Хиль де Брук - Новый шериф стр 13.

 Какого хера, блин, мелкая, хватай руку. Долго еще уговаривать? Ты нас спасла, слышишь? Давай не ной.

 Прости меня, Брайан, я хотела помочь,  пропищала рыжая.  Я убила двоих. Там был еще третий. Я думала, что его тоже, но только подстрелила.

Словно в подтверждение ее слов из подвала донеслось узнаваемое рычание зомби. Он был ранен и, кажется, зол. Мэйдей в ужасе обернулась. Понять, что происходило за нее спиной, было невозможно. Девчонка занимала собой весь обзор, но можно было догадаться, что тварь хочет выдернуть ее из вентиляции.

 Маклейн, пожалуйста,  взмолилась она, жадно хватая воздух и будто бы бледнея на глазах.  Сделай это. Он укусил меня! Сделай это, прошу! Не тяни! Мне не хватит смелости самой!

Она выпалила все на одном дыхании. Брайан прикрыл рот рукой, чтобы не дать вырваться из груди стону. Маклейн оцепенел. Все происходило будто в кошмарном сне. Слишком неправильно. Быстро. Правила. Не только для Мэйдей. Для всех. Если кого-то из них укусят, другой должен его упокоить.

 Нет-нет-нет, давай сперва мы тебя вытащим, свалим отсюда, а потом хорошенько осмотрим. Ясно? Не кипишуй, ладно? Может, это не укус? Может, ты напоролась на что-то в темноте, да?

 Маклейн, прошу тебя. Я чувствую это! Оно распространяется, кожа горит Маклейн, пожа-а..

Ее испуганная мольба превратилась в визг. А в следующий миг нечто внутри рвануло ее на себя, к себе, и макушка Мэйдей стремительно ринулась в темноту. Подвал проглотил ее с гулким стуком ударившего о бетон тела. Она не кричала, но были слышны звуки, от которых любому стало бы не по себе. Маклейн подхватил лямки рюкзака, закинув их на плечо. Схватил Брайана за капюшон, почти насильно заставляя встать. Тот отбивался, боясь выпустить из поля зрения черный прямоугольник вентиляции. Словно забыл, где они находятся и чем рискуют.

 Ее больше нет,  пришикнул на него Маклейн, отвесил пощечину, заставляя взглянуть на себя.  Уходим!

Он не мог тратить драгоценные секунды на психологическую помощь. Вправлять мозги Брайану Маклейн будет после, намного после. Он сам едва не потерял контроль. Нет, потерял. Он должен был сделать это для нее, упокоить, но так и не смог, словно не обещал этого каждому из них. Просто не смог пошевелиться, когда нужно было жать на спуск, чтобы не дать девочке испытать того ужаса. Она не кричала. Может, потеряла сознание при падении или свернула шею. Все лучше, чем быть съеденным заживо.

Пока они, не разбирая дороги, бежали к машине, за спиной было тихо. Маклейн боялся услышать лай собак. От людей был шанс скрыться, собаки же отыщут их по запаху. Там же осталась веревка. Снятая решетка. Когда хранилище будут обходить, то обнаружат, что кто-то побывал внутри и доложат боссу. Колби откроет дверь своим ключом, войдет в подвал и увидит Увидит, что двое его супер-зомби мертвы, а ящик исчез. Было ли там еще что-то ценное? Тот ли ящик достала Мэйдей ценой своей жизни? При мысли о том, что девочка обречена стать мертвоходом на цепи у Колби, если только он не всадит ей пулю в голову, Маклейн всхлипнул. Желудок скрутило узлом, все внутри сжалось в тугую пружину, дыхание сперло.

Обогнув здание старшей школы, они замерли, осматривая пространство вокруг "Линкольна". Никого. Значит, им удалось не привлечь ничье внимание. В машине Маклейн положил рюкзак на сидение между собой и Брайаном. Они ехали молча, словно кто-то разрубил невидимые связки, отвечающие за способность разговаривать. Двадцать минут до мотеля на окраине юго-запада показались вечностью. Дженни заваривала крепкий чай, натянув на себя полосатое пончо. Взгляд Маклейна отбил у нее всякое желание задавать вопросы.

Номер их встретил тем же беспорядком, в каком они его оставили. Раскрытые сумки на полу, разложенные вещи, мокрое полотенце на спинке кресла, пустые миски и холодная кукурузная каша. Мужчина запер дверь, опустил жалюзи, заодно убедившись, что окно наверняка закрыто. У него начиналась паранойя. Их обхитрил уличный хлыщ, чертов шериф и несносная девчонка. И к чему все это привело? Они облажались. Добыча у них, только стоило ли это все жизни Мэйдей? Подростка, на которого он едва обращал внимание все это время?

