мою
обезьяну. Это самец, егозовутПендек, и у него нетхвоста, нозато есть
белоснежныебакенбарды;затем мы возьмемружья,сядемв лодкуи поедем
охотиться на крокодилов.
Пьер от удовольствия покачивался из стороны в сторону. А дядя продолжал
рассказывать освоих плантацияхвмалайских джунглях, иговорилонтак
занятно и так долго, чтомальчик в конце концов устал иуже не поспевал за
рассказом.Он сновасклонился над своей картой;зато егоотецпродолжал
внимательно слушать разговорившегося друга,который неторопливои спокойно
рассказывал о работеиоб охоте, опоездкахверхом и на лодке,о легких
прелестных селениях из бамбука, в которых живут кули, обобезьянах, цаплях,
орлах и мотыльках, и его тихая уединеннаяжизнь в тропическом лесу была, на
взглядхудожника,такой соблазнительной и таинственной, что емуказалось,
будто он разглядываетвщелку богатый, пестрыйиблагословенныйрайский
уголок. Он слушал рассказы о спокойных, могучих реках в джунглях, о зарослях
высоченныхпапоротниковибескрайних, колышущихсяподветромравнинах,
поросшихдиковиннойтравойврост человека,опереливающихсякрасками
вечерах на берегу моря, окоралловыхостровах и голубых вулканах, о диких,
неистовыхливнях и сверкающих грозах, о мечтательно-задумчивойдремотена
широких тенистых верандахбелых плантаторских домиков, о сутолоке китайских
городов и о часах вечернего покоя на берегу выложенного камнем пруда рядом с
мечетью на одном из островов Малайского архипелага.
И снова, как уже бывало не раз, Верагут размечтался о далекой стране, в
которойжилего друг. Онне догадывался, наскольковлеченияи потаенные
желания егодуши совпадают со скрытыми намерениями Буркхардта.