Всего за 499 руб. Купить полную версию
Это слишком уж, говорит один из мавров, порываясь уйти.
Без лишних слов майор сует сигарету в рот и освободившейся рукой отвешивает мавру хлесткую оплеуху, от которой у него едва не разматывается тюрбан. Мавр принимает ее покорно. Средство убеждения подействовало.
Родригес! зовет майор.
Человек с сержантскими нашивками на рукавах хмуро выходит вперед, поглаживая указательным пальцем скобу спускового крючка.
Я.
Внеси-ка этих в списки. За неповиновениерасстрел на месте.
Есть.
Беглецы понуро повинуются. Майор поворачивается к Пардейро:
А у вас как с боевым духом?
В вопросе звучит сомнение, заставляющее младшего лейтенанта оскорбленно заморгать:
Мы же легионеры, господин майор!
То есть как же можно сомневаться в том, что боевой дух высок. Майор отвечает с усталой улыбкой:
Виноват.
Со стороны восточного склона прокатывается грохот сильного взрыва, и все взгляды поверх крыш устремляются туда.
Вас мне сам бог послал, говорит Индурайн. Как зовут?
Пардейро.
Ну так вот, младший лейтенант Пардейро, как сами можете видетьроты Монтеррейского батальона больше не существует, а XIV табор удирает в полном беспорядке.
Какие будут распоряжения?
Майор на миг задумывается, оглядываясь по сторонам. Потом высасывает последний дымок из окурка, зажатого в окровавленных пальцах, и роняет его на землю.
Оседлайте главную улицуэто продолжение магистрали, идущей через весь город. Держите церковь у себя в тылу. Пулеметы есть?
Есть два «гочкиса» и девять тысяч патронов к ним и два автомата «бергманн».
Поставьте один пулеметик наверху, чтобы держать под огнем улицу и площадь. Ини шагу назад.
Пардейро с усилием глотает слюну, стараясь, чтобы это вышло незаметно. Майор не назвал крайний срок.
А сколько держаться, господин майор?
Полагаю, рано или поздно нам придут на помощь, пожимает плечами тот.
Полагаете?
В ответбледная улыбка.
Да, именно так я и сказал.
И майор пистолетом показывает на своих солдат:
Постараюсь как-то уменьшить масштаб катастрофысоберу всех, кого можно, окопаюсь на восточной высотке и буду держать оборону.
Ваш командный пункт будет там?
Да. Связьчерез посыльных.
Пардейро наконец задает вопрос, который давно жжет ему язык:
А если не смогу удержаться?
Майор пристально смотрит на него. Долго и оценивающе.
Тогда будете драться в самом городке сколько сумеете.
Что мне предпринять в том случае, если нас обойдут?
Майор продолжает разглядывать его так, словно взвешивает, насколько стоек окажется этот юный офицерик. И наконец наметанный глаз профессионала подсказывает благоприятный вывод.
А в этом случае с теми, кто останется в живых, отойдите в какую-нибудь балочку, овражек или к скиту Апаресида Держитесь сколько сможете, не давайте себя окружить.
Пардейро, скрывая неловкость, откашливается:
Могу я получить письменный приказ, господин майор?
Конечно.
Индурайн тотчас достает из брючного кармана полевую книжку и огрызок карандаша, царапает на листке каракули, вырывает его и протягивает Пардейро.
Желаю удачи.
А явам, господин майор.
Индурайн уводит своих людей, беглецы больше не появляются, и от той части городка, которая обращена к реке, наползает угрожающая тишина. В свинцовом свете зари, придающем зданиям зловещий вид, становятся видны разбросанные повсюду винтовки, мавританские бурнусы, патронташи, ранцы, документы. При мысли о том, что в эту самую минуту к ним, прижимаясь к стенам домов, осторожно подступают красные, Пардейро пробивает озноб. И одновременно охватывает стремление действовать немедленно, безотлагательно.
Сержант!
Перед ним вытягивается русский ветеран Владимирпилотка на очень коротко остриженной голове, широкие скулы, славянские глаза, прорезанные чуть вкось.
Один пулеметна колокольню, второй оставь внизу, пусть прикрывает площадь. Людям повзводно занять оборону вдоль вон той широкой улицыона послужит гласисом. Автоматчиковв окна, для поддержки. Пусть кажется, что нас больше, чем на самом деле. Ясно?
Так точно.