Маклейн смахнул миски из-под еды, положил рюкзак на освободившееся пространство. Ему было плевать на ковер, на который вывалился ком кукурузной крупы, слипшийся и невкусный. С молнией пришлось повозиться. Ящик изнутри заполнил все свободное пространство и оставил глубокие вмятины в ткани там, где упирался углами. Брайан также молча сел рядом, наблюдая, как он борется с рюкзаком. Наконец, перед ними возник прямоугольный ящик из плотно подогнанных досок. Крышка закрывалась на два крючка и поднять ее не стоило никакого труда. Мужчина выдохнул. Вот она, величайшая ценность Питера Колби по мнению шерифа и его людей. Ему больше не было интересно, но они заслужили знать, ради чего рисковали. Маклейн не сомневался, что Дженни уже набирает Дага, или шлет голубей, или любым другим способом, каким они здесь связываются, сообщает, что они вернулись. Прежде чем он войдет сюда, они с Брайаном должны узнать правду.

Маклейн сдвинул крючки и поднял крышку. Он хотел отложить ее, но застыл, ничего не понимая.

 Что это? Это шутка такая?  покосился на него Брайан.  Это что серьезно?

 Не понимаю.

Что бы он ни ожидал увидеть, две бутылки темно-зеленого стекла на подушке из древесной стружки превосходили его ожидания. И ставили в тупик. Брайан выхватил одну из бутылок и, встав в полный рост, прочитал с этикетки:

 Петрюс. Померол,  повертел в руках, та же надпись шла поверх этикетки, выпуклая на стекле.  Серьезно?! Мэйдей погибла из-за сраного французского вина?! Из-за вина! Ебаные ублюдки!

Он замахнулся бутылкой, грозя разбить ее о стену. Маклейн перехватил его руку и забрал у парня вино. Тот даже не спорил. Он был подавлен и зол.

 Не знаю, что сказать,  пробормотал мужчина, укладывая бутылку назад и, от греха подальше, вернул крышку на место.  Я не слишком-то разбираюсь в вине. Может, оно действительно ценное.

 Вино, блядь!

 Брайан?

 Что?!

 Мне жаль, что так вышло. Мы не могли ничего сделать. От нас ничего не зависело.

 Почаще говори себе это, окей? Вино, блядь! Черт!

Брайан хлопнул дверью, отправившись в номер напротив. Хотел ли он побыть один или больше не мог находиться в одной комнате с Маклейном, не так важно. Как не важно и то, сколько в прошлом мире стоила бутылка "Петрюс". Маклейн чувствовал себя опустошенным. Он хотел, чтобы все это поскорее закончилось.

С рассветом они приготовились к отъезду. Не думая зачем, Маклейн сложил вещи Мэйдей в джинсовый рюкзак и отнес в машину. Легкий свитер, футболки, рваную на манжетах рубашку, носки, брелок-открывашку с наклейкой Скуби-ду, засохший бутылек лакавсе, что она в нем таскала. "Всадники" получили свой ящик, Дженниключи от номеров. Дольше оставаться в городе не было смысла.

Вставив ключ в замок зажигания, Маклейн обхватил руль руками и прикусил губу. Ему хотелось отмотать время назад, сделать что-нибудь, чтобы этого никогда не случалось. Сказать себе прошломуне въезжай в Холбрук. Забудь. Но что сделано, то сделано. Никакие сожаления не вернут девчонку к жизни. "Боже, я даже не пытался узнать ее получше. Даже не знал настоящего имени",  подумал он, вцепившись пальцами в кожаную оплетку руля, и закрыл глаза. Маклейн не хотел к ней привязываться, но почему-то все равно было горько.

Брайан занял пассажирское сиденье, хлопнул дверью. Сумки с личными вещами и рюкзак покоились в багажнике. Прицеп присоединен к машине. Чисхолм пообещал проследить, чтобы они благополучно покинули Холбрук, и помощник шерифа на рыжем "Форд Рейнджер" должен был сопровождать "Линкольн" до границы. Он сдержал свое слово. Пикап стоял на обочине, а сам помощник, пока они были заняты сборами, зашел в мотель облегчиться.

Нужно было дождаться его, прежде чем ехать, и заодно взять себя в руки. Маклейн резко выдохнул.

 Сэнди,  сказал Брайан, глядя перед собой.  Сэнди Осборн. Так ее звали.

Мужчина мотнул головой, пытаясь отыскать слова, но так и не нашел подходящих. И продолжал сидеть, сжимая руль. Словно боялся, что если отпустит, то потеряет связь с реальностью, которая не терпит слабых. Он сам не понял, в какой момент зазвучала музыка и почему. Будто незримый режиссер пустил дорожку поверх последних кадров фильма. Тягучий блюз губной гармошки доносился с заднего сидения, где наверняка не могло быть никого. Не должно было быть, но Билли Кейп, он же Колин Бейкерсон по прозвищу Мунлайт сидел там по центру в поношенной белой майке с растянутым галстуком на груди и наяривал блюз.