И поживей, потому что красные вот-вот будут здесь. Ах да, вот еще что Передайтого, кто вздумает драпануть, я своей рукой пристрелю.
Повернувшись к церкви, Пардейро замечает на ступенях паперти мальчика. В набирающем силу утреннем свете видно, что он хрупок и тщедушен, с худым личиком и наголо обритой головой. Одет в изношенный шерстяной свитер. Короткие штаны не скрывают длинных, тонких, грязных ног.
Ты что тут делаешь, малыш?
Мальчик, не отвечая, с очень серьезным видом поднимается на ноги. Страха не выказывает. Он восхищенно разглядывает легионеров и с завистью любуется их оружием.
Ты здешний?
Тот кивает в ответ. Лейтенант уже собирается сказать ему, чтобы бежал отсюда поскорее, но тут ему в голову приходит новая мысль:
Как тебя зовут?
Мальчик спокойно и сосредоточенно разглядывает его и лишь потом произносит:
Тонэт.
А дальше?
Саумелль.
А лет тебе сколько?
Двенадцать, господин капитан.
Я не капитан, а младший лейтенант, говорит Пардейро. Знаешь этот квартал?
Конечно. Я весь город знаю.
А где родители твои?
Нет у меня родителей. Живу с бабкой и дедом.
Куда же они ушли?
Мальчик показывает в ту сторону, где только что скрылись из виду беженцы:
Думаю, куда-то туда.
Пардейро достает из кармана плитку шоколада в серебряной фольге, протягивает мальчику:
Поможешь нам?
Тот принимает шоколадку, как бесценный дар, взвешивает ее на ладони. Потом, не разжимая губ, кивает.
Бегаешь быстро, Тонэт?
Новый кивок.
Сможешь доставлять донесения?
Тонэтон уже засунул четверть плитки в ротопять отвечает утвердительно.
Надо, чтобы ты пошел с моими людьми, объясняет Пардейро. И показал им, где на этой стороне улицы самые лучшие места. И ещекак незаметно перебираться из дома в дом. Встретишь кого из здешнихскажешь, чтоб поскорее уносили отсюда ноги. Здесь скоро будет очень жарко.
Тонэт пожимает плечами:
Многие не хотят бросать свои дома.
Тогда пусть прячутся в подвалы. Пардейро оборачивается к солдатам. Капрал Лонжин!
Легионергустейшие бакенбарды, расстегнутая на груди рубашкаделает шаг вперед, четко пристукнув о землю прикладом маузера:
По вашему приказанию
Пардейро показывает ему на мальчика, невозмутимо жующего шоколад:
Займись-ка вот этим новобранцем. Зовут его Тонэт, он будет нашим разведчиком.
Не маловат ли он для таких дел? Новам решать.
Скажешь, чтоб дали ему две банки консервов и сухарей.
Слушаюсь.
Удостоверившись, что «гочкис» уже поставили на колокольне, Пардейро принимается мысленно размечать сектора обстрела, мертвые зоны, укрытия.
Он должен продержаться, пока не пришлют подкрепление. Так сказал ему майор.
Похолодалоили ему это кажется? Рассвет, окутанный саваном тумана, наползает на бурые крыши. Стало тихо. Вздрогнув всем телом, девятнадцатилетний офицер застегивает доверху молнию на куртке и левым локтем ощущает на груди выпуклость бумажника во внутреннем кармане, где лежат недописанное письмо и фотография женщины, которую он никогда не видел воочию.
И спрашивает себя, сколько сможет продержаться. И еще спрашивает себя, увидит ли ее когда-нибудь.
III
Живей, живей! Шевелись!
Майор-ополченец Эмилио Гамбоа Лагунатоварищи зовут его Гамбостоит на правом берегу Эбро и беспокойно оглядывается по сторонам. Его люди437 бойцовфорсируют реку по мосту, который навели понтонеры, и мост этот под напором течения опасно прогибается в середине. Подошвы сапог и альпаргат стучат по доскам настила. По этому мостузыбкому сооружению в полтора метра шириной, качающемуся на пробковых поплавках и на лодках, солдаты в полной выкладке должны пробегать гуськом и как можно быстрее.
Давай! Давай! Живей!
А беспокоят Гамбо две стихиивода и воздух. В любую минуту франкисты, засевшие выше по реке, могут открыть шлюзы водохранилищ у Мекиненсы, уровень воды в Эбро поднимется и затруднит высадку войск на фронте протяженностью полтораста километровот Кастельетса до Ампосты